Тени Нового Орлеана. Сердце болот - Лера Виннер

Она наивно надеялась, что сможет обойтись без этого до последнего, но другого выхода всё равно предложено не было…

Или был?

Не будучи уверенной в том, что делает, она всё же прикрыла глаза, на этот раз погружаясь в эти места мягко и постепенно, а не вторгаясь с разбега, как в прошлый.

Времени на это уходило больше, но сберечь силы, не зная, что ждёт впереди, было важнее.

Она не тратилась на поиск Роланда, просто планомерно подключалась к болотам, и сегодня они приняли ее с распростёртыми объятиями. Проложенные ею в прошлый раз дороги остались открытыми — обещавшая, что будет благосклонна к ней, если она захочет прийти опять, Мэй сдержала слово.

Не видя Королеву, Герда чувствовала её незримое присутствие почти повсюду — в приглушенном шелесте листвы высоко над своей головой, в криках ночных птиц и плеске воды в отдалении. Чего бы ей это ни стоило и где бы она ни была, Мэй помогала больше, чем она смела бы рассчитывать.

Просматривая территорию в обозначенных ею границах, Герда искала нужное место.

Мэй сказала, что она была почти что в эпицентре…

Почувствовав на себе внимательный холодный взгляд, она открыла глаза и увидела тёплый маленький огонёк, пляшущий впереди. Во тьме за ним виднелся даже не силуэт, слабое очертание гибкого и изящного девичьего тела.

Не ходить за ними, не верить им.

Дарла запретила.

Сейчас у нее не было Дарлы.

Прямо сейчас не было никого, кто мог бы помочь если не делом, то советом.

Других огней на болотах не было, их все как будто поглотила продолжающая сгущаться тьма, а тот, что выдернул ее из транса, продолжал покачиваться впереди так заманчиво, так плавно.

Ещё один взгляд, холодный и равнодушный, ввинтился в нижнюю часть затылка, и с трудом поборов в себе желание оглянуться, Герда бросилась за огоньком.

Она не слышала ни шагов, ни шелеста, ни смеха, ни человеческих голосов. Оно не прельщало ее костром и горячим питьём, как полагалось прельщать и убаюкивать продрогшую и уставшую путницу, просто вело за собой, пока не растворилось в густом воздухе, будто не было вовсе.

Оглядевшись на ходу, Герда едва не рассмеялась.

Ледяной взгляд чего-то ужасного продолжал следить за ней, но безнадежно отстал.

Она не знала, с какой скоростью бежала и как далеко в этом искажённом пространстве забралась, но места оказались знакомыми.

Не помня точно, сколько времени ей понадобилось на то, чтобы выбраться, в прошлый раз, она готова была поверить даже в то, что находится в паре сотен метров от своей брошенной машины. И своей первородной спутницы.

Она ждала, сидя на капоте, — сейчас Герда видела это необыкновенно ясно.

Неожиданно выяснилось, что и лес вокруг она стала видеть очень хорошо, и, благодаря этому видению, удачно миновала подозрительно хлюпающий участок земли.

Оно хорошо пряталось.

Так хорошо, что в самом деле можно было искать хоть до утра и все равно остаться ни с чем, сгинуть так же, как сгинули здесь сотни людей до нее.

Перешагивая через лежащую поперёк дороги большую ветку, Герда подумала о том, что подарок, который она сделает Мэй, если выживет, должен быть воистину королевским. Королева не просто сберегла ее ресурсы, отправив свою подданную вывести ее из лабиринта, но и осветила пространство, сделала его потусторонне мерцающим и почти прозрачным, хорошо просматриваемым.

Чем ближе она подходила, тем гуще и злее становились болота.

Это была не просто злость — концентрированная ненависть, отчаяние, разочарование, ужас. Все та дрянь, что может копиться в людях годами, чтобы в один далеко не прекрасный момент прорваться десятком выстрелов в торговом центре.

Сколько подобной энергии могло скопиться в огромном городе… У нее не хватало фантазии вообразить.

С каждым новым шагом страх сковывал разум и тело сильнее, а взгляд, вперившийся в затылок, делался все более настойчивым.

Заметив впереди старое толстое дерево, Герда снова бросилась бежать, разгоняя кровь и вязкий, как болотные топи, парализующий ужас.

Не для того они все вложили столько сил в то, чтобы привести ее сюда.

Роланд лежал на земле навзничь. Он упал на подходе к этому самому дереву так, что голова откинулась на дорогу, а лицо…

Не глядя ни на что вокруг и ни о чем другом не беспокоясь, Герда опустилась рядом, не решаясь его касаться. Правая половина лица была обожжена, изуродована, превращена в кровавое месиво вместе с шеей.

Он все еще был без сознания, но раны уже начали затягиваться, и огромного труда стоило не завопить истошно и позорно от облегчения.

Поэтому она не видела Мэй.

Поэтому Королева не вышла встретить и проводить ее сама — утверждая свою власть над этим местом, она помогала лечить эти ожоги.

Благо, на дорогу Роланд вывалился очень удачно.

Подхватив его под плечи, Герда, стараясь не шуметь, оттащила отяжелевшее — мертвое — тело подальше, оставляя полностью в юрисдикции законной Королевы и под ее защитой, и только после решилась поднять глаза.

Между тем местом, на котором она нашла своего вампира, и мерцающим, источающим зловоние и похожую на слизь субстанцию деревом лежал их беглый труп.

Использовав тело несчастной, изуродовав и измочалив его, эта сила его покинула.

Девушка наконец обрела покой или что там могло ждать ее в посмертии, а в паре метров от нее прямо сейчас рождалось что-то новое.

Селина стояла спиной к дороге и к Герде и, казалось, вовсе ее не слышала, в то время как прямо перед ней из тумана, грязи и сухих ветвей по крупицам собирало себя нечто, досели неизвестное. Или не оставившее после себя никого, кто мог бы о нем рассказать.

Сколько крошечных деревушек и сел погибли таким образом, сколько людей вырезали друг друга, став жертвами собственной же злобы?..

Где-то на периферии Герда видела их всех — окровавленных, с выпученными глазами и перекошенными от страха и ненависти лицами, — и ужасалась.

Селина не двигалась. Стоящее перед ней и державшее ее за руку существо уже обрело очертания женского тела, так похожего…

Герда прищурилась, пытаясь рассмотреть лучше, а после перевела взгляд на покойную, чтобы убедиться.

Оно выбрало это лицо и этот облик. Одинокая девчонка, которую никто не станет искать, одаренная, улыбчивая.

Ее лицом можно будет напугать тех, кто видел, как корчилось ее мертвое тело.

С ее лицом можно будет подойти незамеченным к тем, кто ни о чем не догадывается.

— Лин!..

— Тихо, — Роланд зажал ей рот ладонью, и только услышав, как едва не подскочившая от испуга