Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

— Разумеется отслеживаю, сопоставляю и анализирую. А вы полагаете, я вот так запросто отправил в ссылку дюжину сёл и забыл о них? И за теми, что вы поставили уже по программе переселения присматриваем, сравниваем с другими поселениями, где трудятся чиновники. Надо же понимать примерные масштабы чиновничьего произвола. Казнокрадство полностью изжить нереально, но в значительной мере умерить аппетиты мздоимцев всё же возможно. И тут ваши поселения как пример подходят лучше всего, ибо концерн у самого себя воровать не станет.

— Ну, я всё же не идеализировал бы. Люди они везде люди, и всегда готовы прибрать то, что плохо лежит. Если видят лазейку, то непременно ею воспользуются. Однако, соглашусь, масштабы воровства у наших управляющих и у государственных чиновников несопоставимы.

— Вот и я о том же, — кивнул Столыпин.

— Так что по моей просьбе? Прошу для Росича, но ведь выгода концерна получается и стране на пользу.

— Хорошо бы подкрепить это чем-то материальным. Так, чтобы за Василия Егоровича просила не только императрица, но было бы ещё что-то.

— Я привёз в столицу четыре аэроплана, которые хотел бы продемонстрировать его величеству.

— Те самые, что участвовали в гражданской войне в Мексике? Государь слышал о них и был недоволен тем обстоятельством, что концерн не представил их на выставке. А ещё, мне едва удалось удержать военное ведомство от заключения крупного контракта с французскими компаниями.

— Благодарю, что поверили мне, Пётр Аркадьевич. Мы готовы представить три модификации легкомоторных самолётов. Первая, гражданский вариант со стопятидесятисильным двигателем. Для развлекательных полётов, полезная нагрузка не больше шести пудов. Второй и третий с двухсот и трёхсотсильным двигателями соответственно. Эти модели прошли не просто полётные испытания, они проверены войной. Французские этажерки едва держатся в небе и малейшая ошибка пилота может привести к аварии, а наши «цешки» прощают даже грубые просчёты. Это готовые рабочие лошадки. Как я и говорил, военное ведомство не пожалеет о таком приобретении. Конечно, если только их превосходительства не испытывают врождённого пренебрежения ко всему русскому и посконному.

— Это да, любят у нас приклоняться перед западом. Однако, полагаю авиаторы способны понять какие аэропланы лучше. Небольшую партию в дюжину машин наши армейцы всё же закупили и сейчас наши пилоты летают на них в Гатчине.

— Главное усадить их в кабину «цешки» и они не пожелают её покидать, — убеждённо заверил я.

— А четвёртый аэроплан? Я так понимаю, он стоит в отдельном ряду?

— Тысячесильный мотор, какие мы устанавливаем на дирижабли, способен перевозить сто пудов груза или двенадцать пассажиров с незначительным багажом. Дальность полёта тысяча вёрст. Уже на будущий год мы намерены создать новую авиакомпанию и первый маршрут Санкт-Петербург — Москва. Время перелёта неполные четыре часа. Можно будет летать в гости на выходные в первопрестольную или оттуда сюда. Ничего подобного в мире нет. Россия и тут утрёт нос всяким европам, а французы нервно курят в сторонке.

— Лихо вы завернули. Иными словами, этот аэроплан так же не на продажу.

— А зачем нам продавать или выпрашивать казённые заказы? Здесь, как и с дирижаблями мы сразу получаем возможность получить живые деньги. Уже на будущий год из Питера и Москвы потянутся маршруты по крупным городам в радиусе восьмисот-девятисот вёрст. А если уменьшить количество пассажирских мест, скажем, до десяти, то увеличив запас топлива преодолеть расстояние и в тысячу двести. К примеру, получатся прямые рейсы Москва или Петербург — Варшава. Та же Казань, Киев, другие города. А для этого необходимо строить аэродромы, нужны мастерские и обслуживающий персонал. Так что, работы нам в России хватит на десятки лет вперёд.

— И не станете расширять производство?

— Будем. И место в Никольск-Уссурийске подобрали с таким расчётом. И алюминиевый завод сейчас работает в четверть запланированной мощности и своего сырья потребляет только двадцать процентов, львиная же доля привозной боксит, морем и железной дорогой. И даже сейчас большая часть алюминия уходит на склад, потому что дирижабельная верфь не потребляет такое количество.

— То есть, вы изначально закладывали строительство электростанции и завода на вырост имя ввиду производство аэропланов? — уточнил Столыпин.

— Разумеется.

— Да. Такая новость его величество точно порадует. Только боюсь, что найдутся доброхоты которые подскажут ему, что неплохо бы такому хозяйственнику как Флуг, поднять какой-нибудь отсталый регион. К примеру, Туркестан.

— Уверен, что Василий Егорович добьётся успеха и там. Не может не добиться, ибо он и впрямь отличный хозяйственник. Но здесь он оказывает содействие нашему концерну, а мы выдаём основные показатели экономического роста. Как результат улучшение благосостояния жителей и увеличение численности населения, которая сегодня уже приближается к миллиону человек. Впрочем, вы об этом и без того знаете. Иными словами, мы хорошо дополняем друг друга. Раздели нас, и эффективность серьёзно снизится, а это не выгодно ни нам, ни России в целом…

Мы проговорили ещё с час, после чего он распорядился, чтобы я с Четверяковым и его командой ожидал вызова в гостинице. По его мнению вызовут нас уже сегодня, уж больно горячий вопрос. А там, уж всё в моих руках, сумею ли убедить её императорское величество. Впрочем, главное, что Столыпин обеспечит аудиенцию а там уж как-нибудь справлюсь.

Что же до самого Четверякова, то я не опасаюсь, что ему вскружит голову успех и он возжелает перебраться в столицу. Главное, для чего его привлекали он сделал, в прямом смысле этого слова создал препарат для больных гемофилией. С незначительными моими подсказками, не без того, но это дело десятое. Права на препарат у Медакадемии, сиречь у концерна Росич. В остальном — большому кораблю, большое плавание.

Однако, Сергей Сергеевич достаточно практичный человек, чтобы понимать, что условий работы сопоставимых с имеющимися у него сегодня, он нигде не получит. Что зубры научного сообщества его будут топтать и задвигать как родного, ибо успех вызывает зависть. Тем более когда его добивается какой-то тридцатиоднолетний мальчишка. Ну и такой фактор как я, который быть может сумеет ещё что-то умное подсказать. К тому же, с открытием авиасообщения со столицей, Дальний восток стал не таким уж и дальним. А Владивосток так и вовсе бурно развивающийся город всё больше обретающий современный облик.

Касаемо аэропланов мы решили, что их надлежит подготовить уже на завтра, чтобы перебросить их с лётного поля на окраине Питера в Гатчину. Получится убедить царя посмотреть новинку или нет, но пилотам не помешает попробовать машины в