Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев

Глава 10

Первая микросхема будущего

Из всего снятого с RAVчика электронного оборудования самым простым, на мой взгляд, оказался парктроник. Их было два независимых комплекта, один стоял сзади, другой спереди. В общем-то знал я про них совсем немного — состоят из четырех ультразвуковых датчиков, сведенных на несложный блок управления, к которому, в свою очередь, подключена семисегментная светодиодная шкала, показывающая по двум каналам расстояние до препятствия.

Раскрыл коробочку с электроникой. Печатная плата размером чуть меньше пачки сигарет. Исполнено в SMD-монтаже. На входе — регуляторы уровня, по одному на датчик. Тут все понятно. Десяток электролитических конденсаторов. Пара силовых транзисторов, похоже, цепь питания. Кварцевый генератор. Штук тридцать резисторов и керамических конденсаторов. Парочка небольших микросхем логики о шестнадцати ногах и столько же маленьких, восьминогих. На взгляд из две тысячи десятого года — совершенно неинтересное устройство, даже процессора нет.

Аккуратно удалить маркировки, те, которые могут что-то сказать о дате изготовления и фирме-производителе, и можно отдавать специалистам. Понятие «интегральная схема» в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году уже было известно, проверял по журналам. Более того, что-то выпускалось серийно. Печатные платы тоже являлись далеко не новинкой, радиолюбители, если верить журналу «Радио», их вовсю травили на кухнях. Для ракет явно использовали элементы посерьезнее и посложнее, наверное, там подошли близко к уровню парктроника. Если мой примитивный агрегат еще актуален в роли передового образца, пожалуйста, разбирайте, копируйте, получайте патенты[93].

Топологию интегральной схемы наверняка можно «переснять» каким-нибудь специальным микроскопом. Или послойно сошлифовать. Где-то читал, что так поступали с первыми штатовскими процессорами вплоть до i386. Да и остальное… Пусть сразу переходят на прогрессивный стандарт пайки без ножек, это проще и дешевле.

С этими объяснениями передал устройство Семичастному, как понимаю, именно он будет отвечать за «впрыск» технологий из будущего под видом внедрения новейших зарубежных разработок, похищенных советской разведкой у злых капиталистов. Небось еще какой-нибудь офицер типа Анатолия орден получит за вербовку особо ценного агента и провоз секретной схемы через монгольскую границу под видом украшения к национальному костюму.

Ответ получил через пару дней, и совсем не такой, как ожидал. Не успел допить традиционный чай с пирожными после ужина, как приехал Владимир Ефимович, в кителе и при погонах.

— Пойдем, прогуляемся! — скомандовал он, даже не здороваясь. Выражение лица не предвещало ничего хорошего.

— Пойдем. — Подобные «путешествия» по шикарным дорожкам окрестного сосняка уже стали привычным развлечением. Тем более что спорить в подобной ситуации не рекомендовалось.

Едва вышли за порог, как он набросился на меня с претензиями:

— Прожектер! Специалисты из НИИ-35[94] чуть с ума не сошли, когда принялись изучать устройство. Оказывается, его невозможно скопировать! Принципиально иной технологический подход к размещению и конструкции элементов, даже состав припоя необычный. Интегральные схемы десятичного счетчика-дешифратора, как они сказали, вообще опережают все им известное как минимум на десятилетие.

Семичастный достал из внутреннего кармана плотно исписанный перьевой ручкой лист бумаги и помахал им перед моим носом:

— Это только малая часть вопросов, которые они хотят, нет, мечтают задать…

— Но… — Хотел спросить, почему это так плохо, однако не успел.

— Спецы устроили истерику, намерены дойти до Президиума ЦК, так как подобные разработки существенно влияют на безопасность СССР. Уже подсчитали, что массу и объем бортовой мини-ЭВМ самолета и мощность ее электропитания можно уменьшить в восемь раз, значительно повысив при этом надежность. И устанавливать даже на истребитель.

— Так они в общем-то правы…

— Слушай дальше! — оборвал меня Владимир Ефимович. — Александр Николаевич их завтра примет и «поблагодарит» тебя отдельно. — Грозно посмотрел на меня, ожидая, что я от страха поползу прятаться под хвойную подушку леса. — Они догадались, что это как-то связано с кино про инопланетян.

— И что теперь? — Где же я прокололся-то? Осторожнее надо, предки-то совсем не дураки!

— Думать надо было! Головой, а не желудком! — В выражениях он не стеснялся, и очень быстро я узнал про себя много нового и неожиданного.

Через несколько минут не выдержал: генералов в Советском Союзе много, а попаданец из будущего всего один!

— В следующий раз обязательно перемещусь в другое измерение! Раз тут плохо подготовился. Ошибся-то всего на пяток лет, это точность в десять процентов от общего времени «провала».

— Второй подобный прокол будет последним! — Продолжал бушевать Семичастный. — Переедешь с этого курорта в карцер для стимуляции памяти!

— Да хоть куда! — Сколько на меня кричать можно?! — Ну не понимаю я почти ничего в электронике, резистор от конденсатора только на схеме по маркировке отличить могу. Помню вузовский курс да полурекламные ролики с YouTube. Тем более что выводы пришлось делать без общения со специалистами, по любительским журналам!

— Меня не волнуют твои проблемы, — отчеканил Семичастный, замораживающе глядя прямо мне в глаза. — Предложения должны быть представлены в соответствии с текущим историческим моментом.

— Приложу все усилия. — Надо срочно сдавать назад, пока на самом деле не выселили в холодную (ишь как на политический слог потянуло!).

— Да уж хотелось бы! — с издевкой подтвердил он. — Считай это первым и последним предупреждением.

С удовольствием что-то вспомнил бы, но память такая, пока не зацепишь, не задашь правильный вопрос, ответа не будет. А кто его задаст? Сам себе не могу!

— Вот, смотри, как выглядят интегральные схемы в наше время. — Владимир Ефимович достал из кармана странный квадратик сантиметра в три, отдаленно похожий на древний pentium, по красно-коричневой поверхности которого вместо маркировки были небрежно «накатаны» полоски проводников. — Это триггер. Микропленочная схема, считается перспективной.

— Один? — Я покрутил изделие в руках, было видно, что дорожки толщиной в миллиметр нанесены пленкой на тонкую керамическую основу. Никаких контактных ножек с обратной стороны не имелось.

— Печатные платы. — Мне под нос подсунули страшненькую конструкцию… Нет, не стеклотекстолита, а странного слоистого пластика грязного светло-коричневого цвета. Фольгирована была только одна сторона, неуклюжие толстые дорожки навевали мысль о ручной разводке. Пайку делали каплями олова, огромными, больше спичечной головки.