Долгая интересная прогулка - Владимир Валериевич Стрельников

Мама запретила девчонкам её провожать, я оставил демонов, чтобы они их охраняли, и повез маму в аэропорт.

- Знаешь, мне гадалка одна нагадала, что со стороны сына у меня будут шестеро внуков. Учти, мои слова о паре детишек от одной женщины правда, а значит, что? – ма хитро прищурилась.

- Значит, что вы, женщины, обожаете двойные стандарты. Папа то с тобой одной живет. – буркнул я, выруливая на проспект, ведущий к аэропорту.

- Я выносила и родила ему вас прекрасных троих. Мы прожили вместе прекрасную, хоть порой и очень сложную жизнь, и хотим прожить еще. Да, детей у нас больше не будет – там мы обожаем внуков. Изо всех только ты покамест тормозишь, но тут что поделать, человеческим девчонкам пока от тебя беременеть не стоит. Хотя, временные рамки гадания не ограничены, вполне сможешь настругать их со своей княжной. – Мама засмеялась, глядя на меня хмурого. Любит она вот так, в угол загонять. Надо же, шестеро. Гадалка у мамы, которую она всерьез поминает, одна. Пифия, Мария Алексеева, мамина школьная подруга. Действительная пифия, сейчас в Дельфах, в храме Аполлона, служит. Ну, приму вводные к сведению, всегда важно владеть дополнительной информацией. А там видно будет, ни один план боя не держался дольше первого выстрела. Ха, первым я уже отстрелялся, Анита беременна. Но это тоже сторона жизни, и для мужиков она важна не меньше, чем для женщин, просто по-другому. Все эти страдания и переживания, которые так важны для женщин, для нас скорей сопутствующий ущерб и урон.

Поставил машину на стоянку, оплатил паркову, и вытащил мамин чемодан из багажника. Проводил до регистрации, запаковал и оплатил багаж.

- Ладно, сына. Не нарушай более законодательства по пустякам, и много народу не убивай. Старайся вообще без драк обходиться, хорошо? Не рискуй, не надо. – Мама меня обняла-поцеловала, и вот она исчезла за поворотом.

Интерлюдия пятая.

Интерлюдия пятая.

- Ну, и что будем делать? – Карлыгаш уселась на шезлонг, и недовольно поглядела на Амайю. Фигурка у той ничуть не хуже, такая же стремительно-спортивная. И округлости все на месте, ничего не уступает. Открытый купальник тут все показывает, достоинства и недостатки. Да и лицо, у Карлыгаш оно красивое, бесспорно, но более восточное. А Амайя – не зря говорят индоевропейцы. Классическое европейское лицо. Синющие глаза, почти фиолетовые. Прямой нос, брови вразлет, пухлые губы, аккуратный подбородок. Хотя, губы и подбородок у самой Карлыгаш вполне себе. Да и глаза тоже очень красивые, огромные, чуть раскосые, темно-карие, скорее даже, тёмно-шоколадные, с блёсками. Да и волосы, волосы просто роскошные. «Сильная магичка не может не быть красавицей!»- слова мамы, она с детства их повторяет. Потому и следит за собой.

Амайя, кстати, тоже магичка, но не самая сильная. Хотя, с малифисентой связываться себе дороже, пример Карины тому уроком. Да уж, устроила она тогда феерическую глупость, конечно. Но снесло крышку с котелка, что поделать. Ладно хоть Акиму понравилось, принял это как некую девичью блажь, а то ведь мужики, они разные бывают. Проехали, и слава богам.

- Это у тебя есть выбор. У меня его нет, потому просто живу, служу, стараюсь полюбить. – Амайя потянулась, и тоже поудобнее улеглась на шезлонг. – Скажи, а Аким всегда так убивает? Раз, и полсотни трупов?

- При мне он убивал только подготовленных боевиков и магов. Там разом отделаться не вышло, там раз-два-три было. Правда, там архимаг был. Среди врагов. – Карлыгаш поежилась, вспоминая драку на крыше долгостроя.

- А, это еще страшнее, наверное. У отца в поместье он просто так, раз – и шестьдесят два трупа. И здесь – раз, и пять тысяч зомби в прах. Правда, сама видела, это легко ему не далось. Блин, как страшно было, особенно просто ждать. И когда Акима привезли без сознания. Я тогда чуть не опписалась, правда, Шерхан его сразу в военный госпиталь отвёз, а я звонила его матери по телефону. Да и наставник Акима, этот квадратный шаман, появился буквально через пять минут. – Амайя тоже поёжилась.

Девушки поглядели друг на друга и хихикнули.

- Что-то нам обеим очень понравился жутко-страшный мужчина. – Карлыгаш растянулась под солнышком, потихоньку млея. Прекрасное место, даже в плане энергетики. Ой, если у них все сложится, то мама здесь точно на выходные пропишется. Лахор, рынки, солнце. И не вытащишь, мама всегда любила Индию и Пакистан. А ведь этот дом в плюс за Акима сыграет несомненно.

- Скорее, жутко очаровательный мужчина. Блин, а знаешь, что мы в горах чуть не пропали? Попали под магический шторм, так Аким Призыв совершил, богиню песни петь позвал? Бизни, красивая такая, как богиня. Ой. – Амайя прижала пальцы к губам. – Он сказал никому об этом не говорить.

- Ну, я не никто. – Кайка аж привстала. – А какая она, богиня? Никогда не встречала, и ни одной.

- Прекрасная. Поет… - Амайя задумалась. – она поет как богиня, по-другому не скажешь.

- Могу поставить. - Марк в образе рыжего кота нарисовался внезапно и бесшумно. – У Акима в пути всегда камеры включены на глайдере, точнее, сейчас на глайдерах. Вот я и скачал себе. Изенька, солнышко, принеси мой планшет, пожалуйста. Госпожа Бинзи, мы восхищаемся вашим пением, и просим разрешения его прослушать еще раз. – И демон коротко, с достоинством поклонился четырежды, каждой из сторон света.

Богини, они обидчивы и самолюбивы. Но в то же время, они богини, и любят, когда им поклоняются. Не кланяются, а поклоняются. И пение данной конкретно богини точно заслуживает поклонения.

Глава 37

Глава тридцать седьмая.

Я остановился неподалеку от торгующего всякой бижутерией и недорогой ювелиркой старика. Моё внимание привлекли несколько браслетов, которые висели на обычной тоненькой стальной арматурине. Пяток таких самодельных вешалок густо увешан браслетиками, цепочками, и прочими сережками.

Кстати, как минимум серебро, пусть старое. Но эти браслетики… тоненькие, чуть позванивают, под порывами довольно сильного ветра. И нифига это не серебро, а платина. Восемь штук, видно что два комплекта. Но не новоделы, старые. Минимум лет сто, а то и больше. В те времена платина не самая распространенная штука была.

- Как много денег просите за