Чёрный ратник 3 - Макс Гато

— Этого просто не может быть.

Глава 21

— Может, — совершенно серьёзно произнёс я, а затем бросился вперёд.

Вслед за мной побежал и остальной отряд. Хотя бегом это назвать язык не поворачивался, мы скорее двинулись так быстро, как могли. Громов едва мог бежать, ему как будто навесили лишний груз на ноги. Так что я слегка замедлился, так, чтобы мой темп мог выдержать каждый соратник.

Двор сменился проходом между двумя гарнизонными зданиями, затем улицей, а вскоре мы двинулись параллельно восточной стене. И я увидел брешь. Она оказалась проломом в ровной линии стены, секция, где камень обрушился и разлетелся на куски.

Чем ближе мы приближались, тем лучше я видел, что происходило. Гарнизонные инженеры под прикрытием небольших отрядов ополченцев перемещали брусья и камень ближе к бреши, они подбирались так близко, насколько позволяло кипящее там сражение. Им нужно было время.

Секция стены, где совсем недавно отбивали первый штурм, просто-напросто исчезла. Проход обрушился, брешь стояла открытой, и мятежники работали с той стороны, чтобы расширить её, в то время как защитники старались отбросить их назад. Я узнал флаги, с нашей стороны здесь бились не просто ратники и имперцы, а личная гвардия цесаревича.

— Олаф? — задыхаясь, спросил Громов, но он ошибся.

Я тоже первым делом заметил стальную ауру. Холодную, почти серебряную, но сильно отличающуюся от серой, которой владел Олаф.

— Цесаревич, — объяснил я, стараясь не сбить дыхание.

Я видел его даже сквозь фигуры своих и чужих бойцов, он словно светился изнутри в доспехе под цвет своей ауры. Вольные ратники рвались вперёд сквозь пролом, стараясь забраться на камни. Сразу несколько аур засветились, ярче всех были красные. Залп лучников остановил часть врагов, но вольные ускорились, в последний момент использовав техники.

Вот только на камни они взобраться так и не смогли. Стальная аура как будто заставила воздух вокруг затвердеть, и два десятка лезвий, скрещённых в настоящую острую сеть, просто раскрошили вольных ратников, проходя сквозь ауры, щиты и доспехи.

Георгий вскинул меч в небо, и вокруг раздались бодрые боевые крики.

— За мной! — скомандовал я всем, кто ещё бежал со мной, и рванул к левому флангу.

Брешь была большой, и камни снаружи давали мятежникам небольшой подъём, который они использовали, чтобы забраться наверх, прежде чем защитники успевали их сбрасывать. Гарнизонные солдаты, державшие фланги, явно устали. Они были на этой стене с тех пор, как началась наша операция в туннеле. Они держались против огня требушетов, пробных атак, и брешь обрушилась на них без какого-либо перерыва.

Поэтому я врезался в южный фланг бреши, проскакивая мимо имперцев.

Первый же мятежник, которого я настиг, стоял ко мне боком, он сосредоточился на двух ополченцах с копьями. Они кое-как отбивались, но вяло. Я использовал Тёмный шаг и ускорился. Кинжал вошёл между доспехом и шлемом, прямо в шею. Набранная скорость помогла мне, я сбил мятежника с ног. Выдёргивать кинжал не стал, вместо этого забрал саблю поверженного врага.

Иван, несмотря на ранение, ничуть от меня не отстал, он влетел в трёх солдат противника с кувалдой наперевес. Он гнул доспехи и ломал кости под ними так, что другим бойцам оставалось только добить врагов. Подкрепление из уставших Воронов тоже подоспело и было очень кстати.

Мы усилили гарнизонных солдат и ополченцев, пока Георгий разбирался с главной проблемой в самом центре бреши.

На той стороне небо засветилось багряным, и в нашу сторону прилетел целый веер из огненных шаров. В воздухе стало жарко, но прямо перед нами возникло сразу три щита: два полупрозрачных магических, явно от мага-воздушника, и один зелёный. Это уже Громов.

Огненные шары искрами разбились о защиту.

Громов был позади меня, и этот щит истратил его последнюю ауру, я просто чувствовал её отсутствие. Но он был на ногах и двигался, а шахтёрская кирка в его руках не требовала усилий, чтобы стать смертоносным оружием. Он метнул её с размаху, сбив с ног мятежника, показавшегося из-за камней. Даже с такой дистанции я услышал, как трещит доспех. Ну или кости. Матвей тут же подхватил копьё и продолжил бой, он дрался на силе воли и физической подготовке.

Но было тяжело. Мятежники медленно давили на фланге, даже несмотря на подкрепление. Не знаю, успел ли кто-то подоспеть с севера или цесаревичу пришлось растягивать личную стражу.

На земле копились трупы не только мятежников, но и ополченцев и имперцев, кое-где лежали бойцы в чёрных доспехах.

Мы отбивались как могли, но маги продолжали запускать заклинания. В нас прилетели молнии, одна из них попала в меня, но чёрная аура сожрала заклинание, и я почувствовал короткий прилив силы.

У остальных такого варианта не было.

— Держать строй! — прокричал я, и бойцы немного приободрились, но надолго этого не хватит.

Я рубанул саблей мятежника, и когда его тело рухнуло на землю, почувствовал ещё один прилив сил.

«Откуда?» — пронеслась мысль в голове, а затем я увидел едва заметную простому взгляду позолоту, разливающуюся по полю боя. Если не знать, что искать, то можно было и не заметить её.

По моему телу прокатилась волна тепла, откатывающая напряжение прошедших и новых битв. Чёрная аура, работавшая на резервах, моргнула, а затем начала медленно восполняться. Я не стал останавливаться и запустил сразу три аурных клинка в мятежников. Источник усиления я и так знал.

— За императора! — раздались крики вокруг.

Мятежники, наступавшие с той стороны, просто не позволяли останавливаться, но я чувствовал, как золото распространяется и не только на меня.

Иван задвигался активнее, Громов начал выставлять зелёные щиты, прикрывая бойцов от продолжавших лететь заклинаний. Даже не-ратники вокруг задвигались быстрее и активнее, как будто второе дыхание пришло ко всем разом. Движения стали резче, и мятежники почувствовали это на собственной шкуре.

Вот только с той стороны вольных ратников прибывало. Георгий схлестнулся один на один с командиром ранга Медведь, не меньше, притом в пике. Они обменивались ударами, при этом не забывая убивать и простых бойцов, хотя те старались держать дистанцию, но куда уж там.

Я вдруг понял, почему мы могли отражать атаки магии ранга Волхвов или слабых Мудрецов. Потому что они в основном сфокусировались на командире вольных и Георгии. Я видел, как нити маны тянутся к командиру вольных ратников, ускоряют его, усиливают.

А вот Георгий сражался только своей силой.

Я увернулся от стрелы и ткнул саблей в лицо одному из врагов.

В это время Георгий отбивался от аурных атак. Вольный ратник чувствовал силу, он был