2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков

Несуществующая сущность прописалась в базе за доли секунды. Сисоп назначил фейку фиктивный адрес из тестовой зоны. С этого момента КиберДемон служил единственной цели — отправке социальной торпеды.

Алексей вывел на экран форму прямого сообщения. В строку получателя аккуратно лег невозможный, аномальный адрес их цели.

— Диктуй.

— Пишем сухо. Без эмоций, — Денис скрестил руки на груди, глядя на мигающий курсор. — «Внимание. В преддверии офлайн-встречи узла требуется подтвердить статус локального резидента. Ответьте на контрольные вопросы». А теперь сама суть. Бьем по уличным реалиям, которые не пишут в справочниках и которых нет в базах данных.

Клавиатура сухо защелкала.

— Пиши: «Укажите текущую розничную стоимость батончика Сникерс в типичном коммерческом киоске», — Денис обнажил зубы в хищной усмешке. — И добивочка. «Укажите среднюю рыночную стоимость пиратского картриджа для игровой приставки Dendy».

Алексей пробежался глазами по тексту. Идеальный капкан. В условиях петербургской инфляции девяносто шестого года цены менялись каждую неделю. Ни один бот, ни один иностранец, ни один запертый в бункере академик не владел сводкой уличных ценников. Если клиент начнет юлить, рыться в старых прайсах или ответит невпопад — они получат четкий психологический профиль неадеквата.

Тяжелый удар по клавише Enter отправил письмо в спулер. Пакет сжался в архив и упал в исходящую директорию. Прямого номера дозвона у цели не существовало — оставалось ждать, пока чужой узел сам инициирует сеанс связи.

— Если он засыплется на Сникерсе, — Денис удовлетворенно откинулся на спинку табурета, — мы поймем, что искать нужно городского сумасшедшего. Или чужака, который будет озираться на каждый ларек. Расставим людей по периметру, Санек возьмет «Зенит» с хорошей оптикой. Мы срисуем его до того, как он успеет подойти к Ольге.

Алексей достал из мятой пачки новую сигарету и чиркнул спичкой. Запах серы смешался с ароматом предвкушения. Подготовка к перехвату перешла в активную фазу.

В Высоком мире не существовало понятия удушливого вечера. Здесь царил вечный, кристально чистый полумрак, наполненный свежестью ледников и тонким ароматом цветущего луноцвета. В просторных каменных покоях стояла величественная тишина, которую нарушало лишь легкое потрескивание магических искр, осыпающихся с боковых панелей Бежевого Ящика.

Иллиэль восседал в своем резном кресле, облаченный в тяжелый синий бархат. Золотые нити на его рукавах тускло мерцали в свете причудливого монитора. В боковой панели артефакта дрожал треснувший янтарный проводник: он больше не сиял ровно, а вспыхивал короткими болезненными багровыми точками.

Магический интерфейс развернул перед взором эльфа мерцающий свиток нового входящего письма.

Принц чуть подался вперед. Отправитель не был похож на Ольгу. Имя «Petr Testov» звучало сухо и казенно. Иллиэль отдал мысленный приказ артефакту, и текст развернулся на фосфорном экране.

Взгляд Иллиэля скользнул по рубленым строчкам земного языка. Чем дальше он читал, тем глубже становилась складка между его бровями. «Шоколадный батончик Сникерс». «Коммерческий киоск». «Пиратский картридж». «Приставка Dendy».

Эти комбинации символов не имели для него абсолютно никакого смысла. Судя по требовательному тону вопрошающего — речь шла о проверке перед грядущим переходом. Своеобразная застава, таможенный контроль перед встречей. Но что такое «Сникерс»? Вероятно, ценный ресурс, редкий алхимический ингредиент, хранящийся в особых уличных святилищах, именуемых «киосками». А «Dendy»? Титул могущественного лорда-пирата? Название запретной гильдии?

Принц ощутил неприятный укол собственной некомпетентности. Написать Ольге и спросить значения этих терминов он не мог. Задать подобный вопрос перед личной встречей означало публично расписаться в абсолютном невежестве, потерять лицо правителя перед обитателями чужого мира. Гордость наследника не позволяла.

— Арантир! — голос Иллиэля, негромкий, но обладающий проникающей силой, эхом отразился от высоких каменных сводов.

Тяжелая дубовая дверь бесшумно отворилась. В покои вплыл придворный маг. Его длинная мантия хранила следы недавних алхимических опытов. Арантир выглядел уставшим, опираясь на узловатый посох из черного дерева.

— Вы звали меня, мой принц? — старик покорно склонил голову.

— Подойди, советник. Мне нужна твоя мудрость, — Иллиэль величественным жестом указал на светящийся экран. — Стражи Земли задают мне вопросы о ценности их артефактов перед моим визитом. Мне необходимо понять, сколько земной звонкой меры просят за предметы, именуемые «Сникерс» и «картриджи для Dendy». Загляни в их экономический эфир. Немедленно.

Арантир тяжело вздохнул, его седая борода печально дрогнула. Спорить с прямым приказом было бессмысленно. Маг запустил руку в бездонные складки своей измазанной мантии и с легким кряхтением извлек на свет древний вычислительный артефакт — массивные деревянные счеты. Рамка их была выточена из окаменевшего корня Древа Жизни, а вместо обычных костяшек на туго натянутых жилах мантикоры пощелкивали отполированные до желтоватого блеска зубы молодого пещерного дракона.

Старик закрыл глаза, прошептал длинную, гортанную формулу настройки на меридиан и положил узловатые пальцы на гладкие клыки.

— Я открываю канал к их торговому шуму, мой принц, — глухо произнес Арантир. Его веки начали мелко дрожать.

Маг попытался нащупать эквивалент эльфийской золотой монеты, сопоставляя вес драгоценного металла с земными мерами. И в этот момент его древнее сознание на полной скорости врезалось в ревущий, бьющийся в конвульсиях денежный базар постсоветского Петербурга.

Цифры в голове Арантира взбесились. Эфир кричал тысячами голосов. Люди на Земле обменивали клочки бумаги с надписью «пятьдесят тысяч» на куски замороженного мяса. Ценники переписывались прямо в процессе заклинания, обрастая пугающим количеством нулей. Никакого золота. Никакого серебра. Только призрачные акции, долговые расписки, миллионы, теряющие вес к вечеру, и яростный бартер.

Пальцы мага заметались по струнам. Костяшки из драконьих зубов защелкали с пулеметной скоростью, высекая снопы зеленых и фиолетовых искр. От деревянной рамки счетов пошел едкий сизый дымок. Жилы мантикоры натянулись до предела, издавая тонкий, скулящий звук.

— О, Владыка Света… — простонал Арантир, стремительно бледнея. — Их мир абсолютно безумен! Их золото не имеет веса, их цифры рождаются из пустоты и в пустоту уходят! Миллионы… сотни тысяч… деноминация… пирамиды…

Маг резко отдернул руки от дымящейся рамки. Он тяжело дышал, пытаясь стряхнуть с себя липкое ощущение соприкосновения с финансовым хаосом 1996 года.

— Каков итог? — нетерпеливо поторопил его Иллиэль, занося изящные руки над клавиатурой.

— Мой принц… — Арантир запнулся, отчаянно пытаясь облечь увиденный кошмар в понятные для эльфа благородные категории. — Эти «картриджи»… Судя по тому, сколько нервной энергии их молодые особи тратят на обладание ими, это предметы великой страсти. Смею предположить, усредняя их бумажные миллионы по нашей мере истинных ценностей… за три таких артефакта на честном торгу отдали бы одного хорошего, породистого скакуна.

— Разумно, — кивнул Иллиэль. Пальцы с видимым