"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

белоснежные плиты лиссейского мрамора, декоративная отделка из зеленого и синего пестрого камня, привозимого из одного-единственного уголка Веррии, и позолоченные магические светильники, заполняющие прозекторскую ровным неярким светом. Столы пустовали, лишь на одном были разложены зловещего вида щипцы, ножницы, скальпели и даже небольшая пила.

– Том, у нас гости! – громко позвала Белла.

Открылась неприметная на белом фоне дверь в стене, сразу за столом с мрачными инструментами. Из-за двери вышел здоровенный бородатый детина, больше похожий на мясника или разбойника, чем на работника заведения для престарелых волшебников.

Здоровяк уставился на гостей, и Скаю стало жутковато.

Ничего, способного подкрепить дядюшкины подозрения, Том не сообщил. При ближайшем рассмотрении оказалось, что он вовсе не так страшен, как выглядит. Более того, Том ужасно переживал, поскольку до недавнего времени не видел покойников, умерших не своей смертью. Привыкший иметь дело с упокоившимися от старости благообразными волшебниками, парень с нескрываемым ужасом живописал, как жутко выглядел разбившийся господин Хенн.

Тело, хранившееся в ледяном коробе, однако, выглядело удивительно чинно. Том объяснил, что господина Хенна, конечно же, привели в надлежащий вид, и теперь дядюшкин учитель, облаченный в парадные одеяния, смотрелся страшноватой куклой в человеческий рост.

– Могу я остаться наедине с… учителем? – тихо сказал господин Арли.

– Конечно-конечно, – кивнула Белла. – Мы подождем снаружи. Том, пойдем.

Когда сотрудники Приюта вышли, Скай спросил:

– Нам тоже подождать в коридоре?

Дядюшка молчал целых три глубоких вдоха. Потом отозвался:

– Нет. Нам надо осмотреть тело. – Легкая заминка перед последним словом была почти незаметна. – Пит, поможешь?

– Конечно.

Пит подошел к коробу.

– Ник, пригляди за дверями, чтобы никто не вошел не вовремя, – распорядился господин Арли тихим решительным голосом. – Скай, если хочешь, можешь посмотреть.

Пит уже расстегнул нарядный камзол и быстро расшнуровывал шелковую рубаху покойного. Дядюшка растирал ладони, готовя чары Особого взгляда. Скай последовал его примеру, однако не заметил ничего подозрительного.

– Как по мне, маловато ушибов для того, кто упал со скалы на камни, – негромко заметил Пит. – Понятно, что часть ран замазали, но все же видел я тех, кто убился похожим способом, – другая картина вырисовывается. Сплющивает их, прошу прощения, куда сильнее. Разве что в том месте, куда свалился господин Хенн, песок, да и то – сомнительно, что вышло бы.

– А если перед падением учитель успел выставить Защиту? – спросил господин Арли, глядя на тело почти спокойным взглядом. – Наверное, камней было слишком много, и в конце концов Защита не выдержала… Видишь, вот тут, над ухом, трещина, а ниже явно была глубокая рана: видимо, учитель сильно ударился головой. Если бы упал иначе, мог бы выжить…

– Возможно, – кивнул кучер. – Или по голове его ударили перед падением. Тогда он не смог толком сосредоточиться…

Скай не очень-то представлял себе, как должен выглядеть человек, упавший с большой высоты, но, кажется, Пит прав: лежащее перед ними тело выглядело слишком хорошо. С другой стороны, поговаривали, что ритуальных дел мастера без всякого волшебства были способны превратить жуткий труп во вполне приличный.

Питу наверняка виднее.

Падение с высоты… Скаю невольно вспомнились зимние горы в окрестностях Ларежа, и Крей, рванувшийся за записями смотрителя Ганна. Тело Крея, наверное, пострадало не так сильно, как тело господина Хенна, ведь он упал в снег. И навсегда упокоился в ледяном безмолвии.

Погрузившись в воспоминания, Скай не слушал, о чем спорили дядя и Пит, и пришел в себя, только когда господин Арли тронул его за плечо и сказал, что они закончили.

Пит, завершив осмотр, приводил в порядок одежду господина Хенна. Вся процедура заняла не больше четверти свечки. Вышколенные работники Приюта смирно стояли за дверью до тех пор, пока господин главный библиотекарь, сопровождаемый своими спутниками, не вышел в коридор.

– Благодарю за любезность, – проговорил он. – Теперь, если можно, проводите нас к целителю господина Хенна.

Из окна кабинета целителя Эриса открывался вид на море: голубые волны сливались с такого же цвета небом, создавая бесконечный и одновременно ограниченный горизонтом простор. Пронзительные крики белых морских чаек доносились и сюда сквозь шорох перебираемой ветром листвы.

– Господин Эрис, – с улыбкой сказала Белла, – у нас гости. С вами хотят побеседовать господин Арли и его племянник господин Скай. Я пока проверю, как освоилась на месте Дейра. Вернусь через четверть свечки.

– Через половиночку, дорогая моя, – внес предложение Эрис, моложавый мужчина с курчавой шевелюрой и умными серыми глазами, и довольно потер руки. – Так, мои хорошие, давайте-ка рассаживаться. Дядюшка вот в это синенькое креслице, племянничек, дорогой мой, вон в то, зелененькое.

Скай еле сдержался, чтоб не поморщиться: вот что называется «приторно-сладкий»! Только от этой сладости сводит зубы и к горлу поднимается противная тошнота. То ли дело медовый взвар или малиновая пастила – хорошие сладости, приятные.

Пока волшебники рассаживались, Белла удалилась, оставив их наедине с приторным целителем.

– Итак, мои хорошие, что вас беспокоит?

– Не то чтобы беспокоит, – пожал плечами дядюшка: его-то, кажется, целительская манера общения совершенно не волновала. – Просто хотелось бы узнать, как чувствовал себя учитель Хенн в его последние дни.

Эрис закивал:

– Да-да-да, вы же у нас ученик! Любименький ученик нашего дорогого Хенна.

«Хорошо хоть не Хеннчика!» – мысленно порадовался Скай.

– Так-так, вот наша карточка, – продолжал целитель. – Ну, в целом для наших преклонных годочков со здоровьицем все было в порядке. С сосудиками, с давленьицем все хорошо. Кишочки работают молодым на зависть. Вот косточки уже не такие крепенькие, конечно. Но зубки отличные, покушать мы любим… любили. Кхм… вот так вот.

– Скажите, а какие у вас были отношения с учителем Хенном? – поинтересовался дядюшка.

Эрис рассмеялся.

– Хотите знать, не злила ли его моя манера общения? В восторге он, конечно, не был, но что делать – всем не угодишь! Наши старички и старушечки – народ с характером, сложненький контингентик. К каждому свой подходик еще поди найди. Но это к нашим девочкам-сиделочкам, а у целителя другая задача.

– Вы уверены, что учитель Хенн покончил с собой?

– Уверенным быть можно только в самом себе, да и то не всегда, – пожал плечами Эрис. – Так что нет, я не уверен. На мой взгляд, это скорее прискорбненький инцидентик. Весьма прискорбненький.

– То есть вам не показалось, что учитель Хенн был чрезмерно подавлен? – не отставал от целителя господин Арли.

– Ну, дорогой мой, любезненький, как же можно вот так ставить вопросик? – приподнял брови Эрис. – Что у нас может стать мерильцем подавленности? Почему мы должны принимать во вниманьице мои впечатления? Если оставаться профессиональненьким, то я могу рассказать только о здоровьице Хенна. Если интересно, то вот его температурочка, давленьице, результатики анализов. Зачитываю…

На «профессиональненьким» Скай не выдержал