Опять 25. Финал - Ирек Гильмутдинов

Дебафф! — с трудом выдавила Сильвия, чувствуя, как её целительная магия слабеет. У всех у нас вылезло одно и то же уведомление: «Получаемое лечение и наносимый урон снижены на 40%».

— Бейте, козлы, чего встали! Только критические удары снимут эффект! Шевелитесь, мать вашу! — закричал я, накладывая на РБ «Проклятие Уязвимости». Мой посох вспыхнул — бонус к шансу сработал, и дебафф лёг, несмотря на сопротивление босса. А еще понял, что ругаю матом на своих друзей. Да уж, навык ненависти оказал сильное воздействие. Мы все ругались друг с другом. Чуть бой не слили из-за этого.

Это был переломный момент. Вул’дан, сначала матеря меня на все лады, а потом РБ, что стоит на его пути, с красными от гнева глазами, игнорируя опасность, влетел в зону действия одной из дыр и обрушил на Аватара всю свою ярость. Его топор блеснул в темноте — критический удар! Дебафф «Отчаяние» на группе дрогнул. Вслед за ним Грохотун, кувыркаясь между чёрным дырами, вонзил свои вампирские клинки в самое сердце тьмы — ещё один крит[16]! Лирель, стоя на краю пропасти, выпустила снайперскую стрелу, которая пронзила сущность. Дебафф пал.

С последним, оглушительным воплем тысячи душ обрели покой, а Аватар Забвения рассыпался в ничто.

В наступившей тишине пульсировал лишь Фрагмент. Силовое поле погасло. Едва я сделал шаг вперёд, чтобы забрать его, как из тени за пьедесталом вышла стройная фигура в капюшоне.

Незнакомец отбросил капюшон, открыв черты Тёмного эльфа. Но его глаза, лишённые магического блеска игровых персонажей, были полны бездонной усталости и горькой мудрости.

— Вы сделали это, — произнёс он голосом, в котором не было привычного игрового эха. — Вы увидели систему изнутри. Этот «Фрагмент» — ключ дебага, код для моего выхода. Он поможет вам найти меня. Он сделал паузу, и в его взгляде мелькнула тень неверия. Видимо, сам не ожидал, что найдётся тот, кто сделает это. — Но то, что вас ждёт снаружи... не сказка, — мы промолчали.

— Готовы? — мы кивнули. — Ну тогда жду в гости.

Сейчас не время для вопросов. Все ответы ждали снаружи, за гранью этой цифровой реальности. Я поднял Фрагмент, ощущая его пульсирующую энергию сквозь перчатки. С помощью «зрения» я увидел код внутри него, запомнив последовательность и сами данные, я обернулся к товарищам.

— Внимание всем! — мой голос прозвучал чётко, заглушая гул угасающей магии зала. — За нами пришёл всеми любимый Аэридан. Это из-за него я вылетел из игры. Помните — в реальном мире у них есть оружие, способное лишить нас сил. Не опускайте барьеры, пока не выберемся в наш мир.

Затем я шагнул к Сильвии. В её глазах читалась вся вселенная невысказанных опасений.

— Я найду способ вытащить тебя, — пообещал я, вкладывая в слова всю возможную твёрдость. — А пока... держи. Жаль, что он не целый, но верю — ты соберёшь его полностью.

Мы действовали быстро, с почти ритуальной слаженностью. Снимали доспехи, отстёгивали ножны, складывали оружие — всё, что нажито за бесчисленные часы в «Радмирии Онлайн». Передавали ей. Даже не взглянули на дроп с Аватара, хотя любопытство грызло изнутри.

— Прощайте, друзья, — прошептала она.

И в этих двух словах прозвучала целая эпитафия надежде. Мы понимали. Она не верила в новую встречу. Ведь она была дитя цифрового потока — игрок без тела, сознание, навсегда перенесённое в игру, для которого наш уход был окончательным разрывом двух реальностей.

Глава 17

А я и в цари записаться могу! Да! Кто тут, к примеру, в цари крайний? Никого?! Так я первый буду!

Покинув стеклянные саркофаги нейрокапсул, мы очутились в обширном зале, погруженном в призрачное сияние. По меркам видений, что явил мне проводник — тот самый зайчик — в иных помещениях покоились тысячи капсул, здесь же их насчитывалось не более двух сотен. Лишь единицы из них, включая наши, были заняты. Видимо, это место служило приёмной палатой для тех, кто являлся в мир «Последнего Сервера» через портал. Но с тех пор, как врата сковала непроницаемая пелена барьера, поток новоприбывших иссяк, оставив зал в царстве безмолвия.

Едва мы ступили на холодный пол, пытаясь избавиться от навязчивого ощущения бегущих под кожей «ёжиков», в проёме возникли вооружённые люди с компактными энергетическими пистолетами. Церемониться с незваными гостями я не стал. Собрав волю, я обрушил на них проклятие, вывернувшее их внутренности наружу — волну мучительной тошноты и желудочных спазмов. Пусть сполна познают на себе изысканную жестокость их же игр, подобно тому, как нам довелось страдать в пещере плотоядных червей. Чего это только нам наслаждаться прелестями игры? Уж если играть — так всем миром.

— Так, тебя как звать?

— Майк, — ответил тот дрожащим голосом.

Да что такого с ним сотворил Аэридан? Беднягу плющит не по-детски.

— Жить хочешь?

— Не уверен, — ответил он, чем ввёл меня в ступор.

— А если подумать?

— Вы избавите меня от него? — ткнул он пальцем в фамильяра.

— Да.

— Тогда хочу.

— Отлично. Слушай ты нечаянно не знаешь, где находится архивы сервера семь? Ну или сам сервер.

— Мм, — он задумался.

— Быстрее думай. У меня времени в обрез.

— На минус сорок втором этаже.

— Отлично, веди.

Мы облачились в одежды, а Лирель в это время была зла настолько, что, проходя мимо Майка, пригрозила ему, что, если б он не был нужен, она бы лишила его мужских сил. Всё из-за того, что она проснулась обнажённой. От такого у парня и второй глаз задёргался.

Двигаясь к выходу, мы зажимали нос. Пахло тут теперь не антисептиком, а кое-чем другим. Эх надо было другое заклинание применять, — пришла мне в голову запоздалая мысль.

Мы зашли в лифт, в котором в нас тут же выстрелили чем-то, что должно было нас лишить сил, да только барьеры им мои не пробить. Пушки я сжёг. Мы доехали до нужного нам этажа, зажимая нос. Пахло горелым пластиком. Я уже и забыл, как это невкусно. Тут нас уже ждали. Однако их постигла та же участь что и коллег этажом выше. Да блин, только же подумал, что надо что-то другое.

Пройдя по коридору, нас то и дело пытались обездвижить, однако тут вам не там. Как же я радовался, когда вся магия ко мне вернулась. Я на радостях