"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

знакомый мешок. Снова мне ехать в темноте, но я, не пререкаясь, натянула его на голову. Если это поможет вернуться в родной мир, потерплю. В качестве разнообразия побуду послушной девочкой. На них не воздействуют внушением.

    Надолго меня, естественно, не хватило. Примерно через полчаса пути, я резким движением сорвала мешок с головы. Благо внушения на мне не было.

    Именно таким был мой изначальный план. Я должна увидеть то, что леди Малива скрывает! Мешок на голову просто так не надевают. Значит, там есть на что посмотреть.

   Я действовала быстро, леди Малива не успела отреагировать. Оказавшись без мешка, я первым делом выглянула в окно.

  — Ого! — сорвалось с губ.

   Сложно сказать, где именно мы находились. Вряд ли в каком-то из миров есть подобное место. Скорее, мы были между. Никакой четкости, только размытые разноцветные краски, перетекающие одна в другую. Так вот ты какой переход из одного мира в другой… И что здесь мне нельзя видеть?

   Я перевела взгляд на леди Маливу и сразу поняла, зачем был нужен мешок. Она что-то шептала себе под нос и делала пассы руками. Ее пальцы изгибались и скручивались в настолько странные фигуры, что казалось, в них нет костей.

   Она не отчитала меня лишь потому, что была занята. Похоже, именно леди Малива перемещает нас. Вот эти самые движения она скрывала от меня, чтобы я не могла их повторить.

   Зря она переживала. Я бы при всем желании с ходу не запомнила сложные пассы, как бы этого не хотела. Такому надо учиться. Возможно, не один месяц.

  Закончив, леди Малива устало откинулась на спинку сиденья и на удивление спокойно произнесла:

  — Мешок можно выкинуть. Он нам больше не понадобится.

   Я хмыкнула. В этом она права. Разве что причина другая. Я не собираюсь возвращаться в Эйтилию.  

   Вместе с пассами закончился переход, и за окном появился знакомый пейзаж. Высотки, асфальт, выхлопные газы. Карета снова превратилась в дорогой автомобиль, и я погладила кожаное сиденье, наслаждаясь приятными тактильными ощущениями. А после чуть опустила стекло и до рези в легких вдохнула загазованный воздух. Как же я скучала! Может, Эйтилия – мир, где я родилась, но родной для меня тот, где я выросла.

   Автомобиль свернул к ближайшему салону красоты и остановился.

  — Веди себя благоразумно, — предупредила леди Малива и добавила весомо: — Иначе будут последствия.

   Я кивнула, скрестив пальцы за спиной. Обещаю быть паинькой, но недолго. Ведь чтобы были последствия, меня сначала надо найти и поймать. А уж прятаться я умею. Это моя любимая игра. Когда я была маленькой, воспитатели часами меня искали, проклиная на все лады.

5--4

   В салоне леди Малива действовала в своей обычной манере. Не удивлюсь, если она применила внушение. Другого объяснения, почему меня приняли без очереди в дорогом салоне, где все клиенты строго по записи, нет.

   Леди Малива долго втолковывала парикмахеру, что надо сделать. Та хмыкала и удивленно вскидывала брови, а под конец выдала:

   — Не советую делать окраску сразу после осветления. Пусть пройдет хотя бы неделя.  Так можно повредить волосы.

  — Делайте сразу, — с каменным лицом ответила леди Малива.

  — Но…

  — Никаких возражений.

   Пачка денег (где она их только достала?), перекочевавшая от леди Маливы к парикмахеру, быстро решила проблему. А дальше меня взяли в оборот и первым делом нанесли осветлитель на всю длину волос. Выходит, я все-таки блондинка.

  Леди Малива планировала не спускать с меня глаз, но ее попросили подождать в холле. Скандалить она не стала, как и внушать всем подряд не вмешиваться. Создание коридора для перехода из мир в мир ее утомило. Она берегла силы, чтобы воздействовать на меня.

  — Сиди смирно, Марго, — велела леди Малива, прежде чем оставить меня в зале без присмотра.

   Опять проклятое внушение! Как сбежать, если я даже зад от кресла не могу оторвать без разрешения леди Мымры?

   — Теперь надо подождать сорок минут, — сказала парикмахер после нанесения осветлителя. — Дать вам журнал?

  — Спасибо, не надо, — отказалась я.

   Сорок минут – это на десять минут дольше, чем действует внушение леди Маливы. У меня еще есть шанс! Я воодушевилась.

  Не сводя взгляда с часов, ждала, когда наконец внушение начнет отпускать. В нетерпении ерзала на стуле, но встать по-прежнему не могла.

  Осталось десять минут… пять… три… две… Леди Малива вошла в зал и направилась ко мне.

  — Все в порядке? — поинтересовалась она у парикмахера, а сама не сводила с меня глаз.

  — Да, — кивнула та. — Скоро будем смывать осветлитель и наносить краску.

  — Отлично. Сиди смирно, Марго, — повторила леди Малива перед уходом обратно в холл.

  А-а-а, ненавижу! Она обновила внушение. Снова я приклеена к дурацкому стулу. Неужели это все, о побеге придется забыть? От бессилия хотелось топать ногами и орать дурниной.

   — Пора смыть осветлитель, — сообщила парикмахер.

  — Будьте добры, подкатите меня к раковине в кресле, — мрачно попросила. Встать-то я не могу.

   Если парикмахер и удивилась, то ничего не сказала. Привыкла, видимо, к причудам богатых клиентов.

     После смывки осветлителя приступили к мелированию, пряди по всей длине красили в разные цвета – розовый, синий с вкраплениями зеленого и желтого. Креативно! И неожиданно… Вот уж не думала, что леди Малива поклонница современной моды. Не может же мой настоящий цвет волос быть настолько экстравагантным?

   Оставалось только подождать, пока краска возьмется, смыть ее, и леди Мымра увезет меня обратно в Эйтилию. Вот уж дудки! Все во мне восстало против такого исхода. Однажды под внушением я смогла пошевелить мизинцем. Стоит попробовать пойти дальше и полностью снять его.

   Пока парикмахер наносила краску, я сосредоточилась на борьбе с внушением леди Маливы. Пришлось напрячь все имеющиеся у меня силы. Ощущение было, словно я качу на гору огромный неимоверно тяжелый валун. Пот от усердия лился градом по спине.

   Лишь за три минуты до очередного прихода леди Маливы у меня получилось. Я встала с кресла! Чувствовала себя при этом так, словно всю жизнь провела в нем и вдруг неожиданно пошла. Это чудо!

  — Мне срочно нужно в туалет, — выпалила я. Благо с окраской