В поисках золотой жемчужины - Дмитрий Шатров

Пикап рейдеров с ходу проскочил мимо, дважды скакнул на рельсах и уже пошёл на разворот, когда кузов «тойоты» затрясло от частых попаданий. Зазвенел металл, отлетело зеркало, посыпались стёкла. Вскрикнул Путёвый. Ворота откинуло на обшивку дверей. Обмяк и повис на руле Рыжий.

Под пронзительный вой клаксона двигатель засбоил и заглох, «тойота», хлопая пробитым колесом, покатилась вперёд по инерции.

Атомиты из второго пикапа услышали выстрелы, успели вернуться и заняли удобную позицию, чтобы встретить «Ангелов» на выходе из манёвра. Пулемётчик превратил бы их автомобиль в решето, но с другой стороны холма показался «Кайман». Рявкнула пушка, замолотил ПКТ, и в решето превратились уже атомиты.

Попадания тридцатимиллиметровых смели стрелка вместе с поворотной станиной, водителя перемешало с сиденьями. Когда рванул бензобак, Бекон посчитал, что этого достаточно, и перевёл огонь на бронепоезд. Над крышей вагонов пробежали разрывы гранат, туда-сюда дважды причесал пулемёт… Ну и хорош, вряд ли там кто живой остался.

«Кайман» ускорился, объехал «тойоту» и встал, закрывая её бортом. Модуль развернулся стволами в сторону вероятной атаки.

— Пузо — за пульт, Голый со мной, Мямля, остаёшься в машине, — приказал Бекон, подхватил свой чудовищный автомат и выскочил из броневика.

Раскуроченный вдрызг пикап заунывно гудел сигналом. Веник, матерно причитая сквозь стиснутые зубы, тащил на улицу отяжелевшее тело Ворота. У заднего колеса сидел Путёвый, тонко подвывая и зажимая рану на левом бедре. Все трое были по уши перемазаны кровью.

— Голый, включайся! — крикнул Бекон и кинулся помогать Венику.

Голый подбежал следом, мимоходом столкнул Рыжего с клаксона и наклонился к Путёвому. В наступившей тишине грохнул одиночный выстрел. Бекон схватился за автомат, обернулся в поисках цели…

Мямля, с видом заправского ковбоя, сдул дымок со ствола Desert Eagle, подмигнул и показал сложенные в кольцо пальцы. Всё окей. Послышался сдобренный хрустом щебня шлепок. Бекон снова дёрнулся, но смысла напрягаться уже не было: это с крыши вагона свалился верзила с развороченным черепом. Один всё-таки выжил, сука… ненадолго…

Маленький сенс в который раз возомнил себя воином и не послушался лидера. Но на этот раз обоснованно — свалил врага одной пулей, да и босса прикрыл. Бекон пока и сам не понял, хвалить его или ругать. Наверное, хвалить, но потом, когда бой закончится. А тот пока и не думал заканчиваться.

Со стороны полустанка раздались автоматные очереди, по броне застучали пули, противно завизжали рикошеты. С разрывом в секунду ожил пулемёт боевого модуля. Судя по интенсивности ответного огня, на них напал моторизованный взвод, не меньше.

— Твою ж мать, кто там ещё⁈

Бекон махнул Мямле рукой и побежал отражать атаку, тот увязался следом. С другой стороны к носу броневика уже спешил Голый, оставив раненых на попечение Веника.

Бекон выглянул из-за кормы «Каймана» и выматерился — вместо моторизованного взвода к ним от станционных построек нёсся полуголый громила с блестящим копьём в одной руке и автоматом в другой. От попаданий он только вздрагивал, но скорости не сбавлял. На раны верзила, казалось, не обращал внимания вообще.

Громила заметил лидера «Ангелов», отшвырнул опустевший автомат и, потрясая копьём, выкрикнул что-то невразумительное. Бекон скорее догадался, чем разобрал слова. Вернее, только одно слово: «Поединок».

Он что, серьёзно?

— Куда ж ты с голыми-то пятками… — пробормотал Бекон и вскинул свой ШАК-12.

Плечо забилось отдачей, уши заложило от грохота. Атакующий гигант задёргался сильнее, ощутимо замедлился, но продолжал переть к цели с целеустремлённостью раненого буйвола. Рядом загромыхали одиночные выстрелы из ствола Desert Eagle.

Бекон бы его так и добил, но Пузо ускорил закономерный финал.

— Сдохни, ублюдок!

Пронзительный вопль пробился сквозь броню. Жахнула пушка. Череп безумного воина разлетелся под бронебойным снарядом. Обезглавленный труп по инерции сделал шаг. Новый выстрел вырвал правую руку. Ещё шаг. Отлетела вторая. Безумный воин застыл, и Пузо ещё тремя выстрелами разнёс в клочья тело. Остались ноги, но те заплелись в спираль и не выжатыми после стирки штанами шлёпнулись на землю. Вроде всё. Справились.

Бекон подошёл к измочаленным пулями останкам, опасливо пнул по ноге и едва сдержался, чтобы не отскочить — невероятная живучесть громилы накрепко отложилась в памяти.

— Не, не встанет, — флегматично констатировал Мямля, неслышно подошедший сзади.

— Спасибо, малыш, прикрыл, — Бекон отеческим жестом взъерошил ему волосы. Расчувствовался почему-то…

— Да ладно тебе, босс…

Мямля вывернулся из-под руки, но было видно, что благодарность ему приятна. Вдруг он напрягся, двумя руками вскинул пистолет, его палец лёг на спусковой крючок… Бекон еле успел накрыть ладонью оружие и опустить ствол к земле.

— Свои, — успокоил он развоевавшегося малыша.

Но тот уже и сам узнал Монгола.

* * *

Далёкие выстрелы заставили встрепенуться. Монгол прислушался — «Калашников»… пулемёт. А вот этот калибр посерьёзнее. Лупят из пушки… Рвануло… Достали кого-то.

Пауза продлилась не дольше минуты, басовито замолотила «Шилка». Это атомиты стреляют, освоили, уроды, трофейную технику. В канонаду добавилось звуков — подключились другие калибры.

Да что ж там такое творится?

Совсем близко разорвалась граната.