Развод! Дракон, лапы прочь от моих абрикосов! - Аста Лид

Что да, это правда. Но… лишь от части. На самом деле не Герман разбил мое сердце.

Это сделала моя семья. Прошлая.

Вот только знать об этом блондину совсем не обязательно.

Поэтому, мы пойдем другим путем.

— Знаете, он очень противоречивый. — Тихонько отвечаю я, имея в виду Асфара, бережно почесывая зайку за ушком.

Кажется, врач все равно рано или поздно об этом узнает.

И возможно, именно информация о поступках императорского советника, поможет следователю упечь его в больницу, по причине полной невменяемости.

— В общем… — Дальше я коротко рассказываю про то, как мой супруг привел в дом Вай, как поставил мне условие, что я должна поучиться у неё любовным премудростям, или он со мной разведется.

Как сначала сослал меня сюда, а когда я сама сбежала, испугавшись что он меня убьет — то зачем-то приехал.

Так мало того, еще и поселился рядом, обхаживая своенравную брюнетку.

— Подождите. Вы хотите сказать, что они занимались любовью, прямо здесь? Пока вы должны были учить мат часть по драконьей анатомии? — Вскидывает брови вверх мужчина. И столько искреннего возмущения в его словах. Столько праведного гнева! Ух!

— Ну, да. — Грустно тяну я. — На самом деле я еле продукты у него выбила. Ну, чтобы не умереть с голоду. — Слышу себя со стороны, и мне становится стыдно.

Блин! Какой-то я жалкой выгляжу.

— Но вы не подумайте, что я жалуюсь! Я на самом деле смогла постоять за себя! И вот сейчас учусь готовить! Так что, в какой-то степени я даже благодарна ему, за то, что показал мне направление для личностного роста. — И не важно, куда оно меня сначала привело. Ну, направление в смысле.

— И еще. Спасибо, что вылечили мою ногу. — Тактично хвалю я его светлость, уходя от грустной темы.

— А как вы её повредили? Вы же понимаете, что я не поверил в ту сомнительную историю со скакуном? — Сразу же утоняет дракон.

— Да нет, конечно. По дороге сюда, мне пришлось убегать от стражей. Где-то оказалась неловкой, подвернула лодыжку. Она распухла, в туфли не влезала. Пришлось выкручиваться. — Пожимаю я плечами.

Выкручиваться — это вообще мой главный навок. Весьма, полезный, кстати.

— Значит так. Ваш рассказ я запомнил, и обязательно донесу до независимого лекаря, который в скором времени обследует вашего супруга на вменяемость. Это какой-то ужас! Я надеюсь вы все еще не испытываете к нему теплых чувств? Не мечтаете, что он изменится и станет другим? — Чего? Теперь приходит мой через удивленно вскинуть брови.

— Вы серьезно? — Дьявол! Он что, как и я, психотерапию проходил? Почему он говорит такие правильные вещи?

— А почему я должен быть не серьезен? Очевидно же, что поведение господина Оскуарда порочит честь драконов! Я ответственно заявляю, что не все мы такие… особи. Давайте я так скажу.

— Вам же что-то еще от меня нужно? Да? — Слова слетают с моих губ быстрее чем я успеваю подумать. Почему-то мысль о том, что Натаниэль может говорить искренне пока никак не может укорениться в моей голове.

Но звучит такая фраза крайне не вежливо. Поэтому я спешу её немного смягчить.

— Простите, простите меня. Я правда вижу вашу заботу. И она мне очень приятна. Просто… — Снова вздыхаю.

— Просто вы никому сейчас не верите. — Неожиданно выдает лекарь. И звучит при этом… совершенно спокойно. Понимающе.

— Да. — Шепчу я, продолжая чесать Зубастика.

— И это совершенно нормально в нашей с вами ситуации. — Приходит мне ответ.

Робко смотрю на мужчину, словно проверяя — не врет ли он.

Но выглядит золотой дракон очень… хорошо.

В глазах нет насмешки.

Лицо спокойное и доброе. Улыбка теплая.

На какое-то время в комнате повисает пауза.

Но не неловкая. А какая-то уютная.

Удивительно, но рядом с блондином, почему-то очень приятно просто молчать.

Никогда не думала, что такое бывает!

— Ршшшшррр — Возвращает нас в реальность голос дневника моей матери.

Синхронно с Натаниэлем смотрим на него и видим презабавную картину.

Существо трется своей довольно упитанной попкой о ножку кресла. И при этом очень мило кряхтит.

Надо же! В моем мире они ведут себя так же.

Первой не выдерживаю я и начинаю тихонько хихикать.

Следом ко мне присоединяется лекарь.

Глазом не успеваю моргнуть, а мы уже с ним хохочем в голос.

— Ну, что! Давайте знакомиться с этим чудом поближе! — Когда нам удается отсмеяться, предлагает золотой дракон.

— Да, давайте. — Отвечаю я, вытирая слезы, выступившие на глаза.

Пострадали, пора и честь знать!

48

Ева

— Да ну неет! — Меряя шагами гостиную, словно заведенная, повторяю я.

— Боюсь, что да. — В который раз отвечает мне Натаниэль.

— Нет! Не может такого быть! — Эмоционально заявляю я, остановившись в центре комнаты.

— Да. Леди Оскуард. — Терпеливо говорит мужчина.

— Как такое вообще может быть! — Всплескиваю я руками!

— Ну, магия бывает разная. А черная. Она особенно интересная. — Тактично отмечает лекарь.

И вот вроде я уже успела привыкнуть к каменной фигурке, превращающейся в пушистого зайку.

Смогла приманить крылатого вомбата! И даже вырастить с помощью своего нового дара розы!

Но представить, что отец Евы продал её какому-то демону? Да блин! Вы серьезно?

— То есть, вы хотите сказать… — Начинаю рассуждать я вслух, потому что внутри это все держать у меня не получается.

Нет, для меня не новость, какими гадкими могут быть родственники, но это кажется уже просто переходит грань добра и зла.

— Что генерал, в здравом уме и трезвой памяти, обрек своего ребенка на смерть? — Под конец фразы, все-таки повышаю голос.

Сказать, что я возмущена — это ничего не сказать.

— Именно. Госпожа Оскуард. — Мягко произносит Натаниэль, поднимается с дивана и подходит ко мне.

— Да, зовите меня уже Ева. — Выдыхаю я, усилием воли разжимая кулаки, которые уже во всю живут отдельной от меня жизнью.

— Ева. Милая Ева. В любом случае он уже поплатился за свою сделку. — Осторожно беря меня за плечи, произносит мужчина.

И в этот момент я не понимаю, для чего он это делает: чтобы успокоить меня, или чтобы зафиксировать на одном месте, и не дать мне дальше мельтешить у него перед глазами.

— Господин Мэдгарт. — Отвечая я ему, глядя на то, как Зубастик сладко дремлет в кресле, прижавшись к внушительному боку вомбата. А что, тот мягкий, теплый.

Накрыл своим меховым крылом зайку и хорошо. Идиллия.

— Зовите меня Натаниэль. Ну, какой я вам господин Мэдгарт. — Предлагает врач.

— А можно этого гада с того света сюда притащить, чтобы я ему лицо магией набила!? Ну вот правда! Почему?