Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

старый. Насколько мне известно, он примерно одного возраста с Эринором. Подумав об этом, я вновь зависла. Пока магистр смеялся, я пыталась смириться с мыслью, что император дряхлый стрик. Стало совсем грустно.

– Простите, адептка Нор, – всхлипывая от смеха, Тирмоль вытер выступившие слёзы, – попытаюсь решить эту проблему. Не каждый день меня так смешат. Отправляйтесь в свою комнату. Ведь ваши лекции пока что отменили.

Тяжело вздохнув, я ссутулилась и поплелась в общежитие. Всё было настолько плохо, что хотелось выть. Даже появление Винса не обрадовало. Я практически не слушала рассказ о том, что ему удалось узнать за это время. Он говорил о каких-то обеспокоенных призраках академии, которые попрятались и старались держаться подальше от озера в парке.

Какое мне дело до перепуганных мертвецов? У меня тут трагедия. Я влюбилась в старика, который проживёт в лучшем случае ещё лет сто. Кроме того, мне не дают еду, а от голода уже кружится голова. А ещё прогнали в комнату и теперь неизвестно, смогу ли я встретиться хотя бы с Рейнодом. В общем, проблемы призраков меня мало интересовали на тот момент. И когда в дверь постучали, я лишь махнула рукой, не желая совершать ни одного движения.

Лёжа на диване в гостиной и глядя в потолок, я вспоминала, как долго человек может прожить без еды. Потом начала подсчитывать, сколько дней отнять от той цифры, если человек маг и истратил уйму силы. Итог меня не обрадовал – три дня. С одной стороны, это ничтожно мало. Но с другой – умирать три дня от голода и слабости, не самое приятное. Оставалась надежда, что моё отсутствие завтра заметит император и поинтересуется, отчего адептка не пришла на медитацию.

Стук в дверь повторился и теперь он стал более настойчивым. Я попыталась сказать «войдите», но в глазах потемнело, а из моего рта вылетел лишь слабый стон. Короткий миг потери сознания меня испугал. Я всё понимаю – истощение, затраты энергии, но сразу же дойти до такого состояния невозможно. Поэтому услышав грохот выбитой двери, я очень обрадовалась.

Но увидев склонившегося надо мной императора, поняла, что это конец, уже начались галлюцинации. С чего бы в моей комнате появился Эринор? Я попыталась сказать этому глюку, исчезнуть, но почувствовала, как меня поднимают на руки и куда-то несут. Было ощущение, что я лечу по коридору. На миг закралась мысль, что я уже умерла и стала призраком. Только тупая боль в висках заставила сомневаться в этом.

В итоге я всё же отключилась, стоило увидеть арку портала. И когда пару раз приходила в сознание, думала о том, что лучше бы я умерла там в комнате. Зачем меня так мучают? Всё тело болело, от жары хотелось выть, но я могла лишь тихо стонать. И ещё ужасно раздражали люди, которых было очень много для одной комнаты. Я им что, музейный экспонат, чтобы так на меня смотреть?

Помню, как открыла глаза от того, что начала задыхаться. Жар стал нестерпимым и я закричала. Вот где эта магия, когда она так нужна? Вокруг меня вновь засуетились какие-то люди, и я разревелась. Попыталась оттолкнуть от себя руки какого-то мужчины, который всё порывался пощупать мой лоб. Но слабость никуда не делась и я, закрыв глаза, начала мечтать о холоде.

Не знаю, что произошло потом, но я вдруг ощутила дуновение ветра. Это заставило меня открыть глаза. Зрелище покрытого снегом помещения и скованных льдом людей повергло меня в ужас. Я вновь закричала, на этот раз от страха и рядом со мной появился император. Он заковыристо выругался, оглядываясь по сторонам. Смешно, но меня это успокоило, отчего я тихо вздохнула и вспомнила, как сокрушалась по поводу его возраста.

– Вам нельзя находиться в таком холоде, – с трудом проговорила я.

– Почему? – оказавшись около меня, Эринор ждал моего ответа, словно это было очень важно.

– Вы же ровесник магистра Тирмоля, а ему уже много лет, – пробормотала я и вдруг добавила: – Очень жаль, что вы скоро умрёте от старости. Мне будет вас не хватать. – После чего я вновь провалилась в беспамятство.

Сознание возвращалось ко мне ещё пару раз. В эти моменты я видела рядом Эринора, и никаких незнакомых людей больше не было. А потом я просто проснулась, потянулась и поняла, что чувствую себя превосходно! Правда, смущало, что я не узнаю комнату, в которой оказалась. Она была слишком просторной, шикарной и мужской. Такие спальни последний раз я видела в доме герцога де Морта, а ещё раньше, у себя дома.

Повернув голову, я увидела Эринора сидящего в кресле. Император просматривал какие-то бумаги и не сразу обратил внимание, что я пришла в сознание. Я воспользовалась моментом и попыталась вспомнить, как здесь оказалась. Но все мои воспоминания напоминали вспышки бреда. Хотя, при наличии Эринора в этой комнате… Похоже, не такой это был и бред.

– Что со мной случилось? – едва слышно пробормотала я и поморщилась.

Казалось, что моё горло кто-то исцарапал изнутри, настолько оно саднило. Вскинув голову, Эринор в одно мгновение оказался рядом со мной. Пощупал лоб, измерил пульс, а я с удивлением увидела на лице мужчины облегчение и просто нереальную радость.

Моргнув пару раз, я подумала, что это видение сейчас исчезнет. Счастливый император, это как-то выше моего понимания. Я видела его в горе, злым, раздражённым, довольным, скучающим, но ни разу не замечала такого незамутнённого счастья во взгляде. Как-то не вязался этот образ в моей голове с образом Эринора, которого я знала. Он протянул мне стакан с водой. Осушив его до дна одним глотком, я прохрипела:

– Ещё!

– Нельзя. Вначале тебе надо съесть хоть что-то, – покачал головой император, а я отметила, что у него очень уставший вид.

– Я согласна съесть даже тыкву! – улыбнулась я мужчине и пробормотала: – Ненавижу тыкву, но сейчас готова об этом забыть.

– Обещаю, что тыквы не будет, – рассмеялся Эринор, а я залюбовалась мужчиной и вспомнила свои мысли перед обмороком.

– Сколько вам лет? – ляпнула я.

И тут же мысленно обругала себя. Говорила мне мама, никогда не задавай этого вопроса мужчинам. Они очень болезненно относятся к возрасту, когда им за тридцать. А я мало того, что спросила императора, так ещё и престарелого! Мои щёки запылали от стыда, и я прошептала:

– Извините.

– Не стоит просить прощения, Эрин, – как-то зловеще улыбнулся мужчина, но при этом ласково погладил меня по голове. – Боюсь, я не смогу открыть тебе тайну своего возраста. Но могу заверить, что ещё довольно молод, если