Черноземье. Король - Иннокентий Белов

и по локтям, и по плечам, и по головам. Били нас просто безбожно старые воины. Как пойдешь со старым воякой на мечах стоять, уже точно знаешь, что отлупит он тебя до полной потери сознания, только тогда в покое оставит. Так что уже часть самого тяжкого обучения мы в проклятом Сатуме прошли, теперь все же полегче гораздо. И учат здесь по-человечески, после дворянской муштры так все хорошо терпимо, — и дальше откровенно рассказал все крестьянин.

— А с землей как же тогда? — еще спросили его.

— А, что земля? Пока получил навсегда, теперь она никуда не денется. Я ее соседу в аренду отдам, съезжу по весне, возьму через полгода две осьмицы отпуска, как в Гвардии можно. Немного сам поработаю, колодец там подниму, канавы прокопаю, а дальше пусть он мне по трети тайлера платит в месяц. И сам ее разрабатывает все время, себе и мне зарабатывает, — дальше весело доносит до слушателей имеющиеся мысли по данному поводу довольный новой судьбой парень.

Которому посчастливилось приглянуться опытным гвардейцам за свой боевой характер и силенку в руках больше остальных. Люди Генса отобрали пока девять осьмиц молодых астрийцев на обучение, только кого-то думают отчислить попозже по итогам обучения.

— С Ратушей оговорено на семь осьмиц новых воинов. Но если парни окажутся хороши в учебе и с характером, то я всех сам оставлю. Ничего, Касса не развалится, лишних гвардейцев в наше время много не бывает! — так ответил мне Генс на подобный вопрос.

— Ну, если тебя пригласили перейти в разряд настоящих воинов, отказываться от такого ради работы на земле точно глупо, — соглашаюсь я с ним.

Мои работники тоже все вернулись, и еще какая-то часть остальных крестьян на присмотренные места пришла.

— С семь осьмиц наших парней ушли на родные земли, — рассказывает мне один из вернувшихся к Водеру крестьян, которого я смог опросить первым.

— Откуда точно число знаете? — удивляюсь я.

— Так они все долго собирались и делились по своим землям сразу в отряды. Так что всех обошли, поспрашивали у каждого, не хочет ли он прямо сейчас посетить землю предков.

— Странно, я думал будут держаться по двое-трое, чтобы оказаться незаметнее степнякам, — удивляюсь я.

— Нет, хотят оказаться более сильными, чтобы справиться с небольшим отрядом степняков. Ведь воины уже настоящие, не гоже таким от ордынцев прятаться, — с гордостью заявляет мне новый работник.

— Понятно, — с неким уже знанием будущих неприятностей отмечаю я.

«Крестьяне слишком много про себя поняли, теперь хотят прийти на родину не как трусливые беглецы, а громко заявить о себе при случае. Степняки по своим новым владениям совсем расслабившиеся ездят, не ожидают никакого сопротивления, да еще активно вооруженного. Потеряют несколько воинов, потом ко мне претензии выскажут», — заранее понимаю я будущее.

«Ну, если кого в плен возьмут и говорить заставят, сдадут меня астрийцы, что свободно теперь живут в Черноземье. Что никто им родные места не стал запрещать посещать. Но это уже наше дело, как с пленниками поступать самим, — решаю я. — Извиняться перед степняками не стану, их наши отношения с пленниками из Сатума вообще не касаются».

Ювелиры продали моей трофейной ювелирки за целую зиму на тысячу двести тайлеров и еще триста пришло с общей нашей закупки. Поэтому очень дорогой запуск промзоны на Севере все-таки пока не заставляет похудеть мою казну.

— Но дно в груде сокровищ уже обнажилось. Получил примерно десять тысяч золота с них и еще на пару тысяч осталось, не больше! — вспоминаю я свои недавние подсчеты драгоценной фактуры в Кассе.

— Так что все у меня хорошо! — киваю я зеркалу при свете благоухающей свечи и поднимаю бокал с дорогим вином. — Чего и вам всем желаю!

Как тут же я слышу сигнал скоша, лежащего обычно у меня в ящике стола.

— Черт, накаркал, старый дятел! — ругаюсь я на себя. — Только похвастался и вот, что-то явно случилось! Раз Клея вызывает меня поздно вечером? Точно беда какая-то!

Ставлю довольно нервно бокал на стол, расплескав вино, подхватываю все вызывающий меня артефакт и пускаю на него ману.

— Ольг! Я мужа только что убила! — слышу я через скош голос Клеи в полной панике…

Глава 15

— Что? — сначала я даже не понял простую фразу, настолько не ожидаю ее именно сейчас услышать.

Что Клея кого-то убила. Даже не кого-то, а самого главу Совета Капитанов! Что уже вообще ни в какие ворота не лезет! Самого влиятельного жителя Астора и всего Черноземья! С которым у меня столько всего связано! И теперь многое непременно рухнет! Когда выберут кого-то из откровенных сопляков новым главой Совета? Их же там в Совете примерно половина? С бывшими главами Гвардии и Стражи так точно большинство получится?

Когда сам такой заметно благодушный и размякший после подведения полных итогов зимнего периода жизни, да еще насколько всей своей жизнью сейчас доволен. И уже выпил пять бокалов шикарного астрийского вина из запасов бывших хозяев дома.

— Я убила его! Я не хотела! — доносятся до меня рыдания.

Правда, не во весь голос, а такие довольно тихие рыдания. Кажется, Клея пока не хочет привлекать внимание слуг произошедшей трагедией. Значит, есть еще какие-то варианты для нее. И для меня тоже есть.

Не у них на глазах все произошло все же! Есть возможность сохранить тайну смерти Главы Совета Капитанов!

Тут уже я прихожу в себя. Нужно действовать быстро, если есть возможность что-то исправить, то упускать ее никак нельзя. Смерть Крома настолько меняет все в моей и всего Совета Капитанов жизни, что просто волосы дыбом встают.

«Да во всем Черноземье меняет, но особенно в жизни Клеи и ее детей», — сразу понимаю я.

— Точно убила? Может можно его еще как-то спасти? — сразу спрашиваю о главном.

Артефакты для лечения у нее самой есть,