Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Тереза в ярости запрыгала на месте корча рожи. Моряки попятились от нее и быстро вышли из шатра.

— Пф! Слабаки… — Тесс бросила палку на землю и отряхнула лиф платья. Слава Матери мерзкая ручища не помяла бутончики из ткани. Тереза за это платье почти тысячу марок отстегнула. Она и правда была готова за него убить.

Она придирчиво поправила лиф и подняла голову. Шеферд стоял неподалеку и со странным нежным и горестным выражением смотрел на нее. Словно она была милым щеночком, которого мама никак не разрешает взять в дом.

Он медленно подошел.

— Меня тут чуть не изнасиловали, пока ты гулял! — возмутилась Тереза, досадуя, что не вытерпела домогательства подольше и не позволила Шеферду сыграть роль спасителя. Да и сама теперь нежной нимфой не выглядела.

— Эти? — он презрительно хохотнул. — Кишка тонка.

— Это что, комплимент?

— Да, — ответил Шеферд совершенно серьезно.

— Эм… Обычно мужчины не очень-то ценят в девушках способность постоять за себя. Разве ты не хотел прийти мне на выручку как рыцарь в сияющих доспехах?

Шеферд хотел что-то сказать и закрыл рот.

— Зачастую, мы сами не знаем чего хотим, Тереза.

— Я знаю.

— И чего же?

— Тебя, — выдохнула она решительно. Шеферд в очередной раз на секунду замер. Тереза решила, что настало время «домогаться». Быть решительной.

Она подошла к Ретту вплотную, положила руки на плечи и потянулась за поцелуем. Увы, он был почти на голову выше и Тереза не могла дотянуться. Она встала на носочки, подалась вперед всем телом, но Шеферд стоял столбом и просто смотрел на нее.

— Нет? — спросила она обиженно.

Шеферд молчал. Тереза отстранилась и пошла вон из шатра. На улице было прохладнее, так что ее полыхающие щеки быстро остыли.

Проклятье! Проклятый недоступный Шеферд и проклятый план Леонида соблазнить его. Будь оно все проклято! Ненавижу!

Что именно ее задело — отказ или необходимость так откровенно предлагать себя она уже и сама не понимала. Она дразнила Ретта весь вечер, но тем самым раздразнила и себя. Леонид был прав — эта игра была о двух концах. Она пыталась заставить Шеферда хотеть себя, но в итоге уже и сама хотела…

Если бы он ответил… Если бы… Ну и что, что им не быть вместе. Зато этой ночью ей было бы в его объятиях так же бешено, неистово хорошо как тогда. Одна ночь или две будут между ними, какая разница? Ей вот никакой! Никакой! И она вовсе даже не влюблена в этого мерзкого надменного, лощеного, статного, молодого, красивого графа-оборотня. Вот еще!

Ретт подошел и встал рядом. Они молчали. Напряжение так и стреляло искрами.

— Тереза… — он умолк. Прочистил горло. — Леонид велел тебе, но ты не должна этого делать. Хватит. Я же знаю, что ты делаешь это по его указке.

— Ты очень-очень умный Шеферд. — обиженно пробормотала Тесс. — Все? Насмотрелся на борьбу? Я хочу увидеть слона и поехать домой. — заявила она резко и отвернулась. Изображать обиду и досаду ей ничего не стоило. Она действительно чувствовала себя обиженной и испытывала досаду. Вот так. Никакие ее чары и красота ничто не интересно для Шеферда. Она для него просто пустое место как в прошлом так и сейчас. И даже если она предлагает себя в любовницы, без всяких там обязательств клятв вечной любви и прочего — он и то не берет! Даже так она ему не нужна.

Слова о запрете деогенсы были забыты. Тереза была уязвлена. Ну почему ее сталкивают снова и снова с этим оборотнем? Почему он проезжал через Междуречье? Почему Леонид притащился за ней туда? Снова и снова в ее жизни возникал этот проклятый Эверетт Шеферд и как и в первый раз так и сейчас, она не оставалась к нему равнодушной.

Если бы только Тесс обладала романтическим воображением, то уже придумала бы им историю, где они встретились и полюбили друг друга. Ретт смешил бы ее по утрам, а она подначивала его и всегда-всегда была бы для него соблазнительной. У них были бы детишки и домик, тихий семейный уют…

Тесс пошла к шатру со слоном. Ретт шел рядом и молчал.

Мда, семейное гнездышко. Размечталась! Такое могло быть у той старой Тесс, у которой была приличная семья и которая боялась мышей и лягушек и не умела драться. Той добрячки Тесс, которая умерла. Какой нормальный мужчина возьмет в жены такую бешеную стерву как она? Вон в любовницы и то не берут.

Тереза не слишком-то задумывалась о личном счастье. Оно, по ее мнению, было для нее полностью недостижимо. В юности, когда девушки мечтают о том за кого выйти замуж она гадала кто купит ее право, как отделаться от приюта и старухи Хард и поставить Анри на ноги. Ей вечно было не до того. Может быть однажды она бы и обольстила какого-нибудь парня или мужчину постарше в Междуречье, да только все знали ее там, знали ее норов. Тереза слишком долго была главной в их маленькой с Анри семье, научилась слишком многому, чему приличной девочке учиться не следует. Она привыкла быть сама себе хозяйкой. Влюбленность и романтические чувства были уделом богачей. Им можно было заниматься такой ерундой, а Тесс нужно было выживать. Замужество за простым мужчиной из низов представлялось ей пожизненной кабалой. Стирай, готовь, рожай детей, и работай, работай, работай. Да и не нравился ей никто из местных парней. Она могла любого из них напугать до смерти. И при взгляде на вот этих тюфяков ее сердечко должно было трепыхаться и замирать? Ага, сейчас!

А Шеферд… О да, рядом с ним было иначе. Он ее не боялся, он был много сильнее и он был красив. Он смешил ее, когда давал себе труд и не поддавался на глупые ужимки. И Тесс стали посещать ужасные, опасные, крамольные мысли, что с таким, как Ретт она могла бы спрятать часть своих иголок, выдохнуть и перестать быть «бешеной стервой». И стать просто Терезой. У которой могли быть просто чувства…

Вот только Шеферду ни она ни ее чувства не нужны! Графский сынок женится на волчице, а ей оставалось помечтать и сыграть в игру Леонида.

Нет уж. Не поедет она обратно в Междуречье. И не выйдет замуж за какого-нибудь мерзкого трясущегося лавочника, который будет каждую ночь забираться на нее и пыхтеть пять минут в лицо. Ни