Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Так он на ваших таблетках плотно сидел. У организма с сопротивляемостью раньше все в порядке было, — усмехнулся пиромант. — А тут и таблетки пить бросил, и в перенасыщенном энергией пространстве оказался.

— Тогда надо подумать. — Бородулин огладил прокуренную бороду и вдруг спросил: — Много у вас таблеток осталось?

— А что такое? — насторожился я.

— Вы сильно на них не налегайте. У меня до них в ближайшее время точно руки не дойдут. Да и побочные эффекты, как видите…

Химик отцепил у меня с висков датчики и пошел советоваться с Василенко.

— Покурить оставь, — попросил пиромант Алекса.

Шумов протянул ему наполовину скуренную сигарету и тоже отправился по делам. Я вернул кружку Напалму, осторожно покрутил головой из стороны в сторону и вновь повалился на землю:

— Как-то незаметно в этот раз накрыло.

— Особенности местной энергетики. — Парень глубоко затянулся, какое-то время посидел так, а потом медленно выдохнул дым. — Меня тоже просто распирает.

— Тебе проще, сжег кого-нибудь, и порядок. — Я огляделся, но внимания на нас никто уже не обращал. И в самом деле, а что случилось-то? Ну грохнулся человек в обморок, делов-то. — А у меня мозги закипят скоро.

— Закипят, — кивнул Напалм. — Потому как подход у тебя неверный.

— В смысле?

— Говорил же, нельзя до бесконечности подавлять дар. Боком выйдет.

— Да ну? — Я вытащил из кармана коробочку с пилюлями Бородулина, высыпал парочку на ладонь, но глотать не стал. — Лучше сразу загнуться, полагаешь?

— У меня дар с четырнадцати лет, знаю, о чем говорю, — фыркнул пиромант. — Так вот, сколько бы ты ни отгораживался от него, толку не выйдет. Тупиковый путь.

— Какие варианты? — Пилюли отправились в коробочку, вместо них я вытащил из кармана подрезанный еще у Смирнова шоколадный батончик. — "Магистр" жрать начать?

— "Магистр" тебя точно в могилу сведет, — покачал головой Напалм и протянул руку: — Сорок восемь, половинку просим.

Я разломил батончик пополам, угостил пироманта и задумался.

А может, и в самом деле парень прав?

И что тогда? Как быть?

Заметив мою задумчивость, Напалм поднялся с земли и отошел к Веронике. Я, не чувствуя вкуса, сжевал шоколад и вновь достал коробочку с пилюлями.

Сильно они мне помогли?

Сильно. Сколько раз чуть ли не с того света вытаскивали — и не сосчитать.

Только вот всякий раз потом еще хуже становилось. Почему становилось хуже — неизвестно. Из-за таблеток или просто организм протестовал?

Да кто теперь скажет!

Другое дело, что у меня появилась зависимость. Куда я без пилюль? Да просто никуда. Выходит, тот же Бородулин мной теперь по своему желанию как угодно вертеть может. И намекнуть ведь на это уже успел, сволочь такая.

А это совсем нездóрово. И скажем прямо — нездорóво. Посадит на голодный паек — волком взвою. Да и долго ли Виктору Петровичу таблетки делать еще? Закроют химика в какую-нибудь шарашку, а мне куда деваться? Так и так загнусь…

И, приняв нелегкое решение, я выкинул коробочку с пилюлями в огонь. Пластик загорелся, выпуская во все стороны языки голубоватого пламени, потом потянуло химической вонью, заслезились глаза и запершило в горле.

Вот и все.

Не стоило так горячиться, конечно. Да только зависимость штука такая — сегодня слабину дал, а завтра уже за человека никто не считает. Нет, Виктор Петрович, фиг тебе. Не получится мне на шею сесть и ножки свесить, не на того напал. Подавись своими таблетками.

Стоп, куда-то не туда меня понесло. Не время распалять себя сейчас, не время…

Я попытался осторожно проверить, в состоянии ли управлять даром ясновидения, но как только в голове начало разгораться знакомое жжение, меня передернула короткая судорога.

Кровь. Кровь на снегу. На снегу, и не только…

Я скрипнул зубами, зажмурился, несколько раз глубоко вдохнул, прогоняя наваждение. Потом огляделся: кроме нас — никого. Лишь снежные барханы с торчащими из сугробов верхушками стеблей. Безмятежная пустыня…

Безмятежная? Не уверен. Совсем не уверен.

Щурясь из-за ставшего вдруг слишком ярким света, я вновь огляделся и нахмурился. Все были заняты своими делами, не хватало лишь Оксаны.

Ага, вон и она. И какого лешего ее к краю пирамиды понесло?

Я направился вслед за девушкой и, на ходу стянув с правой ладони меховушку, сунул ее за пояс. Потом расстегнул ремешок кобуры, вытащил пистолет и замедлил шаг.

А стоит ли?

С одной стороны, Оксана Григорьевна проблем выше крыши создает, с другой…

Тихонько выругавшись себе под нос, я перехватил пистолет обеими руками и ступил гимназистке за спину.

Кровь. Кровь на снегу…

Вызванное ясновидением видение на миг сбило с толку, и потому взметнувшееся из сугроба существо, полностью покрытое длинными, спутанными волосами, первой заметила Оксана. Стоявшая у самого края зависшего над нами основания пирамиды девушка взвизгнула и подалась назад; снежный человек замахнулся дротиком, и тут я открыл огонь.

Раз! Два! Три!

Клац! — и пистолет встал на затворную задержку.

— Бегом! Пошла! — рявкнул я на остолбеневшую девушку.

Гимназистка мигом сбросила оцепенение и побежала к костру. Я поворачиваться спиной к заснеженному полю не стал и поспешил заменить магазин. Потом дослал патрон в патронник и осторожно попятился от края пирамиды.

— Все, прикрываю! — крикнул опустившийся на одно колено Лымарь.

Я тут же развернулся и, затылком чувствуя чьи-то полные ненависти взгляды, задал стрекача. Как бы не швырнули чего…

Но обошлось. Задыхаясь, подбежал к костру, убрал пистолет в кобуру и заорал на Оксану:

— Ты какого ляда туда потащилась?!

— Посмотреть… — всхлипнула девушка.

— И что ты собиралась там увидеть? — выразительно глянул на подругу Слава.

— Облако на горизонте появилось, похоже, буря будет. Я не подумала просто…

— Только бури нам не хватало! — выругался Василенко и указал на валявшееся в сугробе тело. — А это кто был?

— Снежный человек, — присмотрелась в оптический прицел снайперской винтовки Вера. — Они точно не смогут пройти через барьер?

— Не смогут, — мотнул головой бригадир ликвидаторов. — Меня больше волнует снежная буря, от нее пирамида не защитит.

— И долго нам тут куковать еще? — хрустнул костяшками пальцев Напалм.

— Цитадель почти заряжена, но…

— Что — но? — забеспокоился пиромант, уловив явственно прозвучавшую в голосе Антона нотку неуверенности.

— Пока не получается найти дорогу обратно.

— В смысле?! — Утешавший Оксану Слава моментально отвернулся от девушки и шагнул к Василенко. — О чем это ты?

— Сюда мы попали, использовав аварийный маршрут, обратно аналогичного маршрута я обнаружить не смог.

— Мы тут застряли, получается?!

— Это недопустимо! — влез в разговор Бородулин. — Если буря затянется, в пирамиде отсидеться не получится! Я не смогу пичкать вас лекарствами вечно!

— Простая прогулка, ничего сложного, — вздохнул Линев и