Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

в Бендеры, так как здесь в селе небезопасно, и дальнейшие переговоры будут проходить в крепости. По возвращению в крепость и докладу Румянцеву, он собрал военный совет на который, кроме нас троих, пригласили Панина и графа Шереметева.

Первым взял слово, очень уж сильно взволнованный, Панин, — Господа это немыслимо! Напасть на дипломатическую миссию! Необходимо немедля прекратить переговоры и направить турецкому султану ноту о недопустимости таких действий!

— Ваше высокопревосходительство, не стоит принимать поспешных решений! — спокойно начал излагать свою позицию Потемкин, — С этим происшествием следует спокойно разобраться, но это не отменяет главной нашей цели — заключить выгодный России мирный договор. Судя по тому, что мы уже знаем, рейс-эфенди в этом не замешан, тогда что мешает нам начать переговоры с оппонентом, поставившим себя в еще более уязвимое положение!

— На том и порешим, вам Григорий Александрович государыня императрица поручила это дело, за вами и окончательное решение! — не стал рассусоливать и завершил совет Румянцев.

Слова Панина о необходимости прекращения переговоров упали на основательно удобренную подозрениями о его неприглядной роли в последних событиях почву: неожиданный перенос на три дня согласованной даты переговоров, его странная болезнь, показания турок и его нервная реакция — но подозрения к делу не пришьешь, он ведь не абы-кто, здесь «доказуха» должна быть железобетонная, а ее у нас нету. Ладно «утро вечера мудренее», завтра будем разбираться.

На следующее утро приступили наконец к переговорам, которые в очередной раз пришлось завершить даже не начав, так как при уточнении полномочий рейс-эфенди, оказалось, что вопрос принадлежности Крыма может обсуждать только великий визирь Оруждар Сулейман-паша, а для нас этот вопрос являлся краеугольным камнем.

Глава 32

Переговоры

После того, как увели послов, Румянцев обвел взглядом всех сидящих в комнате и остановив взгляд на Потемкине спросил, — Что будем далее предпринимать Григорий Александрович?

— Обсуждать что-либо без Крыма бессмысленно и более того преступно, значит остается только путь дипломатической переписки, направим проект мирного договора великому визирю, — развел руками Потемкин.

— Думаю, что есть еще один путь ваше высокопревосходительство и гораздо быстрей, вместо того, чтобы полгода, за которые турецкая армия придет в себя, заниматься дипломатической перепиской, предлагаю самим нанести визит великому визирю и попытаться завершить войну до Нового года! — обратился я к Румянцеву.

— Вы что же граф, предлагаете нам сунуть голову в пасть крокодила! — прошипел из своего угла Панин.

— Вам граф я ничего не предлагаю, я готов один поехать! — посмотрел я на Потемкина.

В ответ на мой взгляд Потемкин встал и объявил свое решение, — Ваше высокопревосходительство, как представитель государыни императрицы, я принимаю решение — Мы с графом Крымским убываем в Бухарест в ставку великого визиря для проведения переговоров.

Сборы были недолгими, все оружие из того мира, для исключения его попадания в чужие руки, пришлось оставить в Бендерах под контролем Доброго и Гнома, но мы же не воевать туда едем, против всей турецкой армии никакие автоматы не помогут. На следующее утро я, Потемкин, десяток Пугачева и турецкие послы отправились в Бухарест. Наличие в составе нашей группы рейс-эфенди позволило пройти за пять дней до Бухареста по зеленому коридору с заменой коней и обслуживанием по первому классу.

— Иван Николаевич, поделитесь своими мыслями о предстоящем разговоре с великим визирем? — спросил Потемкин в ожидании аудиенции.

— Мысли мои просты Григорий Александрович, мы не дипломаты, а значит и не следует пытаться изображать их из себя, все равно получиться жалкая подделка, поэтому будем следовать путем логики и простоты, а что из этого выгорит поглядим, главное «ввязаться в бой»! — пожал я плечами.

На следующий день мы получили аудиенцию у великого визиря и началась она с его «наезда».

— Господа посланники, вы или очень хитры или очень глупы, приехав сюда после нападения на нашу дипломатическую миссию, что мне помешает казнить вас немедленно!

— Уверен, что уважаемый великий визирь знает, что мы не нападали, а защищались, но этот вопрос нас сейчас не интересует, исполнители наказаны смертью, а организатор нападения нам к сожалению неизвестен. Мы приехали обсуждать условия мира, которого как известно запросила турецкая сторона! — спокойно ответил Потемкин.

Сулейман-паша внимательно посмотрел на нас, видимо обдумывая в какую сторону направить беседу, и сказал, — Мне нравиться как вы держитесь посланники, говорите!

— Граф Крымский изложит наши предложения! — предоставил мне слово Потемкин.

Сулейман-паша опять внимательно посмотрел на меня, что-то вспоминая, — До меня доходили известия, как небольшой русский отряд захватил весь Крым и уничтожил наш флот под Кафой! Не ты ли это был граф?

— Ты прав уважаемый Сулейман-паша, там был и я и князь Потемкин и именно вопрос Крыма привел нас к тебе в гости. Мы с князем не дипломаты, поэтому я буду говорить прямо, без политесов. Крым вы потеряли и потеряли навсегда, притом, что вы сами стали причиной этого! — огорошил я визиря.

— Поясни! — удивленно посмотрел он на меня.

— Да все просто, не может существовать в конце 18 века государство не имеющее промышленности, армия которого вооружена луками и не имеющее флота при наличии выхода к морю, а также имеющее работорговлю в виде основной статьи доходов. Мы взяли Крым десятитысячным отрядом, потеряв при этом пять человек. Настало время перемен и Девлет-Гирей и крымские беи это поняли, а мы в отличии от вас предложили им альтернативу, показали путь в будущее, в котором они как равноправные жители большой и сильной страны увидели для себя перспективы! — продолжил я удивлять визиря.

— Я верю, что ты великий воин граф, раз захватил Крым, но рассуждаешь ты как ученый муж!

— Одно другому не мешает, просто книг много читаю уважаемый Сулейман-паша, каков будет твой ответ по Крыму?

— Изложи сразу все свои предложения граф, решения принимать еще не время!

— Справедливо, в таком случае позволю себе небольшой обзор ситуации для «сверки позиций». Итак, в данной войне Турция выступала агрессором, воспользовавшись надуманным предлогом для ее начала. В результате боевых действий турецкая армия в Молдавии разбита и рассеяна, вся артиллерия стала нашим трофеем, крепости Хотин, Бендеры, Килия, Очаков и Кинбурн взяты нашими войсками, турецкий флот в Черном и Эгейском морях уничтожен, черноморское побережье от Дуная до Тамани, включая Крым, под нашим контролем, на Кубани кабарда и черкесы замирились, а в Картли-Кахетии и Мингрелии турецкие войска, после неудачного наступления, отошли на первоначальные позиции, я ничего не путаю? — начал я обработку великого визиря.

— Все верно! — нехотя проговорил Сулейман-паша.

— Ответь мне на один вопрос уважаемый, если мирный договор, заключенный в трудной для Турции ситуации, будет кабальным, будете