Трон Войны - Guiltythree

Она посмотрела на Лунную Вуаль и ровным тоном сказала:

«Твоя сила нейтрализует Аспекты других людей».

Принцесса Сонг лишь молча улыбнулась.

«Какая мощная Способность…»

Нефис напряглась, пытаясь преодолеть неощутимый барьер, мешавший ей вызвать пламя, но всё было напрасно. Аспекта как будто не существовало вовсе… или, скорее, он был подавлен. Она ощущала сопротивление, но сила подавления была слишком велика, чтобы её преодолеть.

Даже её Воспоминания казались ослабленными. Возможно, именно поэтому стрела лунного света так легко пробила доспехи Святого Саграмора.

Возможно, если бы Лунная Вуаль была одна, Нефис смогла бы прорваться — ведь её Аспект имел Божественный Ранг, а сама она принадлежала к божественной родословной. Её душа была душой Титана. Но сила двух Отражений, казалось, была добавлена к этому проклятью, сделав его почти неразрушимым.

Сила Истребительницы Света напрямую противостояла силе Повелителя Теней. Святой Скорби мог помешать Сэру Джесту играть с разумами дочерей Ки Сонг.

А самой Нефис противостояла Лунная Вуаль — вернее, Лунная Вуаль была естественным противодействием любому Пробуждённому. Эта хрупкая женщина со стройным телосложением и мягкими чертами лица…

Была, пожалуй, самым страшным врагом, с которым мог столкнуться любой Пробуждённый.

Конечно, её сила должна была иметь какие-то ограничения. Иначе она не перенесла бы Нефис так далеко от остальных Святых — она просто свела бы на нет все их силы, сделав их беззащитными.

Нефис снова посмотрела на свои измазанные кровью пальцы.

«Стрела».

Она заметила, что её Аспект был запечатан, только после того, как стрела из лунного света порезала ей щёку, и часть её сияния, казалось, осталась в порезе.

Нефис на мгновение замерла, а затем снова обратила свой взгляд на Лунную Вуаль.

«Ты сказала, что тебе больше подходит имя Чёрная Луна».

Принцесса Сонг мягко улыбнулась:

«Действительно».

Нефис глубоко вздохнула и выпустила свою эссенцию.

Её Аспект был запечатан, но эссенция — нет.

Поэтому ситуация не была слишком уж плачевной.

Её ещё можно было спасти.

Ведь она заметила, что Лунная Вуаль… Чёрная Луна… тоже не использовала ни одну из своих Аспектных Способностей. Значит, подавление чужих Способностей, должно быть, происходило ценой подавления её собственных.

А это означало, что Нефис всё ещё была Трансцендентным Титаном, противостоящим трём Трансцендентным Зверям. Хотя её тело всё ещё было человеческим, она была сильнее и быстрее большинства других Святых. Она никому не уступит в честном противостоянии физической силы и мастерства.

Нет…

Эти Отражения могли имитировать Трансцендентное существо, но она чувствовала, что они намного сильнее, чем сама Лунная Вуаль. Значит, Верховные Звери.

Победа была вполне достижима.

И даже если бы это было невозможно…

Она всё равно бы победила, потому что поражение было недопустимо.

«Спасибо, что рассказала мне, Чёрная Луна».

Сказав это, Нефис, не теряя больше ни единого вздоха, бросилась к дочери Ки Сонг.

Сжигая свою эссенцию, она произнесла Имена, превратив их в грубую Фразу.

В этой Фразе имя Чёрной Луны сплелось с именем разрушения.

Глава 1892

Чистота стали

Лунная Вуаль была вооружена саблей. Когда Нефис атаковала, её собственный меч — Убийца Родичей — обрушился на неё, словно серебряная молния. Она активировала одно из его зачарований, наделив мрачный клинок элементальным уроном, и одновременно вызвала Безымянное Солнце и Завет Злобы.

Первое даровало зеркальному мечу способность наносить урон души, а второе наделило его остриё разъедающим свойством — не слишком сильным, но накопительным.

Нефис активировала и зачарования своих доспехов — в основном оборонительные по своей природе, чтобы защитить тело во время выпада.

Чем больше зачарований она использовала, тем больше эссенции из неё высасывалось. Но без затратных способностей Божественного Аспекта эссенция была последним, о чём должна была беспокоиться Нефис, и не было смысла пытаться её экономить.

Все её Воспоминания были усилены Короной Рассвета, которую она носила со времён Забытого Берега. И всё же…

Подавляющая сила Лунной Вуали и её Отражений была настолько мощной, что Воспоминания всё равно казались слабыми и бессильными. Словно её доспехи были сделаны из бумаги, а меч — из ржавой стали.

Убийца Родичей всё ещё держался, но Нефис чувствовала, что после окончания битвы ей придётся просить у чародеев Клана Валор новый доспех.

К сожалению, они не могли изготовить для неё новое тело.

Несмотря на мягкую внешность Лунной Вуали, она была искусным бойцом — Нефис не ожидала меньшего от Принцессы Сонг. Кроме того, её хрупкое тело, казалось, обладало свирепой, звериной силой. Она легко отразила удар Убийцы Родичей, сместив вес и поставив саблю под таким углом, чтобы направить и рассеять силу удара.

Выражение лица Лунной Вуали было спокойным.

Однако оно изменилось, как только два клинка встретились.

Нефис едва успела составить Фразу, как та уже начала Формировать мир. Лезвие сабли получило глубокую трещину и едва не разлетелось на куски, а кости Лунной Вуали едва не затрещали. Дочь Королевы отшатнулась назад с приглушённым вскриком и ошеломлённо посмотрела на свою противницу.

У Нефис не было времени насладиться её потрясением.

Два Отражения уже настигали её.

Вокруг её руки взвился рой искр — Воспоминанию, которое она пыталась вызвать, требовалось всего несколько коротких секунд, чтобы проявиться. Однако в такой битве, как эта, несколько секунд были вечностью.

Мир взорвался вихрем насилия.

Нефис была сильна и быстра, но сражаться с тремя врагами было заведомо проигрышной затеей. Ни Лунная Вуаль, ни Отражения не были слабыми, и у них было бесценное преимущество — они могли атаковать её одновременно со всех сторон, чтобы совместными усилиями искалечить её тело и оборвать её жизнь.

Всё, что оставалось Нефис, — это её владение мечом… но это было то, что она знала лучше всего.

Казалось, всё растворилось в мелодичной песне стали. Её разум очистился от всех ненужных мыслей, войдя в состояние абсолютной, запредельной концентрации.

В её мыслях одновременно проносились миллионы наблюдений, выводов и расчётов.

Нефис знала каждый свой мускул, каждое сухожилие, каждую косточку, каждый нерв. Её эссенция текла и бушевала, усиливая её тело в нужное время и в нужном количестве.

Длина её меча, острота его серебристого лезвия. Множество факторов, влияющих на результат каждого удара. Движения врагов и её собственные — всё это было похоже на сложный танец, подчиняющийся прекрасной логике, и тот, кто понимал эту логику, мог задавать темп и ритм танца.

Над всем этим был ещё один, гораздо более запутанный уровень. Уровень мастерства и намерений. Нефис тоже хорошо разбиралась в них — конечно, её проницательность уступала тому, на что была способна Кэсси, и