Кехо - Дмитрий Александрович Билик

Одарённые убивали друг друга без всякого разбора, в надежде овладеть крупицами Силы. Империя не поддерживала подобных традиций (конечно, если дело не касалось добровольных поединков), и даже пару раз в год официально казнила убийц. Что, впрочем, не мешало зазевавшемуся Одарённому с лёгкостью лишиться жизни вдали от основных дорог. Потому что все в Империи знали и следующее: Закон един, но не для всех. И закон суров, однако не когда голова судьи отвёрнута в сторону.

Но намеренное убийство ни в чём не повинных людей искренне потрясло Юти. Кого винить в подобном? Одного из Наместников, который решил выслужиться? Серебряных Воронов, не желавших выглядеть дураками. Или самого Императора?

— И что теперь? — чужим, холодным голосом произнесла девушка.

— Что о спокойном путешествии по Империи придётся забыть. Теперь тебя будут искать не Серебряные Вороны. Точнее, не только они. А ещё и Изветники из Дома Правды. Слышала о таких?

Юти сдержанно кивнула.

— Так звали безумных фанатиков Уриша, последнего короля Конструкта, — ответила она.

— Приятно беседовать с образованным человеком, — улыбнулся Ерикан, однако улыбка вышла тусклой, ненастоящей. — Знаешь, чем опасны Изветники? — не дожидаясь ответа, старик продолжил. — Егеря и Вороны становятся сильнее, убивая тварей и осквернённых, Изветники набираются могущества, расправляясь с Одарёнными.

Юти замолчала, приводя голову в порядок. Лесное убранство сменилось широким лугом, который разрезала на части прямая, как стрела, река. В одном месте она оказалась пережата упавшим деревом. Слишком удачно, точно некто специально соорудил здесь подобие переправы. Девочка ещё обернулась к прочим деревьям, которые нестройными рядами глядели на своего поверженного сородича. И всё бы хорошо, только до кромки леса было порядка пятидесяти шагов.

Ерикан замер, подняв руку. Его лицо быстро метаморфировалось в звериную пасть, уши развернулись к противоположному берегу, а ноги едва заметно согнулись в коленях. Юти повторила начало боевой стойки, готовая к прыжку. Однако прежде, чем она успела что-то сделать, с глухим рычанием из ниоткуда вынырнул оборотень. Его глаза горели алой кровью, не суля ничего хорошего, слюна свисала с острых зубов, а когтистые передние лапы устремились к девочке. Юти не успела даже поднять руку. Она упала на спину, хорошенько приложившись шеей о камень. Копьё отлетело в сторону, а над ней нависло мохнатое туловище получеловека-полуросомахи.

Единственное, о чём успела подумать Одарённая, что этот слюнтяй всё-таки удивил её.

Интерлюдия

Нишир Фарух Гаран Победитель был самым талантливым из всех командиров Империи и вместе с тем самым невезучим. Только этим объяснялся тот факт, что молодой амиста, всего сорока двух лет от роду, оказался назначен командующим на приграничную заставу Третьего Предела.

Пусть застава и являлась одной из самых больших близ Хребта Дракона, в подчинении Фаруха было три сотни солдат, среди которых семь десятков Одарённых, восемнадцать егерей и пятеро молодых воронят, однако потомок славного Гарана понимал — это ссылка.

Если человек не использует шансы, которые выпадают на протяжении всей жизни, то судьба в конечном итоге отворачивается от него. И Фаруху было бы не так обидно, если бы он являлся одним из многочисленных благородных, которые не делали ничего для обретения славы и могущества. Командующий самой западной заставы Третьего предела только и делал, что испытывал на прочность этот мир, в надежде, что тот если не разлетится на части, то хотя бы треснет. Однако звезда, под которой родился Фарух, явно уже погасла, поэтому не освещала тернистый путь Одарённого.

Началось всё с детства. И Фарух, тогда ещё никакой не Победитель, и его отец — известный среди торговцев Нишир Абдел Гаран Ловкач, ожидали, что благословение Аншары нечто само собой разумеющееся. Уже было заготовлено местечко (далеко не тёплое — отец воспитывал сына как настоящего воина) на заставе Второго Предела, собрана поклажа на первое время, куплена пара породистых жеребцов и… ничего не произошло.

Богиня не одарила силой крохотного мальчишку, который спал и видел, когда над его бровью появится воронье перо. Ни в три года, ни в пять, ни в шесть. Фаруху пришлось ехать в Конструкт и поступать в военную академию при Доме Меча, тогда ещё даже не императорскую.

Потомок славного Гарана не сдавался. Он со стойкостью переносил пощёчины, которые отвешивала ему жизнь. Фарух с головой зарылся в книги, не пропускал занятия по боевой подготовке, и вскоре стал не просто одним из лучших среди всех учащихся, включая нескольких Одарённых. Даже верховный тактикул и магистрат генерал Тридус отмечал Фаруха, как самого талантливого из всех юношей, коих видел.

И что же сделал молодой потомок Гарана? Принял самое неверное решение, которое только мог предпринять. Он присягнул на верность Уришу, королю Конструкта. Или, как его называли ещё при жизни — правителю на шатающемся троне и весёлому безумцу. В оправдание Фаруха можно заметить, что в то время король одержал две решительные победы против миелских правителей, обложил данью северных лордов и вообще показывал себя образчиком идеального государя. Безумие короля проявилось уже позже, к осени его правления, однако накатывало так же быстро, как сель подступает к крохотным домам у подножья горы.

Всего за пару лет до смерти, Уриш растерял всех сторонников, включая и будущего императора, благородного южанина Вития Керая Кулен. Если бы не последний, короля бы всё равно свергли. Верховный Инквизитор из Дома Правды, всего лишь за год набравший невиданное политическое влияние, или Главный Казначей из Дома Монеты. Претендентов имелось великое множество.

Однако случилось, как случилось. Ещё молодой, но имевший определённое влияние Фарух два месяца оборонял Конструкт от превосходящих сил объединённой армии полководца Керая. Но во время одного из наступлений будущего императора оказался ранен арбалетным болтом в грудь. Всего лишь на палец выше сердца.

Фарух провалялся без памяти несколько дней, а когда пришёл в себя, узнал неприятные новости — Конструкт захвачен, бездетный Уриш мёртв, а к коронации готовился новый правитель.

Витий Керай Кулен, и без того неплохо знавший семью Нишир, разглядел нечто в молодом военачальнике. Даже несколько раз посетил раненого Фаруха, наводя мосты и располагая к себе талантливого командующего, который не так давно ещё воевал против него.

О красноречии Керая ходило множество различных слухов, один краше другого. Поговаривали, что в детстве тот убедил василиска давать вместо яда молоко, в юношестве одним словом остановил целую армию кочевников и, дескать, именно он виноват в безумии Уриша. Несмотря на явные преувеличения, Керай действительно обладал невероятным даром убеждения, потому что спустя год Нишир Фарух Гаран поднимал знамя Ворона, объединяя Миелские Королевства под десницей императора.

Его армия не знала