Вторая жизнь. Том 2 - Ксения Чудаева

на коже. Но сейчас это было неважно. У меня были руки! Чуть покачнувшись назад, я смогла сесть на собственную бесхвостую пятую точку и убедиться в том, что еще у меня есть колени. Оказалось, до этого я стояла на четвереньках. В чем мать родила, если не считать ожерелья из алларийского серебра, и вся залитая темной кровью, так что плащ Хэлмираша пришелся как нельзя кстати. Непослушными пальцами я кое-как стянула его на груди, подняла голову и уперлась в сверлящий меня взгляд Рейна. У него за спиной неподвижно лежал Хакет, а маг смотрел на меня, и в его широко открытых глазах плескался настоящий ужас. Мое отупевшее сознание не могло понять, что же со мной не так и что его так пугает. Руки и ноги на месте, хвоста не ощущала. Глаз будто бы двое. Я мельком заметила собственную тень, отметила наличие одной головы, вроде как человеческой формы… и только со второго раза заметила на тени две широкие линии, идущие от макушки. Рога. Красные рисунки не только на запястьях и ладонях, но и на предплечьях и плечах. На коленях, тоже, кажется, что-то видела. Я ошалело таращилась на свою тень, пытаясь собрать воедино все, что вижу. Я синего цвета, значит, из демонической расы. Но у меня рога и татуировки, что у этого народа — удел сильного пола. Так я что… мужик, тьфу, демон что ли⁈ Разжала пальцы на плаще, оглядывая себя: нет, вторичные женские признаки тут же намекнули, что, как максимум, гермафродит.

Тут же чьи-то руки подняли соскользнувший с плеч плащ и закутали меня в нем. Я дернулась, еще толком не умея управлять новым телом, обернулась: на меня смотрели спокойные темные глаза на раскрашенном красными татуировками лице.

— Аар, — только и смогла невыразительно подать голос. Говорить нормально не выходило.

— Тише, — Даарен попытался поставить меня на ноги, но мои нижние конечности не слушались, я тут же оказалась бы на полу, если бы демон не подхватил. — Все хорошо.

— Тира, это же ты? — Триг появился в моем как будто суженом поле зрения.

Я беспомощно кивнула и обессилено уронила голову на плечо Даарена, поднявшего меня на руки. Все мои силы забрала борьба и боль, сейчас даже на малейшие движения не хватало. Да и в принципе в голове не укладывалось все произошедшее, мозг отказывался соображать.

— Пламя Хараша! — только и смог сказать длинноволосый демон.

— Иг… хо я, — промямлила кое-как. Челюсти и язык совершенно не слушались.

Но тысячник как-то умудрился меня понять.

— Судя по тем символам, что я вижу на твоей коже, ты — брат-близнец Даара, — этот гад позволил себе хохотнуть. — Но если смотреть на то, что скрыто под плащом, — демон бесцеремонно раскрыл мою единственную одежду, мельком осмотрел меня. — То ты все-таки сестра. Так ты женщиной или мужчиной была? — понизив голос, спросил Триг, склоняя ко мне рогатую голову.

— Енина — только и смогла выдавить я.

— Значит, сестра, — подвел итог Даарен, покрепче перехватывая меня на руках. — Ничего не бойся. И лучше поспи, пока мы тут со всем этим разберемся. Тебе не нужно видеть то, что здесь сейчас будет.

С этими словами он поднес к моему носу какую-то склянку. Никакого запаха я не учуяла, но много ли моему измученному телу надо? Веки мгновенно потяжелели и опустились сами собой, обессилившие руки свесились. Сознание спокойно, без капли страха, как и сказал Даарен, погасло в спасительной темноте.

Глава 22

После того, как ты пробудешь несколько месяцев созданием на четырех лапах, и вдруг в последнем воспоминании становишься вроде как гуманоидом, просыпаешься ты в некоторой панике: а вдруг все это не по-настоящему? Вдруг приснилось? Я вздрогнула всем телом и аж подскочила на кровати, резко садясь, хаотично обшаривая себя. Нет, мое гуманоидное тело было на месте, хвост не отрос. На груди обнаружила цепочку, тот самый подарок Даарена. И как она вообще меня тогда не задушила? Ошейник-то растянулся и спал, как только я расти начала. Видимо, так и болталась на шейных позвонках, когда ткани начали рваться.

Облегчение, которое испытала, осознав, что у меня все еще то самое преобразованное тело, сложно объяснить словами. В голове сразу образовалась сумбурная каша из мыслей: от житейских — мне же теперь одежда нужна, до почти философских — как отнесется мир к демонессе с рогами? Собакой быть, конечно, не так уж и плохо, но гуманоидом как-то привычнее.

— Что потеряла? — неожиданно раздался голос откуда-то сзади.

Резко обернулась, прищурилась: цвета и оттенки воспринимались как слишком яркие, свет из окна бил по глазам, но я все-таки смогла рассмотреть сидящего на противоположной кровати Хэлмираша. Я молча вглядывалась в стража, как будто в первый раз, видеть его не снизу, а напротив, было непривычно. Попыталась незаметно провести рукой под одеялом и да, на мне все еще был его плащ. А страж смотрел на меня с каким-то странным прищуром и молчал. Я тоже, но не потому, что не хотела говорить, просто не знала, как ему объяснить, насколько многого искала в момент пробуждения. Чувствовала себя оглохшей, звуки воспринимались, как через толстую вату. О нюхе я вообще молчу, его, считай, не было. Эдакие минусы потери животного облика.

Вдруг дверь резко открылась, заставив меня повторно вздрогнуть, и в палату вошла целая делегация.

— Да хоть сейчас ее забирайте, но, если у пациентки будет обморок от любого взгляда на первую же отражающую поверхность, то сюда не приносите! И учтите, ей спать сейчас надо как можно больше! — услышала я недовольный голос из-за двери. Причем знакомый, кажется, это был Лимрад.

А вошли и разместились по палате кто где Хакет, Даарен, Триг и Рейн, который вошел последним. И смотрел на меня, как побитая собака, почему-то. Я же, поглубже закопавшись в плащ и откинув одеяло, развернулась и с любопытством разглядывала каждого. Все-таки собачье зрение несколько иное, как оказалось, оно плохо воспринимало цвета. К примеру, татуировки демонов были гораздо насыщеннее, чем мне помнилось.

— Как ты тут? — первым подал голос Хакет, присаживаясь рядом с Хэлмирашем.

Прокашлялась, облизнула губы и попыталась говорить:

— Ном… ально, — с какой-то дикой артикуляцией произнесла я.

— Да, над речью придется работать, — покачал головой Хакет. Однако маг улыбался и вообще выглядел бодрым. — Но, я думаю, это меньшее из зол.

— Я могу попробовать помочь, — подал наконец голос Рейн. Он вышел из угла, в который зажался, и подошел ко мне, присел на кровать рядом. — Позволишь.

Я кивнула, стараясь заглянуть магу в