Студент по обмену, или Принцесса с сюрпризом [СИ] - Наталья Овчар

— Это и есть шискарти? — спросил, усаживаясь в мягкое и удобное кресло — одно из шести пассажирских.

— Да. Я смотрю, мара, что вас не удивило это средство передвижения, в отличие от ваших сестёр, — обернулся ко мне Русколь и пристально поглядел в глаза.

— Меня вообще очень сложно чем-либо удивить, — усмехнулся и, заметив ремни безопасности, пристегнул сначала девушек, а затем и себя. — Мы готовы к взлёту.

— Разве мы полетим по воздуху?

Голос Нироны задрожал от страха.

— Не бойся. Я же с тобой, — шепнул успокаивающе и взял девушку за руку.

Нира с благодарностью посмотрела на меня и руку не отняла, заставив мою мужскую сущность возликовать, а сердце — ускорить свой ритм. Всё же, несмотря на все усилия со своей стороны, я влюбился в эту девушку, хотя и пытался перебарывать зарождавшееся чувство. С этим надо что-то делать.

Русколь задвигал рычагами, и аппарат плавно начал подниматься вверх, а затем, набрав высоту, так же плавно ушёл влево. Я выглянул в окно. Город и его окрестности лежали передо мной как на ладони. С высоты он напоминал каплю, стекающую с гор. Её широкая часть находилась в долине, а затем город, сверкая в лучах светила многочисленными драгоценными камнями на башнях, сужал границы, карабкаясь вверх, и заканчивался там, на высоте, прекрасным замком.

— Смотрите, под вами — Каваи́ла Ли́сдас, что означает Хрустальная Долина. И город — Со́гра, — не поворачиваясь к нам, произнёс Русколь.

— Очень красиво, — не покривив душой, сказал я, а девушки лишь вздохнули, с опаской поглядывая в окно и стараясь сдержать себя от желания закричать, когда шискарти делал очередной крен при повороте.

Наш курс лежал именно к замку, окружённому высокой стеной. Внутри зеленел парк с удобной площадкой для посадки летательных аппаратов. Туда-то и опустился шискарти через несколько минут.

Глава 22. Послы доброй воли

Секрет успеха — в искренности.

Если вы можете её изобразить, считайте, что дело в шляпе.

«Формула успеха Глайма»

Кифрас встретил нас в саду. Он прогуливался в компании уже знакомых нам белобрысых братьев Декоданэ, одетых на этот раз не в кожу, а в шёлковые туники, по виду похожие на пиджаки-френчи, но длиною до колен, с воротниками стойкой и разрезами по бокам, богато украшенные вышивкой. У Дризиса основной фон был красный с бежевым узором, а у его брата наоборот — золотистый и вишнёвый растительный орнамент на бежевом. Расцветка штанов повторяла цвет орнамента, а туфли с загнутыми носами — цвет фона туник. Сам же правитель походил на какого-нибудь турецкого султана в своих лилово-сиренево-синих одеяниях и в белоснежной «чалме», украшенной брошью с синим камнем. Русколь по случаю визита облачился в простую по крою чёрную куртку типа колета, не сильно отличавшуюся от его прошлого кожаного одеяния, такого же цвета штаны и высокие сапоги, выглядя на фоне остальных скромным Золушко́м до своей эпохальной встречи с феем перед балом.

— Бийе́р Декоданэ, разреши представить тебе наших гостий — бийе́ри Вирону ри-Силь, а также зи́сси Радону Гас и зисси Нирону Гас, — представил нас Русколь с лёгким наклоном головы.

Так-так. Новые слова, явно означавшие общепринятые обращения к женщинам, но почему тогда я — бийери, а девушки — какие-то зисси? В чём разница между этими терминами? Надо при случае спросить у Русколя. И, кажется, уже пора записывать эту кучу накопившихся «почему».

Пока подобные мысли проносились в голове, мы поприветствовали кифраса поклонами с поправкой на одежду. Я «книксен» изображать не стал, так как был в штанах, а не в платье.

Губернатор этой местности тоже почтительно наклонил голову и потянулся своей рукой к моей с намерением запечатлеть поцелуй. Блондины же, не отставая от старшего, склонились перед моими сестричками.

— Очень приятно познакомиться, бийери, зисси. Моё имя Ири́ст Декоданэ — кифрас като́на Виржильмала́н. Приветствую вас, прекрасные гостьи, на землях народа а́сков — в благословенной богами Ласко́нии.

Так. Систематизируем информацию: аски — вот, оказывается, какое самоназвание подземников. А Ласкония — это их государство. Катон, видимо, что-то вроде области с названием Виржильмалан. Язык вывихнешь вместе с мозгом! А кифрас этот родственником блондинов оказался! Непростые ребятки патрулировали границы. Кто же тогда Русколь и его рыжий напарник? Слишком поклон местного губернатора в его сторону оказался почтительным, да и братья ещё в начале нашего знакомства явно признавали главенство брюнета, беспрекословно выполняя его указания. Вопросов всё больше, но мы ещё получим на них ответы.

— И мне приятно, бийер Декоданэ, познакомиться с вами и вашим городом. Я просто в восторге от его красоты! — мило улыбаясь, похлопал ресницами, излучая в пространство мир и добро.

— Прошу вас, девы, моя супруга с нетерпением ждёт встречи с вами.

Хозяин дома сделал приглашающий жест, и мы направились по дорожке, выложенной красными и белыми плитами, в сторону, указанную старшим Декоданэ.

До замка мы так и не дошли, остановившись возле резной беседки, увитой ползучими лианами с необычной формы листами и мелкими сиреневыми цветами. Внутри, за уставленным всевозможными яствами столом сидела женщина, которая величественно поднялась с места при нашем появлении.

Она казалась более изящной копией братьев: платиновые локоны, с одной стороны заколотые, а с другой каскадом спускавшиеся к высокой груди, целомудренно скрытой драпировкой белоснежного, с серебряной отделкой, одеяния, похожего на древнегреческое или древнеримское. В ушах — удлинённые серьги с фиолетовыми камнями разных оттенков, а на указательном пальце правой руки сиял крупный радужный крац в оправе из белого металла. На левой руке браслет. Спокойный взгляд лавандовых очей из-под накрашенных ресниц по очереди задержался на каждой из нас, а на губах появилась вежливая улыбка.

Римская матрона. Именно это словосочетание всплыло в памяти из прошлой моей жизни. Величественная и спокойная.

— Дорогая, разреши тебе представить наших гостий.

И снова названы наши имена, снова пришлось улыбаться и кланяться. Что ж, надо понравиться и наладить дружеские отношения, но бдительности не терять. Мало ли, какие у них тут законы — вляпаешься и глазом не успеешь моргнуть. Супруга кифраса имела звучное имя Ки́льфия. Она представила нам свою компаньонку — юную брюнетку Ла́сию Лавиньруэ́ль. Хрупкую фигурку Ласии скрывало платье с драпировкой, почти повторяющее фасон одеяния хозяйки дома, но только мягкого песочного оттенка и с золотистой отделкой по краю ткани. Весьма миловидная девушка с кроткими глазами лани насыщенного фиолетового цвета и чувственными губами, но скромняжка — видно даже невооружённым глазом.

У