Бездушный - Kornyal Walden

С этими словами он обернулся ко мне. Вернее, он хотел повернуться к рыжебородому, чтобы передать туго набитый кошель. Но застыл, глядя на меня. Я тоже замер, как вкопанный, глядя в лицо мага. Пожалуй, я узнал бы его из тысячи человеческих лиц. Ведь это был тот, кто научил меня, как обрести душу.

— Ты⁈ — охрипло выдавил маг.

Не знаю, что на меня нашло, но мое тело будто само собой метнулось вперед и обвилось вокруг вскочившего на ноги мага. Иногда я проделывал такое с Лайлой. Поначалу она пугалась, но потом привыкла. К счастью для меня, Лайла, Малройд и Киаварн успели загородить нас прежде, чем члены ее бывшего отряда кинулись выручать мага с мечами и секирами наперевес.

— Все в порядке! — замахала руками девушка. — Он его так просто приветствует!

— Не уверен! — простонал маг, тщетно пытаясь выбраться из моих «объятий».

Смутившись, я отпустил его и отполз в сторону.

— У меня столько вопросов! — сообщил я оторопевшему магу. — Теперь меня зовут Даммар. Рад с тобой наконец-то познакомиться, Мирайн Великий. Я очень многим обязан тебе!

Всем, если честно. Если бы этот человек не научил меня, как раздобыть искру, что при виде него буквально запылала в груди, я ползал бы сейчас где-нибудь и жрал все живое, что встречу. Никогда бы мне не услышать без него пение Лайлы. Не ощутить тепло человеческих рук…

— Он… оно… разговаривает⁈ — пораженно спросил маг.

— Ага! — насмешливо подтвердил Тильзан. — И еще неплохо играет в Короли и Мечи!

Стоило отдать должное Мирайну Великому, он довольно быстро взял себя в руки.

— Прошу прощения за свои манеры! — произнес он спустя пару мгновений. — Я узнал тебя шоргот. Это ты когда-то пленил меня?

— Эм. Ну да! — смущенно признался я. — Извини, что так вышло. Я просто хотел получить душу. И у меня это получилось, благодаря твоему заклинанию!

Судя по мыслеобразам, замелькавшим в голове Мирайна, он вспоминал нашу встречу. Должно быть, он был здорово напуган тогда! Странный, шоргот, не похожий на остальных, вломившийся в его сознание! Мне не просто было донести до него, что именно мне нужно, не владея человеческой речью! На этот раз я коснулся его сознания лишь краешком, стремясь успокоить и выразить свою благодарность.

— Э-э… Что ж. Рад, что сумел помочь! — выдавил Мирайн.

Чудовище на носилках меж тем пришло в себя и принялось жалобно скулить. Наклонившись, маг снова погладил его морду, а затем принялся развязывать под протестующие возгласы наемников. К счастью, вопреки их опасениям, оказавшись на свободе чудовище попросту принялось тереться о мага мягкими боками и вылизывать подставленную ладонь своего хозяина.

— А как же плата? — негромко напомнил Керн.

— О! Конечно же! — Мирайн кинул в руки рыжебородого тяжелый кошель. — Вижу, вы изрядно устали с дороги. Не желаете разделить со мной трапезу? Я бы с радостью послушал о приключениях Даммара.

— Конечно! — жизнерадостно ответил Киаварн, взглядом давший понять рыжебородому, спрятавшему за пазухой туго набитый мешочек, что о нашей части награды он не забудет.

Большинство наемников осталось снаружи. Мирайн вынес для них еду: свежие лепешки и отличные куски вяленого мяса, а так же маленькие округлые сладости из сушеных яблок и слив, обмакнутых в сладкий медовый сироп, каких я еще не пробовал. Заметивший, как сильно они мне понравились, Дик даже отдал мне половину своих.

Меня, Малройда, рыжебородого и Киаварна маг пригласил внутрь. А так же Лайлу, на чьем присутствии я настоял. Мы устроились на первом этаже, где стоял небольшой округлый стол, за которым, должно быть, обыкновенно обедал Мирайн. Маг принес еду: большой котелок с аппетитно пахнущим варевом и несколько глиняных мисок, а так же свежие пшеничные лепешки и еще сладостей, которые щедро навалил на стол горкой. Я тут же утянул парочку языком.

Мы с Лайлой наперебой принялись рассказывать ему о нашем знакомстве и тех временах, когда я только пришел в человеческий мир. Причем точка зрения на многие события у нас различалась кардинально! Лайла, к примеру, утверждала, что я выскочил из лесной чащи, собираясь ее сожрать!

— Поклеп! Никогда я этого не планировал! — возмутился я. — Я всего лишь хотел с тобой познакомиться!

— Ну, да! Конечно! — рассмеялась девушка. — А помнишь, как ты медведя по всему лесу гонял со скуки?

— Вот тогда я был как раз голоден. Тот медведь оказался слишком быстрым! — принялся я оправдываться.

Мирайн с любопытством слушал наши истории. Как впрочем, и Киаварн с рыжебородым. Киаварну я кое-что из этого рассказывал, но в исполнении Лайлы эти истории зазвучали по- новому. Лишь об одной девушка не проронила ни слова, никак не дополнив мой рассказ. О том, как я спас ее деревню. Для меня это было драгоценное воспоминание. Ведь после того люди приняли меня. Впервые увидели в шорготе что-то кроме монстра. Но для Лайлы это был день, когда она потеряла многих односельчан. Когда едва не погибла ее семья. Когда маленькая девочка восседала на спине шоргота и указывала, кого ему убивать…

Поняв, что ей неприятно слушать эту историю, я торопливо ее завершил, рассказав Мирайну о восхитительном черничном пироге, которым ее мать отблагодарила меня за спасение деревни.

— Ясно… Вот оно как! — тепло улыбнулся маг. — Когда ты захватил меня в плен, я и представить не мог, что все повернется таким образом!

— Ага. Извини за это еще раз! — проговорил я, вспомнив наставления Лайлы.

Если напугал кого-то или обидел, проси прощения. Желательно отползти при этом на изрядное расстояние, чтобы не пугать еще больше. Но тогда мне пришлось бы покинуть стол со всеми вкусностями. К тому же, Мирайн, похоже, больше не боялся меня.

— Кстати! — вспомнил я давно одолевавший меня вопрос. — То заклятье, которому ты меня научил… Я так и не сумел разобраться, что оно значит?

Малройд и Киаварн почему-то застыли с набитыми ртами, прекратив жевать, и выразительно переглянулись между собой. Как будто у них состоялся содержательный диалог всего за одно мгновение. При этом я даже их мыслеобразы разобрать не успел!

Мирайн молчал, уставившись в свою миску.

— Так… что оно значит на человеческом языке? Сколько я ни пытался, не смог понять? — повторил я свой вопрос недогадливому магу.

Мирайн тяжело вздохнул. Затем почему-то