Монстр женского пола. Часть 4 - Владимир Юрьевич Курзанцев

что он более достоин стать королем, чем Гарлин. То, что кто-то о себе слишком много возомнил, не страшно. А вот если он, воспользовавшись смутой, начнет предпринимать какие-либо шаги с целью завладеть троном, уже грозит для нас неприятностями. Так что хотелось бы узнать о таких настроениях заранее.

— Это не так-то и просто. Где аристократы, и где я!

— Вот не надо прибедняться, господин Зерник! Слуги обычно в курсе дел своего господина. И узнать, не планирует ли их хозяин государственный переворот, значительно проще, чем пытаться проникнуть в среду заговорщиков.

— Хорошо, поработаю в этом направлении тоже, — вздохнул Зерник. — Вот только у меня возникли сомнения по поводу лояльности некоторых моих подчиненных. Работа с чиновниками, а тем более с аристократами требует деликатности и не терпит гласности. И утечка сведений может сильно повредить делу. Насколько свободен я в выборе помощников и могу ли избавиться от неблагонадежных сотрудников?

— Можете хоть полностью поменять весь штат вашего ведомства. В этом я вас безоговорочно поддержу.

После ухода нового начальника полиции, Ольга задумалась о ситуации в королевстве. Сейчас, в переходный период, когда старый претендент на трон умер, а новый еще не прибыл в столицу, некоторые чиновники и аристократы могут попытаться получить лично для себя какие-нибудь незаконные преференции. А это будет у Гарлина неплохой повод избавиться от одних и иметь рычаг давления на других. Значит нужно понаблюдать за этой категорией людей, не самой, конечно, а с помощью Зерника которому, есть все основания доверять.

За прошедшие с первого знакомства годы, полицейский мало чем изменился. Все тот же профессионал, расследует дела добросовестно, не пытаясь найти «козла отпущения» в случае возникших затруднений по ходу ведения дела. В этом Ольга могла убедиться еще во время расследования покушения на Вемону, переросшего в дело против графа Унга и его мага. Честолюбив Зерник в меру: по головам к власти не рвался, но новой должностью явно доволен и, судя по всему, работа полиции под его управлением, только улучшится.

На следующий день, уже отдохнувшая, Ольга собралась навестить Ринка, живущего под наблюдением наемников. Наверное, решение разделиться на время, было верным. У людей герцога имелась возможность и время, чтобы выяснить, в какой таверне она живет, и есть ли у нее попутчики, которых легко можно назначить сообщниками, или просто на всякий случай их арестовать. Сейчас эта опасность уже миновала, но Ринк так и оставался слабым звеном. Кто знает, чьи и какие планы она своим вмешательством разрушила, может, у кого-нибудь и возникнет желание захватить мальчика с целью дальнейшего шантажа. Поэтому выбираться из дворца, где она гостевала в одной из свободных спален, Ольга планировала тайком.

За ней, в общем-то, и не следили, но караул у дверей спальни, на всякий случай стоял. Позавтракать она решила во дворце. Хоть по дворцу и ходили слухи о смерти герцога, повара продолжали работать как обычно, поскольку какого-либо иного приказа до них не довели. Всех приближенных и управляющих герцога, включая и распорядителя, отвечающего за бесперебойную работу кухни, арестовали, а нового не назначили. Ольге не до того было, да и не знала она об исчезновении важного звена хозяйственной жизни дворца. А раз повара готовят, значит, кто-то их стряпню должен есть, зачем же пропадать продуктам?

Ольга пришла на кухню без всякого сопровождения, в своем любимом походном костюме и широкополой шляпой в руке. Внешний вид и прическа в виде двух косичек вполне сочеталась с образом какой-нибудь наемницы, так что работники даже не догадывались, кто к ним явился. Временную правительницу столицы во дворце мало кто знал в лицо: только начальники воинских подразделений и некоторые охранники дворца — свидетели смерти старого герцога. А на кухне она вообще первый раз появилась. Наверное, надо было приказать принести еды в какую-нибудь столовую, но среди слуг, знакомых у нее тоже не оказалось, да и попрятались они, чтобы лишний раз не попасть на глаза и не влипнуть в какую-нибудь неприятность.

— Тебе чего, девонька? — спросил дородный мужчина в желтом переднике и колпаке.

— Кушать хочется. Насыпьте чего-нибудь, а я вам спасибо скажу.

— А ты кто такая будешь? Может, ты отравительница, какая, а я тебя кормить должен!

— Не волнуйтесь, я тут сейчас вроде как самая главная начальница, так что травить мне никого не надо. Не саму же себя ядом пичкать!

— Что-то я не слышал никогда о начальнице-девчонке! — с сомнением произнес труженик дворцового общепита.

— Так и не должны были. Я тут только со вчерашнего дня командую. Вы давайте, накладывайте еду на тарелку! Оправдываться перед вами буду уже в процессе еды, чего время зря терять, совместим два дела сразу! У меня и без того забот немало. Да и сами проследите заодно, чтобы я себе отравы не насыпала.

— Так у меня еда только для герцога и его гостей! Для таких, как ты, другая кухня существует, там дворцовая охрана и гвардейцы питаются, ну и прислуга, тоже.

— Для них тоже вы готовите?

— Не там свой повар есть.

— Да? Не знала. Ну да не страшно, меня герцогская еда тоже устроит, авось не подавлюсь, несите, — заявила Ольга, усаживаясь за свободный от посуды стол.

Повар несколько растерялся. С одной стороны он видел перед собой молодую, наглую девчонку, но с другой, а вдруг она дочь вельможи какого?! Сейчас накричишь, прогонишь ее, а потом получишь неприятности, мол, неуважительное отношение к аристократке. Так что, немного подумав, он решил, что безопаснее ее накормить, чем прогонять.

— Ладно, так уж и быть, накормлю тебя. Но учти, узнаю, что обманом решила попробовать королевской еды, выпорю! — заявил повар, затем крикнул одному из своих подчиненных: — Лериж, пять перемен блюд по высшему разряду на этот стол!

Завтрак как раз только что приготовили, вот только есть его было некому, так что как только прозвучало распоряжение, стол застелили свежей скатертью, и перед Ольгой поставили тарелку, полный набор столовых приборов и блюда со всевозможной едой. Повар с любопытством ждал, как девчонка будет управляться с множеством ножей, вилок, ложек и лопаточек.

Незнакомку лопаточки и разнообразные ложки и вилки не испугали, однако пользоваться ими она не стала, небрежно отодвинув, а взяла в руки нож и вилку, показавшуюся ей наиболее удобной, и стала быстро есть, сноровисто отрезая кусочки отбивной. Вот вроде и не по этикету, однако, ясно, что не простолюдинка. Кроме того, начни она сейчас тут, на кухне