Брак через "Нихачу" для мисс попаданки - Марина Сергеевна Орлова

– Тогда почему вышло, что вы поженились с матушкой? – заинтересовался Феликс, который никогда не слышал эту историю. Ему было известно только то, что их брак тоже был по расчету и лишь со временем они полюбили друг друга. После недавнего разговора с матерью он знал чуть больше, но никогда подобных подробностей.

– Я влюбился, – сухо ответил Хантер с таким видом, что было просто невозможно представить, что подобный человек, который всегда был скуп на эмоции, действительно способен на спонтанную влюбленность. Да и Сара утверждала, что любовь к ним пришла только в браке.

Видя недоверчивый взгляд сына, отец не рассердился.

– Понимаю. Я и сам до последнего не хотел верить и признавать это чувство. Потому и матери твоей никогда не рассказывал.

– Почему?

– Какая разница? Итог меня более чем устраивает, – безразлично пожал мужчина плечом. Это было так типично, что Феликс нисколько не удивился этому ответу. Однако вопросы оставались:

– Ты говоришь, что дед настаивал на браке с дочерью министра, но ты не послушался? – переспросил Феликс с удивлением. Его отец всегда казался ему не только стоическим и лишенным желаний, но и очень почтенным к своим родителям. За долгие годы жизни деда, Феликс не помнил ни одного раза, чтобы Хантер не подчинялся ему, помня, что все в их семье воспитывались со строгостью и военной дисциплине.

– Так и было? – подтвердил Хантер. – Это был первый и последний раз когда я пошел против желаний отца, семьи и долга ради своих эгоистичных желаний. К счастью, твои дедушка и бабушка согласились.

– Но как это произошло? Матушка искренне уверена, что вы вступили в брак исключительно по расчету, и никаких чувств между вами не было в самом начале.

– Я не очень хорош в понимании и выражении своих эмоций. Думаю, ты можешь это понять, сынок, – просто ответил Хантер и посмотрел на сына с некоторой ноткой солидарности и сочувствия во взгляде. Было очевидно, что Хантер винил себя в некоторых особенностях сына и его эмоциональной инвалидности.

– Как ты понял, что любишь маму? – помолчав, спросил Феликс с большим интересом. Хоть он и был несколько отчужден, как он не мог понять смысла этого разговора, который завел его отец?

– На самом деле твоя мать меня откровенно раздражала. Иногда, прямо до дожи, – пожаловался Хантер, однако, вопреки словам и тону, на его лице отразился легкий намек на нежность и веселье при упоминании жены. – Я искренне считал, что меня мало, что может вывести из себя, но когда я встретил Сару, она убедила меня в обратном. В тот год она приехала к нам в поместье погостить на время учебы. Наши семьи дружили, потому в этом не было ничего странного, и мне было откровенно все равно на еще одну женщину в поместье. Так я думал. Однако, при каждой встрече, казалось, она намеренно делала все, чтобы спровоцировать конфликт. Не было случая, когда мне не хотелось ее придушить. Я даже ловил себя на совершенно нелепой мысли, что планирую план мести перед сном и прокручиваю наши диалоги в мыслях, чтобы в следующий раз быть более подготовленным к ее атакам. Так я и сам не заметил, как все мои мысли были заняты только ею одной. Даже когда встречался с номинальной невестой, я все равно думал о Саре, пусть тогда и в негативном ключе. А сама невеста не вызывала у меня вообще никаких эмоций. Она казалась мне… скучной, пресной и посредственной. Но даже так она была воспитанной, милой и доброй. Как ни посмотри – та девушка была идеальным вариантом для брачного союза. Тем более, что в то время мне казалось, что чувства не играют никакой роли в браке.

– И?

– Однако, в день, когда мой отец собирался обсудить условия помолвки я, сам не понимая причины, сказал, что не хочу жениться на той девушке.

– Почему?

– Потому что она не была Сарой, – пожал Хантер плечами. – Я просто поймал себя на мысли, что меня раздражает сама идея женитьбы на ком-либо. Твоя мать тогда тоже сильно раздражала и я даже осознавал, что если вступить с ней в брак, то моя жизнь определенно не будет спокойной. Но это пугало меня куда меньше, чем брак с кем-то другим. Я понял, что хочу, чтобы она каждый день была рядом: так же дразнила, выводила из себя, иронизировала, смеялась и прочее, лишь бы рядом. Еще мне очень хотелось увидеть, как она искренне смеется и светится от счастья. Но ни с кем-то другим, я рядом со мной. Вот и все, – закончил свою мысль маркиз, посмотрев на задумчивого сына. – Я настоял на том, чтобы мои родители договорились о браке с семьей твой матери, несмотря на выгоду и долг. С тех пор за столько лет я ни разу не пожалел о своем выборе.

Феликс молчал в нерешительности.

– Я просто хочу сказать, что иногда стоит рискнуть. Не стоит жертвовать своей жизнью и личным счастьем так легкомысленно, особенно, если кто-то есть в твоем сердце.

– Она меня не любит.

– Твоя мать тоже не любила меня. Она даже дорогой чайный сервиз разбила от злости в день нашей помолвки, – фыркнув, заметил Хантер. Услышав это, Феликс начал понимать, почему его отец помалкивал о своей влюбленности все эти годы.

– Я не хочу ее принуждать. Она из другого мира, – напомнил Феликс.

– Я не призываю жениться на ней прямо сейчас. Но и отступаться не стоит. Я тогда торопился, ибо узнал, что родители Сары уже обсуждают ее брак с другой семьей. Однако, в итоге все вышло неплохо, – справедливо заметил маркиз. – Главное относится к жене с вниманием и искренностью, и она это непременно оценит.

Эти слова, казалось, внушили мужчине некоторой уверенностью. Однако, в следующую секунду он поник и с горькой усмешкой произнес:

– Сейчас это не имеет значения. Не в моем случае, – вздохнул Феликс. – Этот брак необходим не просто семье, а целому королевству. Я просто не могу поступить эгоистично и отказаться от него. Но и заставить Марго занять место принцессы и жениться на ней насильно тоже не хочу…

–