"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

— Кажется, да, — медленно кивнул я головой. — Хм… Давай попробуем, хотя я не уверен, что с преподавателями это сработает. Да и с другими студиозами тоже. Мы же каждый день на виду будем. Каждый час, каждую минуту. По ночам тоже. Если, конечно, в комнате не вдвоем будем.

Содер отмахнулся.

— С общагой потом разберемся. Для начала давай натянем глуповатые улыбки и сделаем восторженные глаза, которыми будем все здесь рассматривать. Не забываем, что по легенде кроме ветхих сараев и проживающих в них свиней мы ничего с тобой не видели. Ни зданий, ни стриженых газонов, ни наряженных дам. Если нам кто-то что-то предлагает, стараемся брать паузу, чтобы вечером вместе все обсудить, и лишь потом даем ответ. Идет?

— Идет, — согласился я. — Главное, не вжиться слишком в роль. А то одна известная личность как-то сказала, если постоянно говорить человеку, что он свинья, то он в конце концов захрюкает.

— Не переживай. Не захрюкаем, — усмехнулся Содер. — Высказывание Геббельса?

— Нет, Максим Горький, — увидев в глазах американца вопрос, пояснил. — Русский писатель.

В эту секунду со стороны парадной лестницы послышался громкий возглас:

— Прошу всех пройти в Зеленый зал!

Толпа вздрогнула и неспешно тронулась к зданию. В Зеленый зал, оказавшийся, как мы с Содером и предполагали, напротив столовой, мы зашли последними, и уселись в широкие комфортные кресла в последнем ряду.

Зал был громадным. С резными стенами, на которых были запечатлены замысловатые узоры, витиеватыми колоннами, и большими окнами по правой стороне, дававших на удивление мало света. Наверное, поэтому зал дополнительно освещали три гигантские люстры, висевшие между высоким потолком и полом. Ровные ряды кресел занимали все пространство от входных дверей до самого подиума на противоположном конце зала. На подиуме во всю его длину стоял монументальный стол, за которым мы увидели десять человек — шестерых мужчин и четыре женщины. Одного из мужчин мы уже знали — им был господин Альгиус, принявший у нас документы.

— Интересно, почему у них разные мантии? — склонился ко мне Содер. — Красные, желтые, синие, черные, белые… Неужели как в книжках, цвет указывает направление магии?

— Думаю, да, — прошептал я в ответ. — Видишь того старика в центре? В белой мантии.

— Да.

— Скорее всего, ректор.

— Угу, — согласился Содер. — Сейчас говорить начнет.

Старик действительно оказался ректором, однако говорить он начал лишь минут через десять, когда слуга, одетый в расшитую цветами Академии ливрею, положил перед ним тонкий свиток.

— Эгхм, эгхм, — прокашлялся старик, привлекая к себе внимание. Гул в зале мгновенно стих, воцарилась гробовая тишина. Старик удовлетворённо обвел зал пронзительным взглядом своих черных глаз, и по-доброму улыбнулся. — Дорогие абитуриенты и их родители, я рад приветствовать вас в стенах нашего учебного заведения. Меня, как многие из вас уже знают, зовут Грасий Децимус Флор, и я вот уже на протяжении семидесяти лет возглавляю Академию магии Восточной провинции. Третьего по значимости учебного заведения из всех существующих на землях десяти королевств.

— Среди всех одиннадцати Академий и Университетов, — громко сказал кто-то из первого ряда.

— Верно, господин Флор, — качнул головой ректор. — Среди одиннадцати учебных заведений мы лишь третьи, а потому…

Содер коснулся моей руки и, склонившись как можно ближе, торжествующе прошептал:

— Слышал? Фамилия отца одной из абитуриенток совпадает с фамилией ректора. Как я и говорил, маги связаны с аристократами кровными узами.

— Молодец. Ты быстро все понял, — похвалил я его. — Интересно, почему одиннадцать Академий, если королевств всего десять? В каком королевстве их две?

— У нас, в Тардинском королевстве, — прошипел Содер. — Хромой же говорил, что Академия в Гардаграде появилась двести лет назад, когда появились Проклятые земли. До этого только в столице была. Не слышал?

— Нет, — седой господин передо мной с недовольной миной обернулся, и мы с Содером моментально примолкли.

Своевременно, поскольку ректор закончил свое выступление и сейчас говорила его соседка, весьма симпатичная женщина лет тридцати пяти — сорок, имевшая красную мантию и того же цвета академический цилиндр, из-под которого струился каскад длинных светлых волос.

— … два экзамена и магическое тестирование, — вещала она. — Сегодня состоится первый. На нем экзаменуемые будут проверены на способность думать логически.

— Как я и предполагал, — послышался шепот Содера.

— Каждый экзаменуемый получит свое задание, состоящее из сорока вопросов. Продолжительность экзамена три часа. Следующий состоится завтра, в десять утра, и предназначен для проверки абстрактного теоретического мышления. По сути, на нем мы в первую очередь проверим ваши математические способности. Экзаменуемые получат по двадцать вопросов, ответить на которые они будут должны в течении четырех часов. В случае, если экзаменуемый не успевает ответить на все вопросы на каком-либо из экзаменов, он исключается из списков абитуриентов, и будет приглашен на вступительные экзамены на следующий год. Если экзаменуемый сдает экзамены уже повторно, и вновь не успевает, то он окончательно лишается права поступления в Академию. Тест на магические способности будет проведен послезавтра. На нем мы не только выявим слабейших абитуриентов, с которыми попрощаемся, но и определим предрасположенность к той или иной магии у оставшихся. Вопросы?

Вопросов не последовало, и женщина предоставила слово следующему оратору — внушительного вида мужчине в темной мантии. Он представился темным магом девятого круга Аврелием Драгомиром, и в течении часа рассказывал нам про имеющиеся в Академии факультеты и специализации.

Его мы с Содером слушали с открытыми ртами, узнав много нового про четыре Стихии, Темную и Светлую магии, а также множество направлений в их рамках. Как оказалось, подавляющее большинство магов представляло как раз стихийную магию. Светлых и темных магов было мало, и составляли они лишь десять процентов от общего количества Стихийников. Каждый год Академия набирала тридцать студиозов, разбитых на шесть классов в среднем по пять человек в каждом — четыре класса стихийников и по одному от Темной и Светлой магии.

Чей-то женский голос задал вопрос, а почему количество студиозов названо в среднем? Аврелий тут же на примере пояснил, что в прошлом году студиозов, имеющих предрасположенность к Стихии Воды, оказалось целых восемь, а тех, кто тяготел к Темной магии, всего двое.

— К сожалению, — грустно вздохнул Аврелий, — Темных магов становится все меньше. Хотя и раньше их было весьма немного.

— А нечего было затевать Войну за Остров, — небрежно бросил кто-то, и лицо Аврелия окаменело.

Его глаза опасно сузились, и даже со своего места я уловил исходившую от него волну нескрываемой злости.

— Надеюсь, вы все знаете, что не все Темные маги поддержали бунтовщиков, — холодным тоном, от которого кровь