Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Вот и сейчас, стоило Марисе уйти, как все — кроме Дамиана и Стефа — поднялись из-за стола. Нам пожелали приятного аппетита и наконец-то оставили в покое. Я тут же накинул на нас заклинание от подслушивания. Парни одновременно присвистнули и стали предельно серьёзными. Последний раз я делал нечто подобное, когда речь шла о Колючке, именно поэтому друзья так напряглись. А я нахмурился и начал рассказывать о произошедшем.

Катрин Хазард

Пока магистр Атирон выдавал адептам очередные «очень нужные и важные знания», я не могла сосредоточиться на лекции. В моей голове прокручивались варианты, как осуществить свой план. Может попробовать незаметно подлить зелье в столовой? Но там де Шантайс всегда сидит вместе со своими друзьями и вокруг вечно крутится ещё человек десять фанатов.

Я загрустила, очень захотелось стукнуть парня по голове, влить в него зелье и сбежать. От такой безысходности появилось желание завыть в голос. Тут же вспомнились события недельной давности, когда ко мне на перемене подошла Рилана де Пайри. Не знаю, кто удивился этому больше — я или адепты, которые стали свидетелями нашей короткой беседы. Но когда мы с Риланой отошли в сторонку поговорить, в коридоре наступила гробовая тишина. Пришлось даже применить заклинание от подслушивания.

На самом деле, такая реакция однокурсников не была чем-то странным. Ведь между мной и де Пайри с первых дней поступления постоянно происходили стычки. Мы терпеть не могли друг друга и всячески старались не сталкиваться нигде, кроме занятий. Поскольку стоило нам оказаться рядом, как вокруг начинала искриться магия, и мы устраивали настоящие магические бои.

Только в тот день девушка заявила, что знает обо мне всё и немедленно пойдёт к ректору. Признаюсь, тогда мне пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать на лице вежливую улыбку. Очень хотелось уволочь эту аристократишку подальше и превратить её в слизняка. Но законы империи очень строго относились к подобным выходкам.

У нас на островах всё было проще по сравнению с Арилией. Люди жили по законам силы. И если к тебе подходил аристократ — а их на островах тоже хватало, хоть и назывались они иначе — то ты его как минимум уважал. А здесь было ощущение, что все аристократы, это просто избалованные дети. Хотя, не мне судить, ведь я знакома лишь с единицами и те реально только выползли из-под маминых юбок. Хвала Дионае, что в этой академии обучаются все у кого есть очень сильный или необычный дар, независимо от социального статуса.

Так вот на мой спокойный вопрос, чего Рилана от меня хочет, я услышала потрясающий ответ. Девушка сказала, что даст добровольное согласие на стирание памяти, если я подолью зелье Рейноду де Шантайсу. Надо ли говорить, как я удивилась? Впервые меня ставили в такое положение. Я не любила использовать свой дар ради подобной ерунды и считала это чем-то непристойным.

С детства меня учили, что наш дар это большая ответственность и надо трижды подумать, прежде чем применить его к человеку. Ведь заставлять кого-то испытывать несвойственные чувства с эмоциями — очень и очень плохо. Хуже только управлять людьми, принуждать их делать те вещи, от которых они обливаются слезами. Другое дело, когда человек сам желает этих ощущений и приходит к тебе за помощью. Например, жертвы насилия, которые очень хотят избавиться навсегда от страха.

Я лично пару раз внушала девушкам, что они не боятся мужчин. Но при этом, всегда отказывалась от предложения, убедить невесту или жениха в любви друг к другу. Неправильно соединять двух людей, если у них нет настоящих чувств. Более того, подобные чары необходимо обновлять раз в год, поскольку люди сопротивлялись такому вмешательству. Моя наставница всегда говорила, что от судьбы не уйдёшь, и я с ней была согласна — без любви, не помогут никакие чары.

Даром управления, на островах обладали абсолютно все, но людей с сильными способностями было очень мало. Они с детства проживали в храме Дионаи, где их учили ценить жизнь и свободу — не только свои, но и окружающих. Соответственно я была одной из таких счастливчиков и могла внушить кому угодно любую свою мысль. Однако по причине своего воспитания, никогда не позволяла себе воспользоваться этим преимуществом.

К тому же я знала, что это очень опасно. Много столетий назад, всех у кого проявлялся этот дар, убивали. Знания о том, кто стоял за этими смертями, остались где-то в глубоком прошлом. До нашего поколения дошли лишь крупицы информации. Вроде ради сохранения своих детей, островитяне закрылись от всего внешнего мира. А когда вновь столкнулись с людьми, живущими на материке — убедили всех, что такого дара больше не существует.

Конечно, острова так и не открыли для желающих наведаться в гости, иначе мы бы не смогли остановить паломничество. Несмотря на то, что теперь официально для всего мира мы пользуемся любовными чарами и лёгким внушением, остальные маги, как оказалось, этого не умеют. Точнее для применения подобных чар им надо долго учиться и при этом родиться весьма сильным магом. Потому даже такая малость, до сих пор заставляет людей косо смотреть в сторону островитян. Многие люди хотят добиться желаемого с помощью дара, и наша магия пришлась таким «желающим» по душе.

Правда, из-за этого возникла другая проблема. Нас не брали в академии и запрещали обучаться магии управления. Можно подумать, что мы идиоты и сами не справимся с развитием своего дара! Но из-за такого положения дел, многие знания в той же магии, которые не касаются особого дара, прошли мимо островитян стороной.

Насколько я слышала, последние лет двадцать идут переговоры между императором Эринором и нашими жрецами. Все пытаются решить проблему такого неравенства и внести поправки в законы, где нашим магам разрешат обучение в объединённых королевствах. Но как всегда в политике спешка не приветствуется и получается странная система.

Нас не пускают на материк, а мы не позволяем никому переступить границы островов. Более того, детей с сильным даром на островах рождается больше с каждым годом, а нормально обучить магии их никто не может. Именно по этой причине я самым наглым образом сбежала. Недаром же я была лучшей ученицей в храме Дионаи и меня готовили заменить верховную жрицу! Кто, если не я, добудет знания для нашего народа?

Мне удалось незаметно