Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Кормил меня Эринор с ложечки, словно я сама не смогу удержать такой сложный агрегат! И вид у мужчины при этом был довольный до безобразия. У меня складывалось впечатление, что ему доставляет неописуемое удовольствие этот процесс. Удивительно, но императору нравилось возиться со мной. Логично, что в итоге и мне понравилось, когда каждое твое движение предугадывают и всячески стараются помочь.

Только смущал факт выселения мужчины из его собственной спальни. Конечно, он не останется без кровати, во дворце их полно и для императора точно найдут место, где переночевать. Но всё же это его комната. Так я думала до тех пор, пока не проснулась верхом на Эриноре.

Сонно поморгав, посмотрела на обнажённую мужскую грудь, перевела взгляд на знакомый рот и облизала свои пересохшие губы. Я ощутила, как Эринор напрягся – вот абсолютно весь – и заглянула в смеющиеся светлые глаза. Там была такая буря и жажда, что я дёрнулась в попытке слезть. Побоялась наброситься на императорское тело – строго охраняемое законом, между прочим.

– Куда же ты? – усмехнулся мужчина. – Ночью ты грозила приморозить меня к постели, если я попробую отодвинуться, а теперь сбегаешь?

Это был удар под дых. Неужели я дошла до того, что начала угрожать императору? Преподавателей в академии мне было мало? Мои глаза увеличились, и я прошептала:

– Простите, Ваше вели…

Договорить я не смогла, поскольку император зло шикнул и перевернул меня на спину, нависая сверху. Рука мужчины закрыла мой рот, пресекая попытку возмущения. А когда я перестала дёргаться, он убрал ладонь и провёл по моей нижней губе большим пальцем. По всему телу прошёлся хоровод мурашек, и появилось навязчивое желание прихватить этот палец губами.

Глядя на Эринора, я поняла, что весь мой контроль улетает вместе с одуванчиками в голове. Мужчина опустил ладонь на мою шею – туда, где прощупывался учащённый пульс. Затем наклонился ко мне и прошептал на ухо:

– Э-ри-нор. Думаю, после нашей бурной ночи, будет правильным называть меня по имени, хотя бы наедине.

После чего император воспользовался тем, что с моего плеча съехала ночная сорочка, и оставил обжигающий поцелуй на обнажённой коже. А я в полном шоке смотрела в потолок расширенными глазами и пыталась унять бешеное сердцебиение. Когда-то он писал, что придёт лично учить его имя. Похоже, Эринор очень не любит, если женщины, с которыми он целуется, называют его «величеством». Такая мысль помогла сладить с дыханием. В этот момент мужчина поднялся с кровати и усмехнулся.

– Пульс и дыхание учащённые, зрачки расширенные, реакция заторможенная. Может, оставить тебя здесь ещё на день? – протянул он.

– Нет! – завопила я, когда до меня дошёл смысл сказанного. Ещё одну ночь в постели с императором я не вынесу.

– Считаешь, это всё из-за…ненависти, которую ты ко мне испытываешь? – ехидно проговорил мужчина. – Тогда действительно, будет лучше отправить тебя обратно в академию. Заставлять девушку переживать такие глубокие чувства, это низко.

Пока я ошарашено моргала, глядя на Эринора, тот развернулся и вышел из спальни. Неужели я его вновь довела? Пробормотав себе под нос, что это какое-то сумасшествие, я поднялась и направилась в ванну. Наконец-то смогу привести себя в порядок! Меня больше не шатало, только колени подкашивались, стоило вспомнить императора.

А спустя час, сияя, словно начищенный золотой, я выглянула из ванной. Кровать была застелена, на небольшом столике стоял завтрак, а на манекене, висела моя форма. То есть я предположила, что она моя, поскольку размер совпадал. Я быстро переоделась, запихнула в себя немного каши и практически бегом подошла к двери. Открыла, обвела взглядом толпу людей в огромной гостиной и закрыла, привалившись к ней спиной.

Отпрянуть в сторону, когда дверь вновь распахнулась, я не успела, потому полетела назад прямо в руки Эринору. Он подхватил мою летящую тушку и одним движением поставил на ноги. Затем развернул лицом к себе и подмигнул.

– Испуганная моя, тебя уже ждут, чтобы проводить в академию, – хмыкнул император и, взяв за руку, повёл к выходу из покоев.

Я рассматривала из-под опущенных ресниц, мужчин, сидящих в гостиной, и не могла понять одного. Почему они смотрят на меня с таким опасением? Некоторые, так вообще, постарались стать как можно более незаметными и прятались за соседа. Это настолько поразило, что я забыла о смущении.

В коридоре меня передали из рук в руки, в прямом смысле этого слова, лорду Орайну. Отдав короткий приказ, доставить меня в академию, император пожелал хорошего дня и напомнил о необходимости избегать применения магии до конца недели. После пообещал, что меня оповестят о следующем занятии медитацией и вернулся в гостиную.

Лорд Орайн, не выпуская моей руки, повёл меня через белоснежные коридоры дворца. Я ожидала, что мы идём к порталу, но меня вывели на улицу, где нас ожидал экипаж. Порадовало, что на нём не было никаких знаков отличия. Не очень хотелось ехать по всему городу в экипаже с императорским гербом. Задумчиво разглядывая улицы города, я поинтересовалась у лорда Орайна.

– А кто все те люди, которые сидели в гостиной?

– Целители, которые не справились со своей задачей, – хмуро произнёс мужчина.

– Разве они не справились? – в моём голосе сквозило недоумение. – Но ведь я живая и здоровая.

– Это заслуга императора, – улыбнулся Орайн. – Он лично вытащил вас практически с того света. Никто из целителей не смог определить смертельное заклинание. Они просто пробовали всё подряд в надежде, что это поможет.

– Но почему? И как Эринору удалось понять, что я умираю, он же не целитель, – пробормотала я, вновь оговорившись и назвав императора по имени, чем вызвала приступ кашля у лорда Орайна.

Мужчина пытался сдержать не то возмущение, не то смех, но в итоге он справился с собой и произнёс:

– Ваше сердце не билось пять минут. За это время император смог избавиться от заклинания, которое себя проявило после смерти носителя. И хвала Дионае, успел вернуть вас к жизни!

У меня вышибло воздух из груди. Как это сердце не билось пять минут? Я что, умерла и меня воскресили? Видимо мой взгляд и отрытый рот были слишком красноречивы. Лорд Орайн потянулся ко мне, взял в руку мою ледяную ладонь и погладил по-отечески, чем помог справиться с шоком. Он также делал и в детстве, когда я чего-то сильно пугалась. Помогало безотказно, поэтому и сейчас я мигом справилась с эмоциями.

Но вот