Алхимик 1-9 - Роман Романович

— Я соберу группу прикрытия.

— Хорошо. Дайте мне секунд тридцать, чтобы я там всё заблокировал намертво. Пропуски для группы на столе.

— Новая блокировка?

— Ага. Я теперь всё блокирую. Любые сигналы и возможности.

— Костюм тоже новый, как вижу.

— Особая броня для особого случая.

Родион кивнул и отправился выполнять свою работу. Также его люди обеспечили мне перемещение на указанный заброшенный завод.

Перед уходом Катя меня обняла и поцеловала в губы. Я надел шлем и шагнул в портал.

Тот вёл на крышу, и я сразу запустил сканирование. Как бы странно это ни было, внутри и правда нашёлся всего один человек. Показатели запредельные и аномальные. Его уровень по индексу я оценивал где-то в сто пятьдесят единиц. Мой же был в районе пятидесяти-шестидесяти, но нельзя сказать, что разница в три раза. На тех высотах, которые демонстрировал человек внизу, он и правда был живой аномалией, нарушающей законы физики.

Плевать. Что бы там Шестой ни заготовил, на этот раз мои заготовки круче. Цена у них непомерная, но с этим противником я готов перейти черту.

Спуск вниз много времени не занял. По пути накладывал на здание печати, блокирующее всё и вся. Шестой не сможет отправить никакого сигнала. Печати-ловушки тоже накладывал. Без особого умысла, на тот случай, если вдруг ему как-то удастся вырваться, и придётся догонять.

Ждал он меня в просторном помещении. Окна побитые, сквозняк гуляет. При этом здесь было относительно чисто. Никаких сомнительных луж и неприятных запахов. Ожидающий меня мужчина сидел на железном столе. В костюме-тройке. Только пиджак лежал рядом, небрежно брошенный. Белая рубашка, жилет и брюки серые. Сам он курил. Затянулся, когда я зашёл, выпустил кольцо.

— Соколов? — спросил он на английском. — Это действительно ты, или кого-то другого послали?

— С кем говорю?

— Я Шестой. Был им. Сейчас не уверен, что могу в полной мере владеть этим титулом.

Мужчине на вид лет сорок. Он не выглядел, как преступный король. Ну да я не раз обманывался во внешнем виде.

Хотелось потребовать доказательств, что это и правда Шестой, но не стал. Глупо. Если это не он, то не расскажет об этом. Если он, то посмеется, а я всё равно не буду до конца уверен. Десять минут — это мало, чтобы полноценно обдумать сложную ситуацию. Кое-что сразу на ум приходило, но могло же и ещё что-то скрываться.

Ради чего была организована эта встреча? Человек, которого невозможно найти, сам пришёл. Это нелогично. Так что либо это не он, либо он, но тогда произошло что-то существенное.

— Гадаешь, почему я здесь?

Я немного ошибся, когда зашёл. Курил он не сигарету, как мне показалось, а длинную сигару. Не толстую, тонкую, но длиннее, чем обычно. Ещё и черную.

— Это немного удивило.

— Всё просто, — мужчина усмехнулся. — Меня отправили на почётную пенсию.

— Что-то это место не выглядит подходящим для пенсионера.

Нападать я не спешил. По многим причинам. Любое слово от Шестого — это дополнительная информация. Если получится взять его живым, это и вовсе станет наивысшим успехом последних лет. Организации тогда ох как неуютно придётся. Если, конечно же, мы сможем разговорить такое существо, как Шестой.

— Брось, — помахал он сигаретой. — Где я, и где пенсия. Не из того материала я сделан, чтобы доживать свой век в тишине.

— Самоубиться лучше?

— Да, — кивнул он. — Ты можешь думать обо мне что угодно, но быстрая смерть лучше, чем медленное затухание. Удивлен? Ждал угроз, что я точно тебя убью?

Лица он моего не видел, спасибо шлему. Броня ещё и моторику тела скрывала. При этом он точно считывал мои ощущения. Опыт? Дар?

— Видишь ли, Эдгард, наш Основатель заинтересовался тобой. Теперь ты неприкосновенная фигура. Мне об этом, само собой, нельзя говорить, но, если ты умрешь, какая разница? Со мной в любом случае разберутся. Может, тоже убьют, а может, вернут на службу, но это маловероятно. Если же ты меня убьешь, то какая разница? Какой спрос с мертвецов? А так я немного отомщу Основателю. За то, что он так бесцеремонно поступил со мной.

— Так эта встреча — всего лишь следствие твоей обиды на начальство?

— Не играйся словами, мальчик. Всё куда сложнее. Думаешь, история для тебя закончилась? Организация существует больше тысячи лет. Что ей лет тридцать подождать, пока шумиха уляжется и сменятся поколения? Разберутся не с тобой, так с твоими детьми. От этого никуда не деться.

— Если не уничтожить вас всех.

— Как ты себе это представляешь? — рассмеялся он хрипло. — Ты даже одного меня найти не смог. А так хотел этого. Так жаждал. Вон как примчался, зная, что это ловушка.

— Так, может, ты и расскажешь, где остальных искать.

— Нет, этого я делать не буду. То, что я сказал, никак тебе не поможет. Лишь создаст дополнительные сложности моим коллегам. Большего я не расскажу. Считай это профессиональной этикой.

— Все думают, что не заговорят.

— Брось, — стряхнул он пепел, посмотрел на сигару и затушил её. — Я не все. Впрочем, хватит болтать. Пора приступить к эпилогу этой истории.

— Пора, — согласился я.

Шестой был невообразимо быстр. Я смог уловить движение, но не среагировать. Когда бьет высший бес, нельзя недооценивать угрозу.

Вот я и оценивал, как надо.

Стоило ему коснуться меня, как Шестой отлетел, сраженный разрядом тока. Когда знаешь, с кем предстоит сражаться, несложно предсказать логику поединка. Он быстрее, и я не в состоянии за счёт собственной скорости ответить. Раз так, значит, надо сделать невозможным прикосновение ко мне. То, что меня не отбросило ударом, было обусловлено тем, что я привязал себя ко всему полу. Шестой невообразимо силен, его удар отнял чуть меньше трёх процентов запасов энергии, но этого было мало, чтобы нанести мне какой-то вред.

Вторая особенность этого боя — невозможность подловить противника. Надо как-то его сбить с толку, ошеломить, хотя бы на секунду заставить потерять темп, и только после этого атаковать. Логичный ход — обеспечить себе возможность сбивать ритм врагу в любой момент.

Стоило Шестому коснуться меня, как вместе с разрядом активировалась вторая закладка. Надел я нестандартную броню. Как по функционалу, так и по внешнему виду. Последний изменился за счёт слоя мелких металлических частиц, обработанных специальным образом. По структуре они представляли собой ромбы. Ещё до того, как Шестой упал на пол, они слетели с меня, уподобившись рою ос, и набросились на мужчину.

Он упал, его накрыло черным покрывалом. Шестой перекатился, попытался стереть их с лица, на секунду его рука выскользнула из-под покрывала и… Ромбы трансформировались, связываясь между