Кротов 2. Книга 2 - Сергей Юрьевич Михайлов

простых пластиковых столов. Почти все они оказались заняты, похоже, кафе пользовалось популярностью. Кроме торопливо жующих работяг, там, за крайним столиком, сидел полный, абсолютно лысый мужчина. Несмотря на явный аншлаг, к нему никто не подсаживался. Кроме этого, Гелию насторожил взгляд незнакомца – цепкий и оценивающий. Он внимательно глянул на нее и тут же спрятал глаза. Хотя по времени искать её здесь еще не должны, она решила, что лучше уйти. Потом лысый мог вспомнить её. Пришлось делать вид, что она кого-то ищет. Гелия глянула внутрь, разочарованно скривилась и ушла. На вид этот мужчина не похож на шпиона, да и вряд ли таким был. Скорее, какой-нибудь наблюдающий за районом, но рисковать ей нельзя.

Потом и еще в нескольких других кафе она встретила подобных бездельников. А сейчас, после дня пребывания здесь, «уважаемых» она узнавала даже в просто в толпе. Если с пропитанием она решила вопрос быстро, то с одеждой и ночевкой пришлось повозиться. Ведь отелей и магазинов одежды тут не имелось. Сейчас ей даже смешно, что переживала об этом. Все отпало само собой, когда она пришла на улицу вещевых складов. Гелия совершенно спокойно прошла в первый же зал. Он оказался огромен, как дворцовая галерея на Цессии. Никто её не останавливал, похоже, тут просто не рассчитывали, что человек появится в этом царстве роботов. А те, всех размеров и мастей, сновали по стеллажам и совершенно не обращали на нее внимания. Здесь своя жизнь, размеренная и завораживающая. Автоматы хватали с разных полок вещи, компоновали их в контейнер-тележку, и та быстро уезжала. И тут же появлялась новая, пустая. Когда Гелия взяла пакет с одеждой с тележки, ничего не произошло. Робот тотчас принес новый.

Так у нее появилась одежда и место для ночлега – роботы не обращали внимания на лежавшую под стеллажом кучу упаковок и человека на ней. Это позволило принцессе осуществить то, что она придумала. И сегодня она опять будет заниматься своим спасением.

Первый день она еще надеялась на Кротова, но уже ночью поняла, что все напрасно – надо действовать самой. Сначала ничего дельного ей в голову не приходило. Кроме того, чтобы выбираться в город и самой искать остальных, но это глупо. Засветись она в любом людном месте, где все фиксируется, её тут же выловят. Помогло ей то, что она смогла подключиться к внутренней сети и просто для любопытства начала просматривать ассортимент. И почти сразу увидела то, что навело её на новую мысль. Маяки. Сотни, тысячи самых различных модификаций: аварийные, посадочные, предупреждающие и прочее, прочее, прочее… От космических, сверхзащищенных, которые могут работать десятками лет в глубинах космоса до обычных домовых, для наводки флаера. Они могли передавать любой сигнал в любом диапазоне.

Еще не выбрав маяк, она для проверки сразу провела эксперимент: получится или нет. Подъехала тележка, и механические пауки понеслись с упаковками одежды, формируя очередной контейнер. Рядом в складе Гелия не нашла ничего стоящего и посмотрела единственную электронную вещь, что у нее имелась – нейрошокер, отобранный у охраны ресторана. Несколько секунд помедлила, но желание проверить мысль оказалось сильнее. Как только «пауки» выложили первый слой упаковок, она забросила туда шокер. Все получилось: ни один упаковщик не обратил внимания. Роботы продолжили укладывать слой за слоем. Всё. После этого остальное было только делом времени.

Теперь уже несколько десятков «нафаршированных» контейнеров убыли со склада, и некоторые, наверное, летели сейчас в трюмах к своим заказчикам. Куда отправляются контейнеры, она разобралась быстро, и местные, которые оставались на Эскито, не загружала. Выбор модели тоже не вызвал проблем: ей не нужен космический многолетний передатчик, столько она здесь не проживет. Ей нужен тот, что может проработать всего лишь месяц. Главная проблема состояла в том, что маяк будет передавать, какую информацию. Надо, чтобы сообщение оказалосб понятно только тем, кому оно адресовано, главным образом МРОБ. Была бы здесь Снежа, она справилась бы лучше, но Снежи не было, и Гелия все сделала сама. Всё-таки не зря принцесс так долго и тщательно обучают.

Сегодня и завтра принцесса планировала продолжить, а потом просто затаиться и ждать результата. Но рано утром следующего дня её снова арестовали.

Глава 21

Шакран освободил Снежу первой. Просто она казалась ему наиболее рассудительной. Она точно не позволит чувствам взять верх над разумом. Ну и, кроме того, она родственница. Хоть и не кровная, но…

Из разговора с ней, он понял, что в их доме, на Гроне, тоже трепетно относятся к семье.

Кого Шакран точно не хотел освобождать, так это вторую женщину. Эту истеричную подругу Кротова. И что интересно он в ней нашел? На счет мужчин все ясно – он хорошо помнил, какими глазами они смотрели на него, когда он устроил это представление. Что же, пусть думают, что хотят. Надо было что–то делать, и он сделал, то, что умел. И оказался прав. Кивнув на расстрелянных десантников Снежа только спросила:

– Это обязательно было делать?

– Да, – твердо ответил он. – Нельзя оставлять врагов за спиной.

Снежа больше ничего не сказала, а скользнула за дверь, в пилотскую.

Шакран заметил, что Кротов как–то странно смотрит на него, и добавил, теперь уже для него:

– Так меня учили с детства.

Кротов вздохнул и ответил:

– Хреновое, похоже, у тебя было детство. Давай уже освобождай. Офицера тоже кончил?

Шакран кивнул.

– Я понимаю, что его бы надо было допросить. Но по–другому нельзя было. Их двое, а у меня только игла.

– Что у тебя?

– Игла.

– Ну–ка покажи.

– Не могу. Она там, в шее осталась. Доставать некогда было. Сейчас вас освобожу, и вскрою, достану.

– Твою медь! – Кротов только покачал головой и начал помогать. Он дотянулся до пояса ближайшего десантника обвисшего в кронштейне и сдернул с пояса пульверизатор с аэрозолем.

– Освободи Кенича. Я Сапаренд сам помогу.

Шакрану показалось, что Кротов сделал это специально. Чтобы не подпускать его к женщине. Наверное, тоже побаивался её реакции.

Но вот тут Шакран оказался просто шокирован. Сапаренд, как только Вовка её освободил, подскочила к нему, и радостно улыбаясь, ударила по плечу:

– Ну, ты засранец! Ну, молодец! А я решила, что ты обделался со страха.

Она единственная, кто поддержала его. Сапаренд кивнула на изорванные трупы, и сказала:

– Ты не переживай. Все правильно. Если бы не ты их, то тогда они нас.

Кенич, когда Шакран освободил его, коснулся руки по–шорски и негромко сказал:

– Спасибо.

Однако, Шакран все равно расслышал в этой благодарности нотки