Пустой II. Книга 3 - Артемий Скабер

дитя дружины и понимал, что он боится. Вон как плечи мелко подрагивают, и это совсем не от азарта. Но он всё равно атаковал и делал это правильно. Использовал Рваный Шаг, наконец-то кто-то это вспомнил. Пытался поймать противника на захват из Айдо.

Вейд перестал улыбаться и перестроился. Он принялся работать только по правой руке Тавра. Короткий удар в кисть. Ложный захват. Удар по локтю. Ещё захват, но уже настоящий, Тавр вывернулся, но потерял полшага.

Он вынужден был защищать эту руку. Прикрывал её, уводил, разворачивался под неё и открыл бок. За это получил удар под рёбра. Потом в живот и в лицо.

Тавр остался стоять.

Вейд отступил, качнувшись, будто потерял равновесие и дитя дружины купился. Корень вспыхнул на подъёме, чтобы выплеснуть в Тяжёлую Черту всё накопленное за неделю — каждую обиду от тренировок, где на нём отрабатывали удары. Вейд удар не принял. Он ушёл внутрь, скользнул вдоль вытянутой руки и вынырнул у Тавра под плечом. Пока тот стоял приколоченный собственным Корнем.

Сын дружины понял, что ошибся. Я видел, как у него дёрнулось лицо и он рванулся оборвать опору, и опоздал на одну пульсацию. Вейд перехватил запястье, развернул локоть вверх и упёрся плечом.

— Нет! — вырвалось у Тавра.

Хруст. Та же рука. Тавр заорал так, что во дворе шарахнулись даже серые. Моё тело рвануло вперёд.

— Назад, Рейланд! — крикнул Карн и я остановился.

Тавр упал на колено, прижал руку к животу, качаясь.

Вейд наклонился к нему.

— Снова, — хмыкнул он. — Ты так забавно кричишь…

Тавр поднялся и попытался ударить левой, но Вейд ушёл и вложил Тяжёлую Черту и разбил ему нос. Тавр упал, поднялся на локте, и противник ударил его в челюсть.

Сын дружины обмяк. Упал он рядом с кровью Сарна, если точнее, то прямо головой в неё. Бой остановили, старшие ученики унесли Тавра.

Пока наблюдал за поединком чуть себе щёку не откусил. Вейд подошё к старшей своего класса и поклонился.

— Всё такой же голосистый, — рассмеялась Синара. — Ты даже ему руку сломал правильно. Молодец.

— Убью… — прошептал одними губами. — Ты не человек и даже не зверь, а… тварь.

В голове шумело так, что я не слышал своих мыслей. Всё, что сейчас было перед глазами: как я разделаюсь с Вельт и со всеми остальными.

— Почему вы это не останавливаете? — спросил я.

Карн повернул ко мне голову.

— Зачем?

— Их калечат.

— Нет. Вам показывают, что будет на экзамене.

— Они уже проиграли, — я услышал свой голос со стороны и не узнал его. — Всё было ясно, когда они не смогли встать.

— Проигрыш не останавливает зверя, — пожал плечами Карн. — Как и не останавливает убийцу или испытание. Ты думаешь, что зверь бросит тебя жрать, когда ты честно признал, что слабее?

Бранн подошёл ближе и стукнул палкой по ладони.

— Убивать запрещено. Ломать нет. Сдаться можно было в любую пульсацию. Каждый из них мог это сделать, но отказался.

— Они не сдадутся… — выдохнул я.

— Тогда узнают цену.

Ответить было нечего, и он это видел. Как бы я не хотел, но он прав. Никто не будет ждать, жалеть и помогать. Хочешь выжить… борись или умри. Вот только почему-то мне не было легче оттого, что я и так знал.

— Бой между классом, — добавил Карн, — не самая сложная часть экзамена. После неё не многие смогут продолжить. То что вас ждёт дальше… там вы свою жизнь на кон поставите. Нас рядом не будет, как и лечебной комнаты.

Посмотрел ему в глаза и кивнул. Синара прошла мимо меня к кругу и остановилась на полшага:

— Ты же хочешь отомстить или уже испугался?

Она видела всё. Кровь у меня на ладонях. Дыхание. Челюсть, которую я держал так, что ломило виски. Она видела человека, который хочет убивать, и её это радовало.

Одр вышел в круг сам, не дожидаясь когда его вызовут. Потёр плечо, будто ему было скучно. Оглядел двор так, словно искал, куда бы сесть.

— Говорили, что ты разговорчивый, — хмыкнула Синара.

— С дурами не общаюсь.

Стебли тут же затихли.

— Что ты сказал?.. — запыхтела Вельт.

Но Одр, будто решил подтвердить свои слова и ничего не ответил. Лишь улыбнулся.

— Начали.

Сначала она держалась на школьных техниках. Корень. Покров. Короткая черта и Тяжёлая. Вспышек почти не было. Мера уходила короткая, ровно та, что нужна, и гасла раньше, чем свет успевал проступить сквозь ткань. Одна техника перетекала в другую почти без стыка. Между опорой и ударом почти не было паузы.

Глифы я ловить не успевал, зачал только остаточный след. Морщился и злился на себя. Вот что значит не неделя практики, а несколько месяцев. Нужно больше тренироваться. Больше…

Одр ломал ей ритм, как всегда, используя Рваный Шаг. Замирал посреди или падал ниже её удара. Атаковал после лишней паузы, не реагировал на ложные вспышки вовсе. Один раз он коснулся плеча Синары и толкнул её. Во второй раз тренировочный клинок распорол край её серой накидки. Вельт начала отступать, а ухмылка с её… рожи наконец-то слетела. Во дворе тут же сделалось тихо.

И тут вспыхнуло что-то незнакомое, глиф я не разглядел. Он у неё где-то под ключицей был, полыхнул размытым куском, и почти сразу погас. Две линии и что-то между ними. Сила не потекла к кисти, а двинулась к плечу и боку.

Одр ударил, но тело противницы будто скользнуло вдоль его удара. Он попал, я видел, что он попал, а сила ушла мимо.

— Она приме… — начал я громко и тут же замолчал.

Это не школьная техника, она её применила, но как я скажу об этом? Мне придётся признаться, что я вижу глифы. Посмотрел на Карна и Бранна, а они словно не заметили вовсе.

Синара вынырнула у Одра сбоку и вбила ему в рёбра. Он принял атаку Покровом, и его всё равно снесло. Когда Одр поднялся, то переменил ритм ещё сильнее.

Его движения напомнили мне что-то. Не Рваный шаг, не Харекайдо, что-то другое, и это узнавание кольнуло меня в затылок и ушло, потому что глядеть было некогда.

Одр пропустил её мимо себя, поймал за запястье, провёл бросок и почти положил. Синара пустила Корень в последний миг и удержалась. Одр ударил её второй рукой в