Мент из Южного Централа - Наиль Эдуардович Выборнов

— Передать дело в CRASH, — ответил я.

— Передать дело в CRASH, — передразнил он меня. — Если бы, с ними можно было бы договориться. Соко, это Суреньос, мексиканская мафия, а значит, что это организованная сеть угонов с выходом на международный канал. Я должен был передать это дело федералам сразу, как только о нем узнал. И ты это прекрасно знал с самого начала, и именно поэтому намеренно скрывал информацию. Так?

— Так, — ответил я. Отпираться смысла не было.

— Ну и зачем? — спросил он.

— Потому что если я передам это дело, мне скажут «спасибо» и отправят обратно расследовать угоны подержанных «Хонд». Сэр, я все это вычислил. И я знаю, что эта мастерская — не конец цепочки. Машины забирают оттуда и перевозят куда-то. Мне нужно еще совсем немного времени, чтобы выяснить, куда именно.

Спронг смотрел на меня и молчал. Я видел, что он взвешивает. С одной стороны, я грубо нарушил субординацию и скрыл от него расследование.

Но с другой… Я нашел «Вектор», который ему приказали найти «очень важные люди в Департаменте», как он сам сказал. И нашел эту чертову мастерскую.

— Мне нужно время, сэр, — повторил я. — Только я знаю эту цепочку, только я смогу докопаться до сути.

— Три дня, — ответил он.

— Что? — спросил я.

— У меня уйдет минимум два-три дня, чтобы оформить все рапорты по вашей вчерашней… Операции. Пока я не подпишу все, дело формально не может быть передано. Но через три дня я передам все это федералам, и если у тебя не будет адреса склада, это уже твоя проблема.

— Понял, — сказал я. — Сэр, а можно меня не отстранять?

— Ты ничего не понял, — он покачал головой. — Если ты сейчас продолжишь бегать с пушкой и жетоном, отдел внутренних расследований залезет нам очень глубоко в задницы. Так что ты отстранен от активной службы. Жетон я у тебя не отберу, и даже зарплату мы будем платить, но ты не ведешь никаких дел. Официально. Ты меня понял?

Я кивнул.

— И еще одно. Тебе нужно посетить психолога Департамента. Все согласны с тем, что стрельба была правомерной, и ты чист. Но даже когда проверка закончится, я не смогу вернуть тебя к работе, пока ты не поговоришь с психологом.

Чего? А это еще зачем? Какой смысл мне ходить к мозгоправу, тратить на него время, пока тут такие дела крутятся? Какого черта вообще?

— С психологом? — спросил я.

— Да, Соко, с психологом. Ты прострелил ноги одному человеку, а потом убил двоих. Я-то уверен, что у тебя с головой все в порядке, хотя… — он вдруг улыбнулся. — Меня напрягает то, как рьяно ты вдруг взялся за работу. Но психолог будет решать, в порядке ты или нет. Запишись у секретаря на втором этаже, доктор Лоуренс. Лучше будет, если сходишь сегодня.

— Спасибо, сэр, — я поднялся.

— За что? — спросил он.

— За три дня, — ответил я.

— Не благодари. И учти, что ты рискуешь своей карьерой. Я ничего не знаю, и буду все отрицать. Да… — он посмотрел на меня еще раз и спросил. — Ты выстрелил четыре раза и попал всеми четырьмя выстрелами? Да еще и двумя в голову?

— Так, — кивнул я.

— Ты же воевал? — спросил он.

— Гренада, сэр, — ответил я.

Он посмотрел куда-то на полку, я проследил за его взглядом и увидел, что там выставлено несколько медалей. Я узнал только три — «Медаль за службу в Вьетнаме», «Бронзовую звезду» и «Пурпурное сердце». Но их было целых семь штук. Значит, он прошел через Вьетнам. История Соко в Гренаде по сравнению с этим — всего лишь детская прогулка, да уж.

— Все, иди, сынок, — сказал он, причем его голос как-то потеплел даже.

Я вышел из кабинета. Ну все, вроде поговорили. И у меня есть три дня, чтобы узнать, куда они вывозят тачки, где их складируют. Что-нибудь придумаем, Билл явно что-то узнал, просто пока не может мне об этом сказать.

А мне надо записаться к психологу. На втором этаже.

Туда я и двинул.

Секретарь на втором этаже оказалась миниатюрной женщиной лет сорока пяти с короткой стрижкой и строгими очками, даже с цепочкой.

— Мне нужно записаться к доктору Лоуренс, — сказал я. — Направление от лейтенанта Спронга.

Она посмотрела на меня поверх очков, и я увидел, как ее взгляд скользнул по моему помятому лицу, щетине и мятой одежде. Потом она открыла толстый ежедневник и провела пальцем по странице.

— Завтра в два часа дня. Подойдет?

Завтра. Ну ладно, днем так днем, ничего страшного, это вряд ли займет больше пары часов.

— Подойдет, — сказал я.

— Ваше имя и жетон?

— Детектив Майкл Соко, двенадцать сорок семь.

Она аккуратно вписала мои данные, потом оторвала от блокнота маленький кусочек листка и протянула мне. Я посмотрел. Двести четвертый кабинет.

— Не опаздывайте, доктор Лоуренс очень пунктуальна.

— Спасибо, — кивнул я и двинул на выход.

Не хотелось мне, чтобы кто-то копался у меня в голове. Мало ли, вдруг вычислят, что я на самом деле живу в чужом теле, играю роль детектива, а на самом деле мне под пятьдесят, я из России, и вообще никакого отношения к Майку не имею?

Да и не знал я, что там за психологи, я никогда сам с ними не общался. А уж про американских знал только то, что они всем подряд прописывают «Прозак». Смотрел «Семью Сопрано», оттуда знания и почерпнул. Правда он там мафиозный босс, а я — совсем наоборот.

Ладно, разберусь с этим завтра, буду играть свою роль. Надо показать, что я переживаю, но не слишком сильно. Чтобы нестабильным не показаться. Но и не слишком слабо, чтобы не подумали, что я социопат.

Я спустился на первый этаж и на выходе из участка столкнулся с Касселсом. Он шел по коридору и выглядел, как обычно, безупречно: свежая рубашка, уложенные волосы, белозубая улыбка, даже солнечные очки какие-то модные. Я рядом с ним выглядел, будто бомж, откровенно говоря.

— Соко! — он остановился. — Я слышал, что ты вчера натворил, все только об этом и говорят. Двоих наповал? Да ты настоящий ковбой, оказывается.

— Мне пришлось, — ответил я. — Я не по своей воле стрелял в них.

— Ну да, конечно, — он усмехнулся. — Слушай, я так понял, тебя отстранили. Мало ли, если вдруг понадобится какая-то помощь, то обращайся.

Я посмотрел на его приветливое лицо, на «Ролекс» на запястье, и вспомнил слова Билла о нем. И о том, как он удержал мою руку, когда я собирался прижать Аурелио. А ведь он определенно был