Эволюция целителя 8 - Сергей Витальевич Карелин

— Запах тот же, значит точно, — кивнула Виктория, когда мы зашли в дом.

Расселись за столом, поели сытного зелёного борща. Затем Настя положила каждому в тарелки второе. Румяные кусочки картофеля, полупрозрачные кусочки сала, и обалденный аромат, от которого слюнки текли еще активнее.

Сосредоточенно орудуя вилкой, я заметил на столе солёные грузди, попробовал их, отмечая, что грибы слегка похрустывают и не менее вкусные, чем всё остальное.

— Мама передала из Рязани, — улыбнулась Настя.

— Фкажи фпафибо маме. И тебе фпафибо. Офф фкуффно, — произнёс с набитым ртом Пуля.

— Жуй давай, болтает он, — буркнул в его сторону Захарыч.

Вика нацепила кусочек картофеля на вилку, презрительно его осмотрела, затем закинула в рот.

— Хмм, а это вкуснее, чем я думала, — призналась она.

— Приятного аппетита, Вика, — зыркнула на неё Настюха, садясь за стол и приступая к трапезе. Фразу Вики она явно восприняла как издёвку.

После того, как я съел и добавку, принял кружку горячего травяного чая из рук Насти, а потом встретился взглядом с прокашлявшимся Захарычем.

— Алексей, завтра нас навестит Лисовский. Ты же в курсе? — напряжённо произнёс старик. — Ты вроде что-то там сделал. Не расскажешь нам?

— Почему же, охотно расскажу. Главное, чтобы комиссия не узнала об этом, — предупредил я и вкратце объяснил, какую авантюру провернул Никаноров с материалом клиники.

— Главное чтоб потом по шапке не прилетело. Тогда точно закроют, — заметил старик.

— Если никто не расскажет — не прилетит, — подчеркнул я.

Сразу после этого мы перешли к обсуждению подготовки нашей новой клиники, ведь завтра первый рабочий день на новом месте.

Пуля похвастался тем, что собрал почти все агрегаты и уже вызвонил Дарью. Она скоро должна приехать. Настроит всё как полагается.

Настя сообщила, что робот-мойщик и дезинфектор справляются потихоньку со своей задачей. К вечеру клиника будет сверкать от чистоты.

— Романа с Михаилом предупредил, что завтра работаем. Скинул им адрес твоего поместья, — буркнул Захарыч, делая глоток чая и откусывая от пряника добрую половину.

Пока Виктория продолжала дегустировать жареную картошку, мы обсудили преображение территории, затем прайс на услуг, который несомненно надо повышать. Ведь клиника уже элитная. Я предложил разделить цены на более щадящие, для пациентов среднего достатка, которых будут принимать Роман с Михаилом, и высокие. В последнем случае это будут те, кто может себе позволить моё лечение. Аристократы из обеспеченных семей, в основном князья и графы.

ТаЗа бюджетное лечение надо было потратить сто рублей, за операцию — пятьсот. А уровень ВИП — тысяча и пять тысяч соответственно.

Виктория, справившись с блюдом, перешла к чаю и сообщила, что уже связалась с Шелест. Реклама клиники теперь перенастроена на новый адрес, причём даже обозначен маршрут подъезда к парковке клиники. Так что пациенты нас точно не потеряют, и следует готовиться к очередному наплыву.

После обеда все занялись своими делами, а я обошёл территорию и остановился у калитки к княжичу Долгопрудному.

В этот момент с территории соседнего поместья грохнули два выстрела, причем достаточно рядом, и я вгляделся в сторону стрельбища. Точнее за него.

Шустриха пыталась лететь с подбитым крылом, обиженно каркая, а в её клюве я заметил шампур с крупными кусками шашлыка.

За ней бежал княжич Долгопрудный с ружьём наперевес и громко матерился.

Вот Шустриха спустилась слишком низко и села на черепичную крышу стрельбища.

— Держи, паскуда! — выпалил княжич, резко притормозив в десяти метрах от птицы, поднял ружьё, прицелился.

Я был слишком далеко, чтобы достать анестетиком и усыпить его. Карыч не отвечал.

Княжич нажал на спусковой крючок, и выстрелил чуть ли не в упор в раненую Шустриху.

Глава 18

— Ка-ар-р-р! — возмущённо выпалила Шустриха, и её зрачки сверкнули.

Перед ней образовался сияющий барьер, и дробины отскочили от него рикошетом, словно от стены.

Долгопрудный тут же забыл про ружьё и про украденный шашлык. Пока ворона ловко орудовала клювом, стаскивая куски мяса с шампура, княжич пялился на неё, вглядываясь в идеально ровный барьер, который непонятно как защитил ворону.

Затем он запустил в Шустриху заклинанием. Оно сформировалось прямо перед ним в виде ледяной стрелы, ударило в купол, разнося его в клочья.

— Каур-р-р! — возмущённо, с претензией выпалила Шустриха в ответ, заглатывая последний кусок мяса.

— Ну тва-арь, — прошипел княжич. — Щас я тебе покажу кар. Такой кар тебе будет, что охр-ренеешь. Захар, твою налево! Шевели своими культяпками!

Слуга подскочил, протягивая ему патроны. Пока Долгопрудный заряжал ружьё, Шустриха сбросила пустой шампур и улетела в сторону моего поместья.

— Алексей! Ну ты видел⁈ Что это за птица⁈ Это ж необычная ворона! — восклицал он, показывая стволом ружья в сторону удаляющейся Шустрихи.

— Впервые такое вижу, — изобразил я удивление.

Хотя я ведь говорил правду. Я впервые вижу, чтобы обычная ворона формировала защитный барьер.

«И я тоже. Забавно, мда», — откликнулся Карыч.

«А может, шутишь? Это ведь ты защитил свою подопечную», — предположил я, намекая на его участие.

«Вот делать мне больше нечего, как шутить, — проворчал Карыч. — Я был в это время в месте силы. Заряжался. В том-то и дело, что сама Шустриха сделала барьер».

«Тогда она тоже необычная птица?» — удивился я, и пернатый вздохнул, тяжело и протяжно.

«Была обычной, в том то и дело. Но у меня есть мыслишки на этот счёт. Потом поделюсь. Вон, к тебе идёт уже этот самый… выпендрёжник», — Карыч умолк, а я посмотрел на Долгопрудного.

И полминуты не прошло, как он добрался до калитки.

— Надо вызывать срочно группу зачистки, — выдохнул Долгопрудный, кое-как справляясь с одышкой. — Представляешь, эта тварина стащила шампур прямо со стола! А если вернётся? Если нападёт на кого-то?

— Кажется, что она улетела и больше не вернётся. Да и что тебе может сделать ворона?

— Ты видел какой у неё клюв? Пробьёт голову запросто, — процедил Долгопрудный.

— Обычная ворона с виду. И всё же я бы не спешил никого вызывать. Представь, что с нашими поместьями сделают эти увальни из зачистки. Я только участок свой привёл в порядок, — подчеркнул я. — Перероют всё своими датчиками, и всё из-за одной птицы, которую, разумеется, не найдут.

— И то верно, — растерянно произнёс Долгопрудный. — Ладно,