Брак через "Нихачу" для мисс попаданки - Марина Сергеевна Орлова

– Стой! – донеслось мне в спину.

– В твоих мечтах, изврат! – рявкнула я, а после сосредоточилась на дороге под ногами, с некоторой паникой понимая, что мужчина уже оправился и даже пустился за мной в погоню.

Теперь меня спасет только чудо, как в фильмах. Надеюсь, на книжные миры это правило также распространяется. Сейчас было бы очень кстати!

***

Несмотря на весь энтузиазм и мотивацию, силы мои не могли сравниться с хорошо тренированным мужчиной. Потому расстояние между нами стало критично сокращаться, что вселило в меня нотку паники. Резким выпадом Альберт уже намеревался схватить меня за шкирку, отчего я резко пригнулась, нырнув ему под руку, и побежала прочь в другом направлении.

Быть может, то было лишь плодом моего воображения, навеянным отчаянием, но мне почудились чужие голоса голоса вдалеке. Понимая, что хуже точно не будет, я заорала изо всех сил. Вопль получился мощным, что неудивительно, учитывая что в нем выражались все отчаяние, негодование, досада и разочарование, скопившееся во мне за долгие годы у потомственного пролетариата, который еще и пожить толком не успел, а уже задолбался. Со стороны, наверное, это был не крик, а обиженный вой. Может, вой и не благородного волка, но очень больно ужаленной петухом Моськи.

Прооравшись, я почти почувствовала облегчение...

Почти, если не учитывать, что за мной гнался одержимый мужик с лицом моего неприятного бывшего. Этот факт особенно вызывал негодование. Всякое может быть: и маньяк гнаться, и бывший. Но чтобы все вместе, это, простите, перебор! Мне кажется, даже самые пугающие скримеры на фоне Альберта немного блекли.

Виляя зигзагами и каким-то неведомым образом уворачиваясь от нападок преследователя, я начала понимать, что не зря на физ-ре меня предупреждали правильно дышать во время бега и ни в коем случае не разговаривать.

Тот крик, может, и облегчил моральную нагрузку, выражая всю скопившуюся тоску и обиду, но вот в физическом плане стал для меня началом конца, ибо я сорвала дыхание и вскоре начала задыхаться. Сил не то, чтобы бежать, даже вскрикнуть не было!

Именно в тот момент, когда полагала, что на этот мой импровизированный побег можно считать завершенным, впереди неожиданно расступились деревья и кустарники и я оказалась на открытом пространстве.

Но радовалась рано, ибо место было не просто открытым, а пугающе высоким и отрывистым, откуда открывался вид на всю долину и подножье горы.

Тут я осознала, что попала в ловушку, в панике затормозила, едва не соскользнув вниз с отвесной скалы, и вцепилась в кустарник в самый последний момент на самом краю.

– Набегалась? – с подленькой с неприятно знакомой насмешкой поинтересовались у меня, демонстративно медленно и небрежно выходя из кустов. Помнится, бывший всегда с той же мерзкой интонацией комментировал все мои неудачи. – Я обучен в суровых походных условиях с самого детства. Неужели ты думаешь, что на этой местности у тебя будет преимущество передо мной? – поинтересовался мужчина с нескрываемым и унизительным интересом.

– Короче, жил, как бомж. Нашел чем хвалиться, – просипела я негромко, все еще пытаясь отдышаться.

Тот с пренебрежительным умилением хохотнул, а после расслабленно приблизился, протягивая ко мне руку. Видя, что я попыталась отшатнуться от него, он только сильнее посмеялся:

– И что же ты хочешь сделать? Если не пойдешь со мной, прыгнешь вниз? Иной дороги нет, – развел он руками.

– По законам жанра сейчас должен появиться спаситель. Просто погоди, пока тебе наваляют, – отказалась я сдаваться так просто. По итогу просто оттягивала время, надеясь на чудо.

– Жанра? Ты что любовных романов перечитала? – хмыкнул он.

– Я, вообще-то, еще дорамы смотрела! – возмутилась я хмуро, но с помрачневшим лицом понимала, что выхода, похоже, действительно нет. Я балансировала на края благодаря одному лишь кусту, в который вцепилась мертвой хваткой связанных рук. Шаг влево, шаг вправо – и я неминуемо сорвусь вниз. А смотреть вниз было категорически страшно.

По закону подлости, только я подумала об этом, как камень под моей ногой отделился, отчего я пошатнулась и стала пытаться поймать равновесие, глянув вниз.

Первое, что я отметила – головокружительная высота. Хотя, таковой она мне показалась лишь из-за темноты и страха в первое мгновение. На самом деле, высота, хоть и была опасной для жизни, все же не настолько экстремальная, насколько чудилась. Метров пятнадцать-двадцать. Внизу даже можно было различить кустарники и... Пещеру? Скорее маленькую дыру в породе, прямо под тем местом, где я стояла.

Пещеру? Что-то промелькнуло в сознании, но реальность заставила сосредоточиться на ней, и я вновь посмотрела на Альберта, который потянулся вперед, чтобы схватить меня.

– Не подходи! – инстинктивно заорала я, когда поймала равновесие без чужой помощи.

Слушайте, какой редактор? Мне эквилибристкой в цирки идти! Прямо чувствую, что это мое призвание. Опыт падения с высоты тоже есть, значит, в обучении дальше будет легче!

– Спокойно! – нетерпеливо и с раздражением вздохнул мужчина, а его взгляд потемнел. Было очевидно, что он сдерживается из последних сил. – Не горячись. Давай, подойди, и мы все обсудим.

– Ты все еще хочешь заменить свою принцессу мной?

– Нет, что ты! Я уже так не думаю, – даже не пытаясь казаться искренним, заявил он пренебрежительно и даже снисходительно, точно объяснял ребенку, что тетя в родительской спальне – это не соседка, а Снегурочка. Ну и что, что без Деда Мороза да еще и в юине? Она просто опрос проводила, чтобы статистику для деда предоставить. А голая, потому, что девочка к лету не привыкшая, и ей жарко, а купальника под рукой не оказалось!

Он меня совсем за дуру принимает?

– П***ра ответ, – передразнила я, тоже перестав изображать вежливость. – Думаешь, я тебе поверю?

– Но я говорю правду,– нахмурился он, раздосадованный тем, что развод не прокатил. Вначале я думала, что с характером Маргариты, это она была той, кто воспользовался наивными и искренними чувствами своего рыцаря, но видя эту нахальную морду, понимаю, что важен не мир, а личность. Так вот, что в том, что в этом, манипуляторы везде одинаковы!

– Если это так, немедленно развернись и сделай двадцать шагов назад. Можешь еще закрыть глаза и попрыгать на месте, – скомандовала я, елейно улыбнувшись. Мы оба понимали, что эти двадцать