Красная угроза: Командир ONLINE! Том III - Greever

Девушка другой рукой погладила бледнеющего отца по голове, и у того тоже проступили слёзы на глаза.

— … Лишь воодушевив сердца своего народа, ты узнаешь, что такое «истинная победа»… Знай это… Мои секунды сочтены… Ты… теперь… Сёгун… — Отец отпустил руку подростка, и его взгляд, наполненный мудростью и знанием, потускнел навсегда.

Очнувшись на борту корабля, Аманэ судорожно хватала воздух. Повернув голову направо, она увидела перед собой испуганное лицо девушки-медика, которая тут же протянула той медицинскую маску, сделав вдох из которой даймё мгновенно провалилась в сон без сновидений.

* * *

В это время на западной оконечности континента несметный флот Тацу приближался к берегам Биджары. Тысячи дронов-пчёл, отправленных вперед, зачистили полностью город от зомби, и люди, ютившиеся в древней крепости на вершине скалы, встречали флот своих спасителей, разворачивая плакаты и готовя свои самые лучшие наряды для встречи гостей.

Убивая всех встреченных на пути монстров, зомби и других существ, названия которых дроны даже не представляли, они расчистили территорию всего портового города Милауса, до апокалипсиса насчитывающего два миллиона человек населения. Теперь же, зажатые в крепости на берегу моря и питающиеся только рыбой, водорослями и тем, что сумели вырастить внутри крепости люди, едва насчитывали десять тысяч человек.

Волны накатывали на песчаный берег, разбиваясь о стены бетонного пирса, где готовилась процессия жителей. Катер на антигравитационной подушке, несущий на своём борту сына наместника бога на земле, рассекал вершины волн, устремляясь к суше. Как только судно оказалось над поверхностью земли, оно остановилось и, открыв единственный люк позади, оказалось перед скопищем жителей, собравшихся на пирсе, чтобы встретить своего спасителя.

— Добро пожаловать, о великий господин! Мы, жители города Милауса, рады встретить вас! — Проговорил бородатый седовласый мужчина в видавшем виды пиджаке, чьи заплатки на ткани и не выводимые пятна сильно оттенялись лучами заходящего солнца на западе. Едва он только закончил свою фразу, как тут же вся толпа взорвалась возгласами ликования и приветствия.

Дети, обрадованные тем, что смогут начать учиться в школах, посещать другие города и вообще получат шанс на нормальную жизнь, о которой им рассказывали старшие, радовались больше всех.

Ступая тяжелыми шагами по стальному трапу катера, Тацу, освещаемый лучами солнца с противоположной стороны от людей, что придавало ему свечение по контурам силуэта, но зловещий вид при обращении к встречающей толпе. В окружении ещё пятерых бойцов он оглядывался по сторонам, всматриваясь в лица встречающих его людей.

Смотря на мир через шлем своего парадного доспеха, являющегося улучшенной версией гвардейского До-мару, он мог видеть все лица людей на экране, и система сразу отмечала для него всех ёкаев, которых сумела распознать.

Остановившись перед людьми, затаившими дыхание, Тацу встал, широко расставив ноги, и специально провёл головой из стороны в сторону, оглядывая всех собравшихся, красноватое свечение окуляров его шлема придавало ему скорее зловещий вид, но люди были рады видеть своего спасителя, несмотря на пугающую внешность.

Поднеся руки к шлему, он надавил на крепления, и тот, отсоединившись с характерным звуком выходящего воздуха, снялся, оставшись в руках будущего императора.

Протянув шлем одному из своих воинов, что сопровождали его, облачённые в точно такие же доспехи, он взял у другого протянутый микрофон и поднёс его ко рту.

— На колени! — Первые слова, прозвучавшие из динамиков катера, которые услышали обрадованные своим спасением жители города, оказались угрожающими.

— Мил человек, мы не против и на колени спасителям упасть. И в ноги кланяться, токма ты скажи: чьих будете? Да кто предо мной тут стоит? — С напускным спокойствием обратился глава поселения к воинам перед ним.

— Я наследный принц Тацу Тэнжо, сын Юя Тэнжо, сёгуна Империи Красного Солнца и вашего нового бога! А теперь на колени! — На последних словах Тацу повысил голос, испустив волну звука, выбившую окна в прилегающих к пирсу строениях порта и оглушивших жителей, оказавшихся слишком близко к нему. Гвардейцы, стоящие за его спиной, вскинули свои паразумарайфуру, угрожая применить их против собравшейся толпы.

Люди, понявшие, что с этими людьми лучше не шутить, рухнули на колени, а некоторые даже приникли лбом к земле, так сильно они испугались.

— Сколько среди вас ёкаев, старик? — Всё тем же громогласным голосом через микрофон обратился Тацу к толпе.

— Я не знаю кто такие «ёкаи», ваше величество. — Дрожащим голосом ответил стоящему перед ним гиганту в непонятной броне бородатый мужчина, рухнувший на колени одним из первых.

— Те, кто использует странные навыки, магию, способности. Их называют ёкаи. — Пояснил им терминологию принц. — Сколько их среди вас?

— А, эволюционеры! Их немного, да, всего штук пятьдесят наберётся. — Сдал всех с потрохами перепуганный мужчина.

— Ёкаев взять и привести на корабли. Всех сопротивляющихся женщин, детей и стариков пустить в расход, мужчин заковать и отправить на поля. Всех лояльных новой власти назначить крестьянами. Теперь этот город принадлежит Империи Красного Солнца, как и все его жители. Это моё слово. — Тацу передал обратно микрофон солдату, у которого его взял, и направился обратно на катер, выхватив свой шлем у соседнего воина.

— Это ваше слово! — Прозвучал громогласный ответ со всех сторон от толпы, которую бесшумно окружили войска Тацу, направившие сопла своих винтовок в сторону стоящих на коленях людей, вмиг ставших рабами.

Кружащие над головой тысячи стрекоз лишь дополнили образ безысходности, крепко поселившийся в головах биджарцев в тот день.

Так началось покорение континента Империей Красного Солнца и то, что впоследствии в этом мире назовут «геноцид» и «военные преступления», но это уже совсем другая история.

Глава 131

На золотистом поле, где из-за долгой засухи трава потеряла свой зелёный блеск, и только высушенные стебли устало колыхались на ветру, стояло семейство сурикатов. Их выводок давно облюбовало эту непримечательную равнину, где последние несколько лет нельзя было встретить хищников, а люди, ставшие в один миг безмозглыми и разрушающиеся с течением времени, праздно слонялись по её кромке. Они больше не представляли угрозы для грызунов, оставив тех размножаться так, как позволяли обильные запасы пшеницы, брошенной людьми на самовоспроизведение. Перерождаясь каждый год, сельскохозяйственные посевы редели и вырождались, но это нисколечко не смущало новых хозяев полей, прорывших в них многочисленные туннели и норы.

Выбежав из норы, молодой сурикат прищурил свои маленькие глазки от лучей солнца, бивших ему прямо в глаза. Оказавшись на залитом утренним солнцем участке пшеничного поля, сурикат сразу же побежал к