Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Можно было бы отлить пару орудий и для своей шхуны, но судно и так почти перегружено после вступления новых членов экипажа. К тому же полтинник «Канонира» есть только у Эстебана.

А вот легендарный комплект «Изобилие»… Этот красавец останется при мне до особого случая. Если удастся решить вопрос с поглощением собственной души — обязательно закачу пир на весь мир. Тогда эти пять звёзд покажут, на что способны.

— Поднимись!

Вот ведь заладил. Не наставник, а заевшая шарманка.

Только я отвлёкся от болевых ощущений, как он их вернул.

Приказал крупицам свободной крови, что уже успели восстановиться, исцелить травмы и, не без усилий, поднялся. Со «чпокающим» звуком откупорил сосуд душ — и началось…

Из горлышка взметнулась вереница искорок и устремилась к статуе Кахорта.

— Да-а-а… — голос наставника прокатился по храму низким, удовлетворённым басом.

Система тут же откликнулась уведомлением:

Поздравляем! Вы выполнили классовое задание: Жатва II.

Ваша награда: неизвестно.

Искорки одна за другой покидали зал храма, пролетая сквозь стены. Я до сих пор не понимал сути процесса. Логика подсказывала, что жатва должна означать поглощение душ, их уничтожение или, на крайний случай, пленение. Но они не исчезали и не сгорали дотла.

Они просто улетали прочь, словно освобождённые птицы. Ох уж эти тайны Парадигмы…

Статуя заметно преобразилась. Великая душа Кодж-Морга, видимо, обладала особой силой. Её влияние превосходило десятки обычных искорок и ушла она самой последней. Очертания наставника проявились ещё чётче.

Лицо больше не напоминало пустой овал. Теперь я различал широкий выпирающий лоб, в центре которого красовалось око, пока еще размытое, плохо детализированное. Три густые полосы бровей нависали над глазницами, придавая лицу суровое, почти гневное выражение. Плотно сжатые губы не обещали ничего хорошего тем, кто осмелится противостоять этому созданию.

В целом Кахорт напоминал человека — если бы не дополнительное око, превращающее его в нечто совершенно иное.

Элементы одежды тяжело поддавались идентификации, но походили на боевую экипировку. С пояса до колен свисал пластинчатый фартук. Что-то подобное я видел на древних гравюрах, изображающих самураев.

Значит, он воин, а не придворный щеголь.

— Награду найдешь ты в сундуке, мой ученик, — произнес Кахорт, и его голос прозвучал почти дружелюбно.

Дважды просить не пришлось. Я, прихрамывая, поковылял к тому месту, где недавно подобрал сосуд душ.

Крышка отворилась, обнажив содержимое. Внутри лежал… сувенир? Предмет напоминал миниатюрную копию обелиска, что охранял вход в храм и много ябедничал.

Тотем безмолвной жатвы.

Легендарное. Классовое. Магическое. Инвентарное.

Особые свойства: нарушает восприятие демона, обитающего в теле носителя. Владелец тотема становится невосприимчив к ментальному шпионажу. Демон утрачивает способность читать мысли хозяина. Помимо того, тотем скрывает любые следы жатвы душ, делая этот процесс полностью незаметным для всех, кроме владельца.

Пусть и без бонусов к характеристикам, но очень полезный предмет! Я так понимаю, что префикс «инвентарное» означает, что эффекты тотема будут иметь силу, даже если он находится в рюкзаке.

Значит, не придётся никому объяснять, что за искорки постоянно влетают в мою сумку. Ну и вишенкой на торте: Драксус никогда не узнает, что мы с наставником задумали!

Вернулся к Кахорту.

— Твое последнее и самое сложное поручение, ученик! Последняя преграда на пути к нашей свободе…

Вами получено классовое задание: Жатва III.

Пожните 1000 душ и добудьте сердце острова рангом не ниже второго.

Награда: неизвестно.

Тысяча Диабло! Это что ещё такое? Ладно, души — сложно, но можно. Но сердце⁉

Каждый постоянный остров в Архипелаге функционирует благодаря сердцу острова. Стоит его украсть — и через две недели суша превратится в подводную могилу. Да во всем ближайшем секторе новоприбывшие расы уже давно расхватали лакомые кусочки суши! И как я найду столь ценный и охраняемый предмет?

Теперь по моей вине один из островов второго ранга должен будет погрузиться в пучину. А ведь Парадигма не простит подобного. Информация из глифа всплыла в памяти со всеми подробностями: система назначит штраф виновнику катастрофы.

— Не назначит. Это совсем другое, — прочёл мои мысли Кахорт. — Дозволяю тебе задать один вопрос. А затем — ступай прочь.

— Расскажи, что в итоге происходит с душами? — слова вылетели сами собой. — И почему обладатель великой души выказал мне почтение, когда узнал, что я — жнец?

Долгую минуту ожидал ответа. Наконец, глаза наставника вспыхнули угольками.

— Еще не время тебе знать такое, ученик. Ступай прочь!

— Но ты обещал один ответ!

— Хорошо, — произнес он после паузы тоном существа, которое идет на нежелательную уступку. — Я открою тебе великую тайну, но лишь когда ты завершишь поручение. А теперь слушай внимательно, ученик. Я говорю это в последний раз… СТУПАЙ ПРОЧЬ!!!

От звуковой волны у меня заложило уши, а перед глазами поплыли цветные пятна.

Достал, блин!

Я переместился домой и обнаружил, что уже наступил вечер. Знакомая обстановка накрыла меня волной облегчения.

Фух… Наконец-то этот кошмар позади.

Осмотрелся и увидел силуэт Калиэсты на балконе. Она задумчиво вглядывалась в небо. Я осторожно подкрался сзади. Руки обвили ее тонкую талию, пальцы сплелись в замок на плоском животе.

— Как дела, дорогая? — прошептал я, касаясь губами ее уха.

Калиэста расслабилась в объятиях, откинув голову на мое плечо. Она плавно развернулась, и улыбка мгновенно сползла с ее лица, сменившись выражением ужаса. Подруга резко отстранилась, уперев кулаки в бока.

— Что с тобой произошло⁈

Черт! Я совершенно забыл привести себя в надлежащий вид. Нагрудник был исцарапан и помят, словно на него обрушился каменный дождь. Темные пятна крови покрывали одежду. Некоторые засохли и превратились в жесткую корку.

— Мы уже это обсуждали, — попытался я смягчить ситуацию. — Не ругайся.

Но в глазах Калиэсты собирались слезы — это роковое женское оружие, против которого нет защиты. А вот и нижняя губа задрожала.

Я поспешно полез в рюкзак, нащупывая спасительный подарок.

— Глянь на это! — выпалил я, доставая платье сотни звезд.

— Какая прелесть! — Калиэста энергично захлопала в ладоши, и слезы мгновенно высохли.

Она выхватила подарок из моих рук с детским восторгом, прижала к груди и устремилась в спальню, оставляя за собой цветочный шлейф парфюма.

— Сейчас примерю, только не подглядывай! — крикнула она через плечо, скрываясь за дверью.

Девушки…

Я покачал головой, улыбаясь. Удивительно, как быстро они переключаются с одной эмоции на другую.

Послышался шорох ткани, приглушённые возгласы восхищения. Калиэста говорила что-то восторженное. Вероятно, примеряла перед зеркалом.

Наконец дверь распахнулась, и у меня чуть челюсть не