Ревизор: возвращение в СССР 54 - Серж Винтеркей

— Да это вовсе не обязательно, — махнул рукой Ландер. — Главное, что статьи у него получаются яркие, привлекающие внимание. А для нас это, конечно же, самое важное. И не давайте ему какую‑то тему вот прям вот так вот обязательную. Посоветуйтесь с парнем, может, у него собственные идеи какие‑то имеются по этому поводу?

Заместитель, видно было, что не очень доволен таким поручением, но, конечно же, согласился именно так и сделать.

* * *

Москва, квартира Ивлевых

В меню у нас сегодня дома был аппетитный борщ с говядиной. Галия его вчера вечером приготовила, так что за прошедшее с того момента время он стал наваристым. Свежий борщ всё‑таки не совсем то, на второй день намного вкуснее. Вкушал его с удовольствием. Борщ был — само совершенство. А ломоть хлеба с купленным на базаре салом еще добавлял приятных вкусовых ощущений…

Когда телефон зазвонил, с сожалением посмотрел на тарелку: «Остынет же, пока разговаривать буду». Но пошёл к телефону. В любом случае идти надо. Все подруги Галии знают, что у неё сейчас рабочее время. Значит, на работу, если что, будут ей звонить. Поэтому процентов девяносто, что звонят именно мне. Так и так придётся к телефону идти.

Подходя к аппарату, опередил Валентину Никаноровну — она уже из гостиной шла. Кивнул ей благодарно и взял сам трубку. А там — Силин, заместитель главного редактора, с которым я давно уже не пересекался последнее время. У меня любые вопросы в последнее время либо с Верой, либо с самим Ландером разруливались…

— Здравствуйте, Владимир Семенович, — поздоровался я в ответ на его приветствие. Обрадовался при этом, что имя-отчество вспомнил…

— Павел, такой вопрос к тебе есть. Главный редактор поручил тебе, наряду с другими нашими корреспондентами, написать что‑нибудь на тему советского сельского хозяйства. Сам понимаешь, конечно, не мальчик, что в положительном ключе. Но было бы очень хорошо, если бы ты сам тему выбрал. Генрих Маркович высказал именно такое пожелание, чтобы ты сам с темой определился. Может быть, сразу у тебя какие‑то идеи по этому поводу есть?

У меня, конечно, тут же первая мысль выскочила радостная — о том, что у меня огромное количество материала накопилось, пока я для Андропова план аграрной реформы писал. Но я тут же расстроился, когда осознал, что он же, скорее всего, его на заседании Политбюро использовал.

А это означает, что это идёт теперь, наверное, под грифом «совершенно секретно». И, не дай Бог, кто‑то из членов Политбюро или их помощников увидит похожий текст в газете «Труд». Вопросы, конечно, возникнут самые что ни на есть серьёзные к автору этой статьи. Да и Андропов наверняка разозлится за такую подставу с моей стороны…

У нас же никаких договорённостей с ним не было, что я смогу это потом сам использовать информацию в своих публикациях. А раз не было, и дело относится к ведению КГБ, то значит я по умолчанию не должен ничего этого использовать без особого разрешения.

— Боюсь, что вот так вот, сходу, я, к сожалению, не могу никакую тему предложить, — вздохнув, ответил Силину. — Но обещаю, что я достаточно быстро прикину, как и что, и сразу же вас наберу.

— Не спеши, Паша. Главное, чтобы статья была ударная, и её хорошо восприняли читатели, — ответил заместитель главного редактора. — Вот прямо такой спешки, чтобы завтра статья уже была в редакции, у нас совсем нет. Некоторых корреспондентов я вообще планирую и в Казахстан, и на Украину отправить за материалом. Так что имей в виду, может быть, ты тоже куда‑то захочешь съездить?

Попрощались. Положил я трубку, и тут меня как озарило! Если я не могу из своих материалов ничего печатать из опасения, что в Политбюро опознают их, то я же могу в Минск смотаться и интервью у Машерова взять. Уверен, что Ландер для меня это интервью очень быстро согласует. Машеров, конечно, человек серьёзный, но к центральным газетам сейчас у партийной элиты большое уважение. Тем более хоть он и кандидат в члены Политбюро, но всё же в Минске большей частью находится. Так что для него самого очень важно периодически в Москве подсвечиваться в центральной прессе. Поэтому у меня никаких сомнений не было, что редакция для меня это интервью достаточно быстро с ним организует…

А потом у меня тут же следующая мысль возникла. А что, если мне Машерова прям в Москве попытаться поймать?

Минск, конечно, чудный город. Но терять сутки, а то и двое на эту командировку мне откровенно не хотелось. Тем более был я там в прошлой жизни много раз.

И надо признать, что по сравнению с тем, каким он станет в XXI веке, сейчас город, конечно, слабовато ещё должен выглядеть. Разве что чистенький. Но это такая общая фишка у белорусов: чистоту они на своих улицах очень любят.

Или кто его знает… Учитывая, что именно с Минска началось это движение по линии органов правопорядка, которые начали штрафовать, в том числе и за переход на красный свет, вполне может быть, что явление это искусственное, и связано, к примеру, с тем же самым Машеровым. Вот захотелось ему, чтоб всё было чистенько и граждане на красный свет не перебегали, рискуя жизнью, — и вся эта чистота и началась.

В том же Сингапуре, к примеру, сейчас, небось, ещё под ноги себе плюют, да жевательные резинки изо рта прямо под ноги выплевывают. А потом руководству это надоест — введут штрафы по пятьсот баксов за каждый плевок или жевательную резинку. И страна, населённая преимущественно китайцами, вдруг окажется невероятно чистой.

А в каком‑нибудь китайском Шанхае, который сейчас вовсе не город небоскрёбов, как все привыкли в XXI веке, а город бараков и грязи, ещё долго будет всё под ногами в плевках и в хламе.

В общем, не став тянуть, я тут же Силину и перезвонил. Мою идею об интервью с Машеровым он воспринял чрезвычайно позитивно, и горячо одобрил. Также ему очень понравилось моё стремление сэкономить средства редакции, как я это представил, не выезжая в Минск. Договорились, что редакция попытается согласовать с помощником Машерова интервью с ним на территории Москвы.

Раз он кандидат в члены Политбюро, значит, он сто процентов на заседание каждую неделю приезжает. Да наверняка ещё и по другим делам тоже потом задерживается. Мне всего‑то