Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Вы чего ищете? — спросил я и, повинуясь случайному наитию, поднял взгляд к потолку. Поднял взгляд и тотчас вздрогнул от неожиданности.

Потолок опускался. Вот еще только что он терялся во тьме, а сейчас расцвел белыми узорами изморози и понемногу истончался, будто потихоньку прогоравший лист бумаги, к которому снизу поднесли зажженную спичку.

Стужа пытается добраться до нас сверху?!

— Да неважно, — отмахнулся от меня Василенко.

— Чего ищете, говорю?! — рявкнул я. — Ну быстрее!

— Энергетический узел, чтобы подключиться к управлению, — объяснил Алекс. — Все, не мешай.

— Как подключаться будете? — спросил я и неожиданно догадался: — Перчатка?

— Да.

Я сосредоточился на ясновидении, и оно неожиданно легко отозвалось. Стены пирамиды в один миг стали кристально-прозрачными, и лишь в глубине Цитадели заклубился туман, грозивший утопить меня в своей морозной белизне. Но в глубину, к счастью, заглядывать не пришлось — пересекающиеся и вновь расходящиеся в стороны энергетические линии змеились у самой поверхности.

Неудивительно, что кустарный анализатор не справляется — все эти узлы постоянно смещаются!

— Руку дай, — зажмурившись, потребовал я.

— Зачем еще? — напрягся Василенко.

— Делай что он говорит! — в голос крикнули Бородулин и Напалм.

Антон немного поколебался, но ладонь все же протянул. Обмирая из-за текущего от Цитадели холода, я шагнул к начавшей понемногу расплываться в мутное пятно стене и приложил странную перчатку колдуна к наиболее яркому пересечению сразу трех энергетических линий.

Усеивавшие пальцы стальные кружки металла моментально прикипели к поверхности пирамиды, а самого Василенко будто разряд тока пронзил. Он дернулся, потом обмяк и непременно упал бы, не успей подхватить его вовремя оказавшийся рядом Виктор Петрович.

Химик поспешил воткнуть в шею Антону иглу одноразового шприца, и тот на удивление быстро пришел в себя. Бригадир ликвидаторов выпрямился и принялся водить перед собой свободной рукой, будто рисуя в воздухе какие-то невидимые символы. И результата этих действий долго ждать не пришлось: блоки пирамиды вновь приобрели льдистый оттенок, а их стыки налились голубоватым сиянием.

— Процесс пошел! — увидев, как стремительно начали сменять друг друга цифры на экране прибора, заорал Шумов. — Все сюда!

Вера и Семен тут же развернулись и задали стрекача от пытавшегося прорваться в подвал тумана, который никак не мог преодолеть выставленную Оксаной и Славой защиту. Сами колдуны торопиться с отступлением не стали и лишь медленно попятились к пирамиде.

— Ну замечательно, блин, — пробормотал я и затряс головой, пытаясь прогнать подступающее беспамятство. — Процесс у вас пошел, радость-то какая…

Рот наполнился слюной, пришлось сплюнуть под ноги и глубоко задышать. Понемногу угроза обморока начала отступать, и мне нестерпимо захотелось проглотить ослабляющую дар ясновидения пилюлю.

Перебороть это желание оказалось вовсе непросто. Неужто так плотно подсел? Или организму виднее? Вот ведь Напалм паразит — заразил сомнениями. Раньше глотал чуть ли не горстями — и ничего. А тут…

Вдруг по подвалу вновь прокатился грохот взрыва, развороченный дверной проем затянуло сверкавшее нестерпимым блеском облако, и гимназисты со всех ног рванули к нам. Из коридора за ними метнулась смазанная тень, но искры защитного полога моментально прожгли в ней множество дыр, и повалившаяся на пол призрачная тварь забилась в жутких судорогах.

В этот момент под ладонью Василенко зародилось непонятное сияние, которое за несколько ударов сердца растеклось по одному из блоков пирамиды и превратилось в подсвеченный изнутри прямоугольник.

Подсвеченный?

Нет, дело было вовсе не в этом. Просто блок пирамиды частично утратил свою материальность.

Так это дверь?!

Антон Василенко бесстрашно шагнул вперед и, подтвердив мою догадку, пропал из виду. Все на мгновение просто опешили, а потом быстро сориентировавшийся в происходящем Виктор Петрович буквально втолкнул в светящийся прямоугольник начавшего пятиться от пирамиды Алекса.

— Быстрее! — заорал на нас химик. — Чего встали? Ну!

Я оглянулся на уже прорвавшийся через защитный полог туман, вздрогнул из-за чьего-то уколовшего ненавистью взгляда и, задержав дыхание, шагнул вслед за Шумовым.

Шагнул — и будто в кисель угодил.

Обжегшая холодом энергия в один миг окружила со всех сторон, сдавила, но не смогла раздавить, и вскоре неприятные ощущения отступили на второй план. Тело потеряло всякую чувствительность, меня наполнила невероятная легкость, а перед глазами замелькали странные видения: черное небо, лазурное пятно солнца, бескрайняя заснеженная равнина. С секундным опозданием в голове зазвучали вкрадчивые — и определенно нечеловеческие! — голоса; непонятные фразы зародили смутную тревогу и начали разъедать волю, но закрыться от них не составило никакого труда.

Не впервой. И не от такого отгораживаться приходилось. Хотя б таблеточку я сейчас все же принял…

— Я ничего не вижу! — пронзил вдруг окутавшую меня безмятежность чей-то истошный крик.

— Включите свет! Дышать темно, и воздуха не видно! — не смог промолчать Напалм.

— Успокойтесь все быстро! — моментально откликнулся Антон Василенко. — Провожу калибровку…

Постепенно туман перед глазами рассеялся, и я смог разглядеть смутные силуэты зависших в каком-то бескрайнем помещении людей.

В бескрайнем?!

Именно так!

Не было у окружившей нас серой хмари ни конца, ни края. Будто пространство лентой Мебиуса изогнуто. Куда это мы угодили? И как выбираться будем?

Хотя выбираться как раз пока и не стоит…

— Ничего не вижу толком, — пожаловался Лымарь.

— Вероятно, физиология хозяев пирамиды несколько отличается от физиологии хомо сапиенс, — предположил Бородулин.

— Или проблема в калибровке!

Василенко никак на это замечание Алекса реагировать не стал, но тут подал голос Слава Линев:

— А что это за штука, в которой мы висим?

— Стабилизирующая энергия, — отозвался Антон. — Защищает организм при перемещении в пространстве.

— А она точно рассчитана на человека? — забеспокоился Напалм.

— Думаете, я зря вас препаратами накачал? Теперь мы совместимы, не волнуйся, — усмехнулся Бородулин и спросил бригадира: — Антон, как у тебя дела? Скоро действие лекарств подойдет к концу.

— Есть четыре новости, — заявил Василенко. — Хорошая, плохая и очень плохая. Ну и последняя — ни так ни сяк.

— Выкладывай, не трави душу! — забеспокоился химик.

— Я разобрался с обзором. — Терявшиеся в бесконечности края внутреннего пространства пирамиды вдруг оказались обрезаны, и на их месте возник заполненный туманом подвал. — Но подогнать энергетические параметры под человека не получается.

— Значит, у нас в запасе только полчаса, — прикинул химик. — Что еще?

— А ты сам посмотри…

Посмотреть и в самом деле было на что — созданный Стужей туман обвил Цитадель со всех сторон и пытался проникнуть внутрь. Пока, к счастью, безуспешно.

— Ну и?

— Взламывая пирамиду, мне пришлось отключить защиту, — признался Василенко. — И вновь активировать ее я просто не успею.

— Чем нам это грозит? — поинтересовалась Оксана.

— Туман вытягивает