Градовецкий целитель. Распределение - Сергей Баранников

— Вот! — с таким же угрюмым видом заявил мужчина, оголив руку по локоть.

От кончиков пальцев и почти до самого локтя кожа была покрыта волдырями, часть из которых успела лопнуть. Жидкость вытекала из ожогов, смешивалась с пылью и какой-то субстанцией, которой бедолага покрывал руку. И вот с такой раной это бедолага умудрился ещё два дня работать! Мокроусов выглядывал у меня из-за плеча и цокал языком, демонстрируя крайнюю степень удивления увиденным.

— Это что? — поинтересовался я, указывая на следы мази.

— Ожог! — хмыкнул мужчина. — Я думал, действительно целитель, а вы даже такую вещь не можете распознать.

— Я вижу, что ожог. Чем мазали?

— Барсучьим жиром.

— Кто же такие ожоги жиром мажет? — ахнул Артём, не сдержав удивления.

— А у меня из всех лекарств только прошлогодний барсучий жир в банке остался. Я как в том году с кашлем маялся, только им и спасался. А он ведь просто невероятное средство — ещё и с ожогами помогает.

— Так, батенька, давайте-ка я вам всё объясню, — я набрал воздуха в грудь, сел на пустой бочке и попытался успокоиться. — Да, барсучий жир может использоваться против лёгких ожогов, но сразу использовать его нельзя, потому как любой жир создаёт плёнку и мешает выходить жару. Таким образом, жару некуда деваться, и он идёт дальше вглубь раны. Я уже не говорю о том, что жировая плёнка создаёт благоприятную среду для инфекции. А мазать такие сильные ожоги, как у вас, никаким жиром нельзя.

— Так это вы целитель, вам виднее, — отозвался мужчина. Непробиваемый человек, даже не кается. — В общем, делайте что нужно, и я пойду дальше работать.

— Нет, сегодня вы работать точно не пойдёте. Видите эти пятна? Потеряно драгоценное время, и начался некроз тканей. Если так продолжится дальше, придётся руку отрезать. И молите Асклепия, чтобы всё обошлось рукой.

Я нарочно раскрыл карты и грозил бедолаге серьёзными последствиями, потому как такие кадры обычные слова всерьёз не воспринимают. Может, хотя бы ампутация его вразумит?

— И что мне теперь делать?

Кажется, до громилы начало доходить, что ситуация серьёзная.

— Сейчас разберёмся с вашими проблемами. В первую очередь, обработаем рану и позаботимся о том, чтобы очистить её. А затем используем целительский дар, чтобы снять воспаление, обезболить и запустить процесс регенерации.

На шум из вагончика выбралась Самошникова и молча наблюдала за происходящим. Тёма помогал мне обрабатывать рану, а затем подавал энергию, пока я распределял её по поражённым участкам и восстанавливал руку.

— Не болит, — заулыбался мужчина, когда появились первые результаты.

— То ли ещё будет! — покачал головой Артём.

— Рябуха, как тебя по имени отчеству? — поинтересовался я, не глядя на бригадира, чтобы не потерять концентрацию.

— Вот ты придумал! Можно просто Игорь. А тебе зачем?

— Игорь, я при тебе говорю, что если этот упрямец будет нарушать мои рекомендации и пойдёт работать, я ему лично руку оттяпаю. Выберу самую зазубренную пилу и оттяпаю, потому как иного пути у нас не будет. Либо он слушает мои указания, мы спасаем его руку, и через три дня он возвращается к работе, либо упрямствует, и тогда останется уповать только на ампутацию.

— Трифон, ты слышал? — рассмеялся бригадир.

— Слышал, слышал, — отмахнулся мужчина, полностью поглощённый изучением руки.

Она действительно стала выглядеть куда лучше. Грязь удалось отмыть, как и старую жидкость из лопнувших волдырей. Отмирающая ткань оказалась разрушена, а на её месте стала образовываться новая. И пусть рука сейчас выглядела как одна большая рана, через несколько дней она заметно преобразится.

— Знаешь только о чём я волнуюсь? — поделился своими мыслями Артём, пока мы шагали к фельдшерскому пункту. — Мы ведь завтра уезжаем. А как Трифон будет со своей рукой? Загубит ведь.

— Предлагаешь перевезти его в Градовец? Так он не поедет.

— И как быть?

— Завтра проведём процедуру, а потом постараемся задержаться ненадолго, чтобы на обратном пути ещё раз полечить.

У фельдшерского пункта собралась целая толпа, поэтому переживания о Трифоне быстро выветрились из головы. Освободились мы только к вечеру, когда поток пациентов иссяк. В основном к нам шли с больными суставами, сердечными заболеваниями и неправильно сросшимися переломами. Увы, но помочь всем в одно мгновение было просто невозможно, поэтому некоторые получили рекомендации в Градовец. Я был уверен, что половина не поедет в центр губернии, но что можем поделать мы? Разве что приехать сюда в наш отпуск и поработать самостоятельно. Эта идея засела у меня в голове, но до отпуска было ещё далеко.

— А что же Ивашку не принесли? — удивилась женщина, оглядываясь по сторонам, когда мы уже заканчивали приём.

— Какого Ивашку? — удивилась Нина.

— Мальчишка у Дрёмовых болезный. Ноги колесом, сам весь какой-то бесформенный. Говорят, он такой уродился, потому как страшная метель тогда была, и злые духи его едва не сгубили.

— Так ведь в лес понесли Ивашку, — кивнул один из мужчин. — Часа два назад.

— Зачем в лес? — удивился Артём, а у меня и у самого внутри похолодело.

— А нам-то откуда знать? — пожала плечами женщина.

— Так, ну-ка ведите! — скомандовал я, прервав приём.

К счастью, Дрёмовы направились в лес по хорошо протоптанной тропе, а утренняя изморозь ещё не успела растаять, поэтому их следы мы нашли без особого труда. А вот в самом лесу пришлось хорошенько поплутать. В какой-то момент я уже думал сворачивать поисковые работы, но кто-то заметил людей впереди.

Мужчина и женщина стояли возле дерева, у которого ствол раздваивался, а затем снова срастался, и пытались протолкнуть ребёнка в образовавшееся отверстие. Судя по крикам, мальчишке эта идея совсем не нравилась и даже причиняла неудобства.

— Что здесь происходит? — проревел я, ещё даже сдерживаясь, чтобы не заорать в полную силу.

— Используем народные методы лечения, потому как остальные способы бессильны, — ответил мужчина, продолжая проталкивать ребёнка.

— Правда? А к целителям вы обращались?

— Какая разница? Никто не может нам помочь.

— И вы решили запихнуть ребёнка в дерево?

— Это непростое дерево, а чудодейственное. Видите эту расщелину? Если протолкнуть ребёнка через неё, он исцелится.

— И каким образом? — поинтересовался я, особо не рассчитывая услышать вразумительный ответ.

Мужчина терял терпение, но всё-таки ответил.

— Это