Разрушители пророчеств 1 - Сергей Юрьевич Михайлов

Всадницы презрительно смотрели на сторонившихся их других путников, а солдат стражи засыпали злыми насмешками об опасности их службы в городе, по сравнению с армией, которая готовилась сейчас встретить орков на той стороне Белой.

Охрана так бы и промурыжила их на воротах пару часов, но Хезимай скользнула с лошади, что-то щебеча ангельским голоском, отвела офицера в сторону и через несколько минут, тот скомандовал:

– Все! Кончай осмотр. Пропустите их!

Смуглая красавица напоследок, что-тоеще сказала ему, отчего он расцвел, затем грациозно вскочила в седло и махнула остальным – за мной. Она, не сомневаясь выбрала улицу и отряд обгоняя телеги, движущиеся в ту же сторону, помчался по улице.

– Он рассказал мне как быстрей проехать, – пояснила она на удивленные взгляды Крис и Алмаз.

Чистильщики, которым не дала поспать неожиданная ночная схватка с неведомыми врагами, уже давно, еще с самого раннего утра подтянулись к рынку. Они прибыли в город вчера, и вечером успели проехать по рынку, найти описанную Корадом палатку и присмотреть место для ожидания. Боги в этом благоприятствовали – лавка с огненными забавами находилась совсем недалеко от оружейного ряда, так что там можно было ходить между рядов целый день и скрытно наблюдать, не привлекая к себе внимания. Сейчас двое из них, оставшиеся с лошадьми, постоянно следили за входом в лавку, а остальные бродили по ближним рядам с доспехами и воинской лошадиной утварью. Хотя все они были злы из-за непонятной ночной схватки, но, как всегда, готовы начать действовать по первому сигналу.

Сельфовур тоже злился – прекрасное теплое утро ничуть не радовало мага – с самого начала, как только он учуял тот артефакт, боги ставили ему подножки. У него было несколько прекрасных возможностей добыть пергамент – особенно в первый раз. Тогда людей было всего двое и Харакшасов он высадил прямо на место, но несмотря на подавляющее преимущество в количестве гоблины – эти прирожденные убийцы, ничего добыть не смогли. Даже того хуже, они все погибли, так что вся энергия, затраченная на переброс этих мерзких созданий, оказалась потрачена напрасно. В следующий раз за в битву за артефакт вступил маг, Сельфовур признавался себе, что в тот раз он был виноват сам, бросил гоблинов в бой без разведки, а те попали в гнездо какого-тосильного чародея. Ему самому, в тот раз пришлось бежать, чтобы не потерять всю силу.

В Мастилане же, все вроде получилось отлично – по всем расчетам носитель пергамента должен был появиться в захваченную лавку Братства, но безмозглые гоблины опять все провалили. Тут уже вмешалась Королевская Власть, а с государственной машиной связываться сейчас, вообще, ни к чему. Еще не время. После Мастилана Сельфовур отказался от применения, хотя и дешевых, но тупых убийц Харакшасов и нанял за звонкую монету отряд наемников. Этих людей он знал – несколько раз Круг использовал их для особо щекотливых дел. И до сих пор, они не разу не подвели. Просили они дорого – не то, что бесплатные чудовища из дальних гор, но игра того стоила.

Предвидение его не обмануло, следующим городом на реке был Серебримус и человек путешествовавший с пергаментом, должен был обязательно прийти туда. Так и оказалось – Сельфовур с наемниками прибыл в город утром, а ночью, Искатель на его шее забился, учуяв артефакт. Пергамент в городе. Однако ночью, когда он почти нашел то что искал, его наемники встретились с какими-то головорезами, с выучкой ничуть не хуже, а может быть даже и лучше, чем у его людей. Боясь опять поднять переполох и, дабы избежать внимания стражи он приказал наемникам ретироваться. Все равно больше ничто не сможет его остановить, сегодня решающий день.

Маг постарался успокоиться и погладил шрам на правой щеке – эта отметина не давала забыть еще про одно дело – удивительная троица детей, которых он случайно засек в лесу, возвращаясь со своей встречи с Хорузаром–разрушителем. Но они подождут, сейчас главное – пергамент. Он встал и, чуть повысив голос, крикнул:

– Парандоз, выводи людей. Светает, пора ехать на рынок.

Витайлеан – старший сын правителя леса Хаарканоэля, настоящий эльф – высокий, стройный, с копной волнистых рыжеватых волос до плеч, имел один недостаток, не красящий представителя первородных истинных эльфов. Он имел буйный бешенный нрав, в гневе, в который он мог впасть даже из-запустяка, он не контролировал себя.

Это очень огорчало отца, любившего первенца больше остальных детей. Но законы истинных суровы – эльфу, который не может контролировать себя, никогда не удастся наследовать корону правителя. Не помогли даже три года проведенных в детстве у старшего брата Хаарканоэля, правителя Синей Горы – Леонойвелина. Лучшие воспитатели Дворца На Горе, не смогли исправить или хотя бы научить сдерживать себя – Витайлеан так и остался бешенным. Однако, этот пагубный для правителя недостаток в обычной жизни не очень мешал юноше. Все компенсировалось его патологической честностью и благородством.

Старший брат даже сказал сетующему отцу:

– Это все не зря. Боги предупреждают тебя, что Витайлеану нельзя быть Правителем. Сам посуди, разве может в наше время сидеть на троне человек, такой как твой сын – говорящий всем только правду? Да у него через месяц не останется ни одного союзника. Зато такого сына, хотел бы иметь каждый отец.

Хаарканоэль вынужден был согласиться – да, в наше время правитель не может позволить себе такой роскоши. Сам же наследник, казалось, был только рад этому обстоятельству – он дружески подначивал Ланцеаля, второго по старшинству брата, который теперь неофициально считался первым претендентом на корону, но ни разу не высказал претензий.

Сейчас Витайлеан сидел на грубой лавке в доме для приезжих купца Ограда. Тот, хоть и жертвовал всегда на войну первым, но продолжал тайно вести торговлю с эльфами. Что поделать – некоторые вещи, за которые люди готовы выкладывать любые деньги, можно было купить только у них. Перед князем стоял эльф, старший той группы, что ночью ходила на разведку. Он доложил, что в городе все спокойно – никто про них не знает, день можно отдыхать, а ночью двигаться дальше. Про увиденное в одном из дворов он даже рассказывать не стал – люди всегда убивали друг друга, это их дело.

– Так и сделаем, – подытожил Витайлеан. – Отдыхайте. Как начнет темнеть уходим. Оград обещал – сегодня днем его продавцы порасспрашивают приезжих, на счет нашего дела – может кто-то встречал детей на