Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

– Да, он меня устраивает. – Мой голос прозвучал спокойно и буднично, будто мы обсуждали меню на завтрак. – Значит, так, сейчас берешь пистолет и занимаешь… – я окинул взглядом окружающий пейзаж, выбирая оптимальную точку для караульщика, – позицию вот у этого клена. Полагаю, самое «танкоопасное» направление вон то. – Моя рука указала на виднеющийся из-за деревьев шпиль с крестом, принадлежащий колокольне местной церкви. – Там Провал, а значит, и всякая гадость скорее всего появится оттуда. Но и по другим сторонам не забывай поглядывать. Спать, надеюсь, не хочется?

– Да ладно тебе язвить! – поморщился Алексей. – Я один раз всего накосячил.

– А в этом деле, знаешь ли, и одного раза может за глаза хватить! Ясно?

– Куда уж яснее! – пробурчал он.

– У тебя, случайно, нашатыря в походной аптечке не завалялось?

– Кажется, был, – удивился Алексей. – А зачем?

– А вдруг придется меня аварийным порядком из транса выводить? Для этого нашатырь – первое дело!

– Шутишь? – недоверчиво прищурился научник.

– Ничуть не бывало! – совершенно серьезно ответил я. – Приготовь на всякий случай – лишним не будет.

Покончив с напутствиями, я занялся собственными приготовлениями. На самом деле действовать мне приходилось практически по наитию: опыта осознанного применения своих способностей по собственной инициативе у меня было всего ничего (вспоминался только транс в туалете здания торговых рядов, когда я пытался обнаружить Пятна). В остальных случаях в транс меня затягивало стихийно, и я этим процессом не управлял. Пришло время взять его под контроль. Я попытался вспомнить и воспроизвести свое состояние прошлой ночью, представить, что я выхожу из тела и отправляюсь в полет. Получалось плохо. Все-таки экстрасенс из меня пока никакой – одно слово, «чайник». Да и память что-то отказывала – слишком сильный стресс последовал за тем моим сверхчувственным поиском, чтобы сознание в точности сумело повторить то, что удалось тогда. Для начала я решил попробовать нащупать остаточный фон пространственной аномалии, о которой говорил Алексей, однако безуспешно. То ли он был очень слаб, то ли я просто не знал, как его воспринимать на уровне шестого чувства. Впрочем, первое вероятнее, так как любая аномалия вызывает энергетическое возмущение, которое можно почувствовать, но стоит иссякнуть порождающей ее энергии, как она исчезает, причем зачастую так, что и следов не остается.

Тогда я решил сменить тактику. Так как большинство видений приходило ко мне во сне, почему бы не ввести себя в подобное состояние? Хотя это легче сказать, чем сделать, – технике медитации я не обучался, а сна не было ни в одном глазу. Зато нервное возбуждение, напротив, било через край: очень уж хотелось добиться результата, да и близость Провала, как ни крути, напрягала… О! Точно! Провал! Как говорил персонаж одного известного фильма, «тот, кто нам мешает, тот нам поможет». Провал – это самое близкородственное Кочевнице, что только можно здесь найти. Настроюсь на него – смогу запеленговать и «материнскую» аномалию. Провал я уже чувствую, нужно только немного углубить восприятие, и для этого вовсе не требуется подходить к нему близко.

Я сел на траву и, закрыв глаза, потянулся сознанием туда, к церкви, где в земле зияла недавно возникшая черная бездонная дыра. Мое особое восприятие зацепилось за эту аномалию с удивительной легкостью. От нее тянуло могильным холодом, от которого я застывал не только на ментальном, но и на физическом уровне. Рядом с этой адской пропастью не ощущалось больше ничего – ни биологической жизни, ни энергетических сущностей, а от нее самой помимо холода исходило какое-то странное притяжение. Меня снова охватил страх. Сознание в отличие от физического тела было очень уязвимо к этому притяжению. Мне еще здорово повезло, что сейчас день, и в зове Провала нет такой гибельной мощи. Он в полудремлющем состоянии, и даже его голод я ощущаю не столь остро. Но риск все равно велик. Эманации Провала заглушают все остальное. Я слишком близок к нему. Настолько, что перед глазами даже возникает картинка: вид на дыру сверху, словно с колокольни стоящей рядом церкви. Глубокая чернота с размытыми и колеблющимися краями.

Это необычно: зрительный канал, как правило, подключается только в моих «далекоидущих» видениях, касающихся непосредственно Агнешки. Неужели прогрессирую? Хотелось бы думать. Однако взгляд в эту бездну опасен – она завораживает настолько, что хочется нырнуть туда прямо с высоты, как будто я прыгун в воду, а подо мной бассейн. Только я чувствую, что вынырнуть уже не получится – этот ненасытный мрак просто растворит меня в себе, как он сейчас пытается растворять окружающую Провал земную твердь. Именно поэтому края аномалии такие нечеткие – она пытается расшириться, а физическая реальность сопротивляется ей, не желая превращаться в ничто. Днем это у нее более-менее получается, но когда на мир опустится темнота, Провал перейдет в наступление. Он будет неуклонно расти, хотя и не так быстро и скачкообразно, как благодаря Кочевнице расширяется Зона. Это чуть ли не единственная долгоживущая аномалия. Практически вечная при наличии энергии. А энергию Провал накапливает сам. Днем – притягивая мутантов, которые нет-нет да и подходят слишком близко и срываются в бездну, а ночью – рассылая на охоту Пятна. Сейчас тварей рядом нет. Может быть, просто потому, что аномалия уже успела извести в округе все живое. Сила-то ее не иссякла, я на себе чувствую, просто в зоне действия нет никого, кроме нас с Алексеем… Наверное, нет – ведь мутантов я не чувствую. А мы разумные, у нас сопротивляемость призыву бездны выше, чем у безмозглых прыгунов или потерявших разум истребителей. К тому же на нас включенные пси-блокираторы. Против Черного Сталкера они несостоятельны, но против Провала – вполне. Вот только меня сейчас пси-блокиратор не защищает, так как я в данный момент представляю собой лишь отделенное от тела сознание. Интересно, что будет, если бездна затянет меня? Тело умрет или останется пускающим слюни идиотом?

Впрочем, нет, об этом лучше не думать. Притяжение Провала пугало, и все же мне надо было вглядываться в его жуткие глубины, чтобы получить хоть какую-то зацепку в поисках. Когда меня начинало слишком сильно затягивать в бездну, включался инстинкт самосохранения, и я ставил ментальный блок. Щупальца черной пустоты, уже касавшиеся моего сознания, наткнувшись на этот блок, отдергивались, и опасность отступала. Мне становилось полегче, но процесс-то не двигался! Я и Провал «танцевали», как два осторожных боксера, особо не сближаясь и прощупывая защиту