Моров. Том 9 - Владимир Кощеев

Снежка вскинула брови, на лбу появилась недовольная морщинка, но она все прекрасно понимала. Да и слышала, о чем я говорю с императором, так что сложить два и два труда для нее не составило.

— Постарайся не опоздать на ужин, Ваня, — чуть склонив голову, сказала она.

— Люблю тебя, моя дорогая.

Я поцеловал супругу в губы и тут же, не бросая трубку, прошел к окну.

— Я сейчас буду, ваше императорское величество, — сообщил я монарху. — Пожалуйста, предупредите гвардию, что меня не нужно сбивать.

И, не дожидаясь ответа, взмыл в небо.

* * *

Италия, Рим, королевская резиденция.

— Ваше величество, вы сильно упростите нам всем задачу, если подпишете этот документ, — положив перед монархом бумагу, произнес Лучио Кастеллани. — Никому не нужна гражданская война, и в наших общих интересах закончить ее как можно быстрее. Она вредит не только нашим гражданам, но и бизнесу, и международным отношениям. Вы знаете, например, что несколько верных вашему роду аристократов попытались устранить членов посольств сразу нескольких стран? К счастью, нам удалось их защитить, а вот русские отбивались сами.

Его величество Умберто смотрел на главу мафиозной группировки, вторгшейся к своему монарху, как к себе домой. Жена и дети ждали под охраной в другой комнате, и хотя боевики итальянской мафии относились к ним со всем возможным уважением, им не позволяли покинуть покои. И король Италии не сомневался — несмотря ни на какое почтение, если он сейчас воспротивится, их просто перестреляют.

Да, волнения начались не внезапно, но что король мог сделать, если власть в стране де-факто захватили кардиналы. Каждый из них тащил одеяло на себя, их преподобия не только Папу по своему желанию на престол возводили, но и вершили внешнюю политику.

А всему виной ошибки, которые еще отец Умберто совершил в молодости. Слишком тяжелый компромат оказался в руках католической церкви, и вот теперь пришел час расплаты.

Сохраняя внешнее спокойствие, его величество аккуратно взял документ и пробежался взглядом по тексту. Чем дольше он читал, тем сильнее на его лице отражалось недоумение.

Король ожидал чего угодно — высылки из страны, низложения до простолюдинов. Но нет, мафия принесла отречение, которое позволяло сохранить не только большую часть накопленных поколениями средств, но и лицо.

По сути своей это была почетная отставка. С достойным пожизненным содержанием для детей и внуков, которым еще только предстояло родиться на свет. Достаточно недвижимости, в том числе и коммерческой, чтобы не задумываться о том, на что жена и дочери купят новые платья на следующий модный сезон.

И за все это было нужно отдать лишь одно — власть и права на престол за всех своих потомков. Навсегда, без возможности вернуться на трон.

— Это очень щедрое предложение, — подняв глаза, заметил его величество Умберто. — В чем подвох?

Господин Кастеллани улыбнулся.

— Несмотря на то, что произошло, вы наш король, и ваши предки были нашими королями, ваше величество, — ответил мафиози. — Мы слишком любим Италию, чтобы вредить ей. И именно поэтому мы были вынуждены взять в руки оружие — чтобы отстоять ту страну, которую мы так любим, как полагается мужчинам.

«И как этого не смог сделать ты». Этого Лучио не сказал, однако монарх и сам понял прекрасно. Сложно вмешиваться в дела кардиналов, когда висишь у них на крючке. Но если подписать отречение в таком виде, это уже будет не проблема Умберто и его рода. Да что там! Приди к нему с таким предложением месяца два назад, до того, как в Риме начались эти страшные приготовления к войне, король бы обнял своего спасителя и расцеловал.

— Здесь не сказано, в чью пользу я должен отречься, — вновь взглянув на документ, проговорил монарх.

— Это же очевидно, ваше величество, — пожал плечами Лучио Кастеллани. — В мою.

Он вытащил из внутреннего кармана пиджака перстень аристократа и положил его на столешницу перед пока что еще своим королем.

— Так, значит, ты и есть тот самый бастард, которого кардиналы так долго искали, — усмехнулся Умберто и тут же взялся за ручку. — В таком случае я буду спокоен, что передаю власть и корону в руки достойного сына Италии. Правь мудро, дорогой племянник.

Подпись легла на бумагу.

А уже через час из резиденции под охраной нескольких десятков боевых машин в последний раз выкатился королевский кортеж. Уже завтра на нем сменятся гербы, но сейчас Умберто ехал в свою новую резиденцию вместе с семьей и благодарил Господа за то, что тот нашел способ спасти и уже бывшего короля, и весь его род. А вместе с ними и Италию.

Кастеллани же, наблюдая за тем, как удаляется его дядя, покрутил на пальце родовой перстень. Хорошо, что русские предоставили свои ресурсы. Теперь осталось выполнить свою часть сделки — разобраться с кардиналами и подписать договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве.

* * *

Москва, Кремль. Иван Владимирович Моров.

В меня действительно не стали стрелять, когда я подлетел к сердцу страны. Плавно приземлившись перед центральным входом, я кивнул внимательно наблюдавшим за мной гвардейцам. Тут же из-за их спин появился слуга Романовых.

— Ваше сиятельство, — быстро поклонившись, заговорил он, — его императорское величество велел сразу же провести вас к нему, как только прибудете.

— Ведите, — разрешил я и двинулся вслед за посланником государя.

Думал, меня снова проведут тайными тропами, чтобы проход по многочисленным коридорам занял меньше времени, однако все было с точностью до наоборот: слуга вел меня через самые многолюдные залы и коридоры.

Я прекрасно слышал, как за моей спиной чиновники и немногочисленные придворные перешептываются.

— А что, Моров уже вернулся из Италии?

— И сразу докладывать государю. Верный сын Отечества, всегда помнит о нашем императоре.

— А я вот слышал, что князь не слишком-то ладит с государем.

— Вы выбрали крайне неудачное место для таких сплетен.

— Да, вы сами посмотрите, разве стал бы его императорское величество допускать до себя недоброжелателя?

— А смог бы он запретить? Князь Царьградский — первый аристократ за сколько лет? Вырвал силой, не оставив императору выбора. Нет, господа, вы как хотите, а я считаю, что князя нужно серьезно ограничивать. Что он там сделал для Российской Империи? Обелиски массового исцеления? Так, позвольте, чем наши артефакторы хуже?

— Тем, что они ничего подобного сделать не смогли, например. Да и те новинки,