Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

— Какой план?! — рявкнул Фейра Иле.

— Использовать Алхимика, — ответила Алкад. — После того как первоначальная миссия была прервана, Икела и еще четверо офицеров были отправлены распродать антивещество с погибших кораблей. Деньги эти им следовало инвестировать, так, чтобы, когда санкции с Омуты будут сняты и поддерживавшая блокаду эскадра конфедеративного флота покинет систему, мы могли приобрести боевой корабль, способный запустить Алхимика. Единственная причина, по которой существует ваша организация, — предоставить мне команду, которая не пойдет на попятную. — Она прожгла Икелу взглядом. — И вот я здесь. Ни корабля, ни команды у меня нет.

— Я тебе говорил! — взорвался Икела. — Подавись ты своим кораблем, если тебе так надо! Денег у меня хватит! Любой в этой комнате может купить тебе звездолет. Я не подвел свой народ. Даже не думай! Только мир изменился!

— А по-моему, подвел, — отрезал Кабрал. — Ты очень многих подвел.

— Думай! — бушевал Икела. — Подумайте все вы, ради любви Марии, что она предлагает! Что сотворит с нами Конфедерация, если мы взорвем звезду Омуты?! Как нам отомстят они?!

— Это возможно? — ошеломленно спросил Калиуя Ламу. — Алхимик может взорвать звезду?

— В одном режиме — да, — ответила Алкад. — Но этого я делать не собираюсь. Я предлагаю погасить их солнце. Никто не погибнет, но всю планету и все астероидные поселения придется эвакуировать. Они станут бездомными, нищими изгнанниками, как мы. Разве это не справедливо?

— Ну да… — Он оглядел собравшихся в поисках поддержки, но видел на лицах только смятение. — Все равно не понимаю. Если вы пережили атаку черноястребов, почему вы не продолжили рейс? Зачем ждать тридцать лет?

— У нас возникли проблемы, — отозвалась Алкад. — К тому времени, когда мы могли действовать, уже вступили в силу санкции, и эскадра установила блокаду. Мы решили выждать, пока это препятствие не будет снято. Тогда наши шансы на успех были бы намного выше. Безграничных ресурсов планеты у нас больше не было, а готовый Алхимик только один. Сейчас оптимальный момент. Второго случая нам не представится. По моему следу идут агенты спецслужб. И они меня найдут.

— Агенты? — простонал Дан Малинди. — Святая Мария, они узнают, что вы были здесь!

— О, да, и что вы были здесь — тоже узнают. Это вас волнует?

— Волнует?! Сука! У меня семья!

— М-да. Этот аргумент я сегодня уже слышала, и он начинает меня утомлять. Я тридцать лет жила, имея за душой один только геноцид. А вы все только патриотов изображали. Играя на дудке национализма, каждый из вас преследовал только свои цели. Так вот, я покончу с этой жалкой игрой.

— Вы нам угрожаете? — поинтересовался Кабрал.

— Я всегда угрожала вашему уютному мирку, хоть вы этого и не знали.

— О чем именно вы просите? — полюбопытствовал Фейра Иле.

— Мне нужны две вещи. Во-первых, боевой звездолет с командой из убежденных националистов. А покуда вы готовите и то и другое, — надежное убежище. Не надо недооценивать спецслужбы. Теперь, зная, что Алхимик — это реальность, они пойдут на все, чтобы заполучить его.

Икела поднялся, опершись на стол всем телом.

— Я говорю — нет. Мать Мария, мы сейчас обсуждаем уничтожение звездной системы, точно какую-то хитроумную сделку. Времена изменились. Мы больше не гариссанцы. Если вам обидно это слышать, доктор, — уж извините. Но это так. Смотреть надо в будущее, а не в прошлое. Это безумие.

— А то, что ты говоришь, — предательство, — заметил Кабрал.

— Предательство? Чего? Планеты, убитой тридцать лет назад? Если так — согласен, я предатель. Ну и плевать.

— Другие, услышав об этом, могут подумать иначе.

— Икела, по-моему, тебе уже отступать поздно, — заметил Фейра Иле. — Ты все еще офицер флота, и у тебя есть задание. Ты не можешь отказаться выполнить приказ.

— Зато я могу уволиться. Все, я ухожу.

— Ладно. В таком случае передай мне, пожалуйста, компанию «Т'Опингту».

— Что?

— Мы, кажется, все слышали: она была основана на деньги гариссанского космофлота. Она не твоя.

— Удавись!

— Послушайте, нельзя решать с налету, — взмолился Калиуя Ламу. — Икела прав. Мы обсуждаем судьбу целой планеты.

— Мне следовало догадаться, что ты начнешь ныть, — бросил Дан Малинди.

— Извини?

— Ты слышал. Я готов поддержать доктора Мзу всеми силами. Что нам сделает Конфедерация, если мы будем вооружены Алхимиками?

— Алхимик один, — уточнила Алкад.

— Но вы можете построить еще?

Она поколебалась.

— Если возникнет нужда, его можно повторить.

— Ну, вот видите. Мы же не можем оставить без защиты гариссанский народ и культуру?

— Ты хочешь еще и гонку вооружений начать? — взвизгнул Икела. — Ты такой же псих, как и она.

— Язык придержи! Ты забыл про одержимых?

— Во имя Марии, они здесь при чем?

— Если мы вооружимся Алхимиками, этот ублюдок Капоне дважды подумает, прежде чем посылать сюда свой флот.

— И кто же будет этих Алхимиков посылать в бой?

— Совет Дорадо, конечно, — презрительно бросил Дан Малинди.

— Именно. Какое влияние ты имеешь в совете, все мы знаем.

— Довольно! — Алкад стукнула кулаком по столу. — Я не стану никого снабжать Алхимиками. Вы понятия не имеете, на что он способен. Это не просто большая бомба, которой можно пригрозить ради политических выгод. Он строился с одной целью — уничтожить народ, грозивший нашему миру. И использован Алхимик будет с одной целью — отомстить ему. — Она обвела взглядом партизан, испытывая только гнев и омерзение. И это все, что осталось от планеты, которой она так гордилась? Куда делись их достоинство, их упорство? Или вспомнить прошлое для них уже непосильный труд? — Я даю вам тридцать минут на обсуждение. После этого вы сообщите мне, кто из вас со мной, а кто — против.

— Я с вами, — громко заверил ее Калиуя Ламу, но говорил он уже ей в спину.

Дверь не успела затвориться за ее спиной, как свара разгорелась снова. Телохранители и помощники, толпившиеся в приемной, не сводили с Алкад Мзу глаз, та же едва замечала их. Если б ей только в голову пришло, до чего могут распуститься ее соотечественники, она бы попыталась морально подготовиться…

— Алкад? — К ней тревожно склонилась Вои.

— Не обращай внимания. Все в порядке.

— Пожалуйста. Мне надо вам кое-что показать. Сейчас.

Взяв Алкад за руку, девушка вытащила физика из приемной в коридор. Та не сопротивлялась, хотя программу оценки угрозы по привычке запустила. Усиленные сетчатки принялись машинально оглядывать коридор.

— Вот! — гордо провозгласила Вои, раскрывая кулак. На ладони ее лежал раздавленный паучок.

— Мать Мария! Ты совсем с ума сошла?

— Нет. Послушайте. Вы сами сказали, что за вами охотятся спецслужбы.

— Не надо было тебе об этом говорить, Вои. Ты