Фантастика 2026-42 - Соня Марей

— Кондрат Брилль.

Не хотелось Кондрату раскрывать свою личность, однако и промолчать будет неуважением, за которое могут спросить простолюдина, а лишние проблемы ему были не нужны.

— Новый друг лорда Легрериана… — протянул тот, внимательно окидывая их обоих взглядом, после чего пожал плечами, будто потерял всякий интерес. — Что ж, не буду мешать вам наслаждаться этим великолепным ужином. Лишь хотел поздороваться со старым другом…

Одарив Вайрина недобрыми усмешками, они ушли. Отступили, если быть точнее.

Кондрат видел таких мелких подлых говнюков насквозь. Если бы не он, они начали бы задирать Вайрина и стараться делать это словами, чтобы вынудить его действовать первым. Ведь главное в таком обществе зачастую не кулаки, — пусть они тоже решают, — а острота языка, чтобы вывести из равновесия человека.

Однако Кондрата они не знали. Он представился сухо именем и фамилией, не давая возможности понять, кто он, аристократ или простолюдин. А если аристократ, то каков его титул. И не опасно ли с ним связываться. Иначе говоря, они не стали лезть на рожон, точно не зная, против кого имеют дело.

По крайней мере, они не откровенно тупые, так как власть и вседозволенность превращают мозг в кисель.

— Если он граф, то не должен жить рядом с тобой, верно?

— Да, соседнее графство. Они дальше на поезде поедут, — кивнул Вайрин. — Эти упыри, что с ним, Гарсинг и Фисибергский, они живут на его территории.

— В плане?

— Ну то есть отец этого придурка дал им титул и земли. Обоим. Вот они вокруг него и скачут. А вот четвёртого я что-то раньше не замечал.

После ужина они вернулись в своё купе и легли спать под бесконечный стук колёс, который был как колыбельная. Всего пару раз Кондрат просыпался и видел, как за окном проскакивают или природа, или какая-нибудь деревушка, словно кладбище, погружённое во тьму.

Они приехали только к обеду, успев отзавтракать в вагоне-ресторане. И Кондрат сразу понял, почему это место называется Ловчий уступ.

Город, или большая деревня, располагался на склоне, который упирался в вертикальную гору, убегающую вверх, словно ступень для великана. Она буквально нависала над поселением, и прямо по центру этой «ступени» был длинный выступ, словно трамплин.

Возможно, его раньше использовали, чтобы загонять дичь.

Грубо говоря, городок очень походил на какой-нибудь итальянский городок, стоящий на склоне. Что касается поместья Вайрина, оно располагалось в стороне, на одном из многочисленных холмов, окружавших это место.

Когда Кондрат и Вайрин вышли из вагона, то сразу на перроне их уже встречал старичок с длинной седой бородой и такими же седыми волосами на висках и затылке. В руке он держал трость, которая позволяла ему совсем не скрутиться в бараний рог. Позади него стояли две служанки, что вместе со стариком покорно склонились, завидев младшего сына графа.

— Лорд Легрериан, — прохрипел старик.

— Лорд Легрериана… — передразнил его Вайрин. — Будет тебе, дед. Для тебя я всегда был Вайрином.

— Господин, уж должно мне так здороваться с вами, особенно, когда рядом ваш… товарищ, — старик посмотрел мутным взглядом на Кондрата.

— Ах да, прошу любить и жаловать, мистер Кондрат Брилль, — и хлопнул его по спине, будто подталкивая вперёд. — Этому человеку я обязан жизнью, что не будет преувеличением.

— Мне приятно познакомиться с вами, — кивнул Кондрат.

— Нам тоже, мистер, нам тоже. Приятно видеть, что Вайрин нашёл человека, которого уважает.

— Дед, не забывайся, — поморщился тот и посмотрел на служанок. — Кинси, Ани, давно не виделись.

— Господин, мы рады вашему возвращению, — произнесла одна из них.

— Да. Рады, что вы в здравии.

— Ага, в здравии, — фыркнул он насмешливо. — Ни одного своего зуба не осталось, все вставные.

После чего он огляделся, вдохнул полной грудью, расправил плечи и кивнул в сторону поместья.

— Что ж… погнали, чё. А то, наверное, мои родичи уже и не помнят физиономию сына, — и он шагнул по перрону навстречу городу.

— Вайрин… — с укоризною произнёс старик. — Вы же лорд.

— Да-да, речь и всякое такое, помню, дед, помню… Блин, словно в детство вернулся, — он пробежался взглядом по городку и обернулся к служанкам. — И да, если увидите от Кондрата лютый взгляд — не пугайтесь. Он на всех так смотрит. Работа такая.

— Мы будем иметь ввиду, — улыбнулась одна из них, и обе украдкой не без интереса посмотрели на Кондрата.

Что-что, а внезапный гость, которого привёз с собой сын хозяина, был интересным. Очень даже мужественным, суровым и загадочным. А такие всегда привлекают женский взгляд. И Кондрат понимал, что скоро таких взглядов будет очень много.

Глава 30

Дорога к поместью вела по улочкам города. Вымощенным камням, чистая и солнечная, но благодаря невысоким каменным домам, между которыми она поднималась вверх, приобретала какую-то обворожительность маленького городка, где каждое укромное место было по-своему уютным.

Кондрат вместе с Вайрином и его слугами из поместья поднимались неспеша по склону, встречая на своём пути людей. Все, как один, снимали шляпы и кланялись, провожая их заинтересованными взглядами.

— Ничего не изменилось… — пробормотал Вайрин, иногда окидывая город взглядом. — Прямо как когда я уехал.

— Жизнь здесь шла и идёт своим чередом, господин, — произнёс старик и улыбнулся. — Хотя улицы скучают по вашим проделкам, этого не отнять. С тех пор здесь стало слишком умиротворённо.

— Да, было дело… — усмехнулся он, почесав затылок, и чему-то рассмеялся.

Кондрат вопросительно посмотрел на него, и Вайрин, слегка смущаясь, решил прояснить ситуацию.

— Да просто вспомнил случай, когда забрался на пожарную колокольню с местными парнями и начал бить в колокол ночью. Было забавно, конечно…

— Тогда весь город выскочил из своих домов, подумав, что начался сильный пожар, — добавил старик.

— Ага. И от отца мне знатно прилетело, — согласно кивнул тот. — Это был первый и последний раз, когда меня секли прутьями ивы. Но будем честны, мою жопу тогда спас дед.

— Господин Легрериан, — поморщился старик. — Вы же сын графа… и так разговариваете…

— Ой, да ладно тебе, дед, — отмахнулся Вайрин и обернулся к Кондрату. — Короче, тогда отец был в ярости, ты даже прикинуть не можешь, насколько. Хотел высечь меня, как последнюю скотину, но деда