Я один вижу подсказки 17 - Никита Красавин

Так как ни у кого не было уверенности, что мы с ними справимся. Даже у меня, человека, владеющего Книгой Жизни и Смерти.

Потому я шёл в середине группы и думал, что мы уйдём сегодня ни с чем. Первый раз за две недели, потому было как-то неприятно.

В тот момент шедший первым Рокт поднял руку и сжал кулак. Все мгновенно замерли. Снег под ногами перестал скрипеть, дыхание стало тише, только ветер двигал ветвями.

Я показал жестами:

«Что случилось?»

Рокт ответил медленно:

«Если хочешь, то можешь тихо подойти и посмотреть на Морозного Оленя!»

Я едва не выпрыгнул из штанов от радости. Остальные же не разделяли моего настроения, кто-то даже скривился.

Всё потому, что Морозный Олень попадался нам уже дважды, и оба раза без проблем уходил.

Олень не волк, он не будет бросаться на нас, чтобы сожрать. Поведением он был схож с Морозным Зайцем: травоядный, пугливый, и ноги у него работали быстро.

Я медленно двинулся к Рокту, перемещая стопу с пятки на носок, стараясь не скрипеть снегом.

Ужасно то, что лес в этом районе был плохим. Тут было множество оврагов, пещер, холмов, каких-то нагромождённых камней и иногда поваленных деревьев.

Морозные Твари любили такие места, так как они днём спят, а ночью охотятся. Потому, быть может, где-то рядом должны они прятаться.

Я поднялся к Рокту и выглянул из-за холма. Там, где-то вдалеке, между деревьями стоял олень.

Он не двигался, но морду повернул в нашу сторону, явно заметил нас и присматривался к неизвестным существам.

Большие рога торчали над снегом, как ветви мёртвого дерева. Если сравнивать с заячьими, то те были крохотными, а эти — большие и широкие.

Сам олень был крупным, на глаз в три-четыре раза больше волка. Густой, плотный мех делал его массивным, даже толстым.

Морда интересная и любопытная, смотрел он на нас внимательно. Он был таким красивым, что мне даже на мгновение стало его жалко.

С другой стороны, племя нужно кормить!

Отбросив свою соплежуйскую сторону, я сжал копьё и начал в голове искать способ, как бы эту любопытную тварь приманить, а после окружить.

Олень посмотрел на меня ещё пару мгновений, словно читая мои мысли, после чего развернулся и за три прыжка исчез между деревьями.

Я даже моргнуть не успел. Его скорость была в пять, а может, даже в шесть раз быстрее, чем у зайца. Просто белая масса сначала была, а затем исчезла.

Рокт повернулся ко мне, видимо услышав мой вздох, и сказал со смехом:

— Что вздыхаешь? Мы всё равно его бы не поймали.

— Может, да, а может, и нет. Но я когда-нибудь его обязательно поймаю и попробую на вкус. Эту дикую оленину!

— Хороший настрой, — раздался с другого бока голос Брана. — Только не сегодня. Видимо, Боги сегодня нам не благоволят, мы остаёмся без добычи.

А дальше он дал всем приказ:

— Разворачиваемся. Мы уходим домой!

Получив приказ, охотники уже начали разворачиваться по своим следам, чтобы вернуться в племя. У меня же было другое мнение:

— Уже сейчас? Время же ещё есть!

— Я изначально говорил, что мы не будем переходить через метку. Мы как раз близко к ней.

Он произносил слово «метка», а не «парящий камень», что было хитро с его стороны. Как будто если не называть вещи своими именами, то я забуду, о чём идёт речь.

Я не такой!

За восемь охот мы ни разу не доходили до него. Всегда что-то случалось, мешало, в основном волки.

Сейчас же их не было, мы подошли достаточно близко к парящему камню. По мне, данную ситуацию можно было назвать хорошим шансом для того, чтобы утолить своё любопытство.

— Давайте посмотрим!

— Нет.

— Тогда вы идите, я догоню.

Бран долго выдохнул. Ему явно не хотелось идти туда, но отпустить меня одного он тоже не мог. Потому ответил:

— Ладно. Мы сходим и посмотрим, только осторожно.

Я обрадовался:

— Конечно. Когда было иначе?

Вообще, не только я оживился, но и другие. Можно подумать, что любопытный здесь только я. Но парящий камень видели единицы, потому данный шанс был для всех возможностью увеличить свой кругозор.

…

Рокт повёл нас глубже в лес, чуть левее от того места, куда ушёл олень.

Мы шли ещё минут двадцать. Нам мешали ямы, деревья и снег. В лесу было довольно холодно, и потому нам приходилось больше тратить огненной энергии для своего согревания.

В какой-то момент я вообще поймал какое-то странное чувство неизвестного страха.

Данное чувство было не моим, оно как будто было разлито вокруг, потому можно сказать, что оно было навязано мне.

Остальные чувствовали то же самое. Я видел, как охотники общались друг с другом.

«Может, уйдём?»

«Нет!»

Бран показал жестом, попытавшись всех успокоить:

«Не бойтесь, это давление исходит от парящего камня».

Его слова только усилили моё желание увидеть данный камень. Впрочем, очень скоро я увидел между деревьями проявившийся силуэт.

Сначала просто тёмная масса, очертания которой с каждым шагом только проявлялись. Вскоре та превратилась в большую серую скалу с неровными краями. Только она не стояла на земле, а парила в воздухе.

Я смотрел и не мог сразу найти слова. Мы подходили ближе, и с каждым шагом «камень» становился больше. Я покосился на Брана.

И это ты называешь камнем?

Я не стал произносить эти слова вслух. Мы вышли на опушку, где скала нависла, там не росли деревья.

Видимо, скала, испускавшая ауру страха, отпугивала не только живых существ, но и деревья, чтобы они не росли вокруг неё.

Я стоял уже более внимательно. Форма скалы была случайной, будто кто-то взял произвольный кусок горы, оторвал и оставил висеть.

Но на ней были надписи!

Чёрные «иероглифы» на сером фоне. Какая-то незнакомая письменность чужой цивилизации, которую никто не мог прочитать.

У нашего племени была своя письменность, что передавалась через Тотем, потому я мог отличить наш текст от чужого текста.

В голове сразу же всплыл аргумент Уильяма Пейли:

«Если ты найдёшь в лесу камень, то можешь решить, что он просто лежал там. Но если найдёшь часы, то ты поймёшь, что их кто-то создал».

Я был с ним согласен. С одной поправкой: этот «камень» тоже был слишком сложным для случайности.

Парящая скала с неизвестными надписями, которая испускает давление, отпугивающее всё живое поблизости.

Природа так не работает. Его точно кто-то создал. Только вот два вопроса появились сразу: кем создан и для чего?

Я сделал шаг вперёд.

Топ.

Нужно