Вечно голодный студент 6 - RedDetonator

Эвакуация жителей Челябинска займёт не один день, потому что желающих остаться тут нет — вся местная экосистема работала на том, что тут обитает прорва вооружённых людей, которые живут сами по себе и на которых очень невыгодно наламываться.

Но когда большинство уедет, оставшимся бедолагам придётся очень туго…

И всё же, я не очень понимаю тех, которые хотели остаться — жить здесь дерьмово, без электричества, тепла и воды, а вот эта их «свобода» — ну, это крайне сомнительно.

Это «свобода» умереть от голода или болезней, «свобода» стать жертвой зверей, нагрянувших на дегустацию человечины, «свобода» умереть в драке за стремительно тающие ресурсы.

Наверное, они просто не хотят жить, как раньше — работать по графику, подчиняться кому-либо и так далее.

Но обстоятельства диктуют ультиматум: либо остаётесь тут, проживать очень короткую, но насыщенную неприятными событиями жизнь, либо принимаете предложение Фронтира.

Я, на их месте, вообще бы не колебался — удостоверился бы только, что это не скам от постапокалиптических скамеров, жаждущих поживиться за твой счёт, и поехал первым же рейсом.

А челябинцы уже успели удостовериться, что в Волгограде всё окей: партия убывших на самолётах уже записала много видео, а также пообщалась с Хвощом и остальными лидерами по радиосвязи.

— «Баобаб», вызывает «Гектар», — раздался из динамика голос Зулуса. — Начинаем паковать гражданских.

— «Гектар», «Баобаб» на связи, — ответил Щека. — Понял тебя. Скоро буду.

Он с нежностью посмотрел на винтовку, а затем начал упаковывать её в чехол.

— Ещё раз спасибо тебе, бро! — поблагодарил он меня.

— Да не за что, — ответил я.

— Тогда я пошёл — пора собираться, — сказал он. — Увидимся в Волгограде.

— Давай, счастливого пути, — пожелал я ему.

— А вам успешного рейда, — пожелал он нам в ответ.

Я опустил сиденье дивана и развалился на нём.

— Что, готов к усилкам? — спросил я у Муравья, сидящего в кресле.

— Готов, — ответил он.

— Тогда дерзай, — велел я ему. — Как закончишь, час на передышку и идём за Кабаном.

Муравей ушёл в спальню, а я открыл газету «Вечерний Челябинск» за 24 июня 2026 года.

Это выпуск, вышедший примерно после начала зоошизы — ну, вернее, тогда пошли первые признаки того, что что-то идёт не так, но власть ещё сохранялась и выглядела незыблемой.

В связи с этой «незыблемостью», газета «Вечерний Челябинск» выходила аж до первых чисел июля, но в последующих номерах нет ничего интересного — пишут о том, что надо сидеть дома, какие меры нужно принимать, чтобы минимизировать риски и как надо баррикадировать квартиру или дом, чтобы не пропустить зверей.

И именно выпуск № 47 — это последний нормальный, где описываются типичные проблемы провинциальных городов: предлагаются действия, как справиться с одичавшими псинами, досаждающими горожанам, освещается проблема нехватки пандусов для инвалидов, сообщается об успешной ликвидации очередной стихийной свалки и так далее.

Читаю и погружаюсь в те светлые и славные времена, донельзя спокойные и по-хорошему скучные…

До сегодняшнего дня я газеты вообще не читал, а тут просто нашёл на столе этот выпуск и он увлёк меня. Оказывается, интересно — гораздо интереснее, чем читать актуальную хуйню в интернет-изданиях.

— Всё! — сообщил Муравей из спальни.

А я только дошёл до статьи о садоводстве — тоже увлекательное чтиво, с привкусом ностальгии…

— Набивай текст! — приказал я.

Мне интересно, что даст это усиление, но о секретном методе посадки баклажанов и огурцов тоже прочитать очень хочется.

Где-то через десять с лишним минут, телефон тренькнул уведомлением. Неохотно отрываюсь от газеты и достаю мобилу.

— «Форсированная хемилюминесцентная проекция»

Описание: дальнейшая глубокая мутация подкожных биолюминесцентных желез в кистях, предплечьях, тыльной стороне ладоней и локтевых сгибах с многократным увеличением плотности люциферин-люциферазных комплексов, добавлением специализированных регуляторных клеток, адаптивных хроматофоров и внутренних светофильтров. Формируются дополнительные резервуары для накопления люциферина и механизмы мгновенной химической реакции с возможностью точного контроля интенсивности, спектра, длительности и геометрии светового потока.

Эффект:

Режим «Фонарь»: ровное свечение яркостью до 7200 люменов на дистанцию до 92 метров. Возможна плавная регулировка оттенка от холодного голубовато-зелёного до нейтрально-белого.

Режим «Вспышка»: мгновенная вспышка яркостью 26 000 люменов длительностью 1,3 секунды, вызывающая временную потерю зрения у цели на 14–22 секунды.

Режим «Луч»: формирование узкого концентрированного луча диаметром 25 сантиметров, яркостью 14 500 люменов, способного ослеплять одну цель на дистанции до 68 метров.

Режим «Пульсация»: серия высокочастотных вспышек 8–14 Гц яркостью 18 000 люменов длительностью до 6 секунд, вызывающая сильную дезориентацию, тошноту и нарушение равновесия у всех целей в конусе 45° на дистанции до 35 метров.

Расход: 1240 килокалорий за 36 минут непрерывного свечения в режиме «Фонарь», 1489 килокалорий за одну «Вспышку», 1354 килокалории за 33 секунды «Луча» или 1612 килокалорий за 6,8 секунд «Пульсация».

Примечание: значительно усилена защита глаз и зрительного аппарата носителя. Возможна тонкая настройка спектра и частоты. Повторное интенсивное использование в короткий промежуток времени вызывает умеренное истощение люциферина и временную усталость желез.

— М-да… — произнёс я, прочитав описание и эффекты. — Мощность растёт…

— Мне продолжать? — спросил Муравей, выглянувший из спальни. — Или протестируем?

— Да тут особо нечего тестировать, — ответил я. — Давай сразу до протоапекса и там уже посмотрим.

— Хорошо, тогда я приступаю, — сказал Муравей и вернулся в спальню.

В гостиную вошёл Хвощ.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Да, в полном, — сказал я. — В городе всё спокойно?

— Да, всё отлично, — ответил Хвощ. — Народ на духовном подъёме — все с нетерпением ждут прибытия самолёта…

Смотрю на часы.

— Ещё где-то два-три часа и прилетит, — сообщил я ему.

Фазан летает практически без передышки — гоняет наш Бомбардир из Волгограда в Челябинск и обратно, эвакуируя челябинцев по семьдесят человек за раз.

Эти люди уже больше полугода жили без электричества, а тут рейс на самолёте — я даже не представляю их ахуй от происходящего.

— Мне нужно эвакуировать семью и близких мне людей… — заговорил Хвощ.

— Это не ко мне, а к Профу, — ответил я сразу же. — Мы с Муравьём здесь вообще не за эвакуацией, а по другим вопросам.

— Да, я знаю, — сказал Хвощ. — Но можно ли организовать…

— Нет, нельзя, — отрезал я. — К Профу с такими вопросами. Что тебе мешает связаться с ним?

— Я бы не хотел делать это публично… — объяснил Хвощ.

— А-а-а, хочешь выглядеть в глазах своих лучше, чем являешься на самом деле? — с усмешкой спросил я. — Ладно…

Достаю из подсумка «Азарт».

— «Январь», вызывает «Дюшес-1», — воззвал я к небесам.

— «Дюшес-1», «Январь» на связи, — ответил мне Ронин.