"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

происходит. Как вариант ее оглушили, но затем она успела прийти в себя. И

в этот момент ей было очень и очень страшно и одиноко. А убийца... не

знаю, я как бы вижу какую-то очень размытую фигуру в густой, густой тьме, безо всяких подробностей. И еще у меня возникло странное ощущение, что

этот человек- убийца каким-то образом известен мне.

- Вы знакомы с ним? Или он просто напомнил вам кого-то из ваших

знакомых? - вновь спросил Дмитриев.

- Нет. Не так. Не то, чтобы я где-то или когда-то встречалась с ним или

даже он напоминает мне кого-то. Очень сложно объяснить это, трудно

подобрать соответствующие слова, - Юля вновь замолчала, ее лицо

приняло задумчивое выражение, через минуту- другую она продолжила:

- Он не напоминает мне никого из моих знакомых. По крайней мере

визуально. Но я чувствую, что, во-первых, этот человек мне почему-то

хорошо известен, не спрашивайте, почему и, что, во - вторых, если я каким-то образом повстречаю его, то он незамедлительно будет мною узнан.

Извините, но мне очень трудно подобрать необходимые слова, чтобы

адекватно описать вам то, что я почувствовала и ощутила.

После короткой паузы, наступившей после последних слов Заварзиной

Павел Тимофеевич спросил:

- Ну что же уважаемая Юлия Сергеевна попробуем еще раз или закончим

на этом? Как вы считаете? Сумеете ли вы получить какую-то

дополнительную информацию?

- Думаю, что вряд ли. По крайней мере непосредственно здесь. Возможно, мне удастся уяснить, что-то еще после дополнительных размышлений и

анализа, но я бы на вашем месте не рассчитывала бы на это. Хотя пробовать

я буду.

- Ну что же, для первого раза в принципе не плохо, - подытожил Дмитриев,

- главное мы убедились, что способности Юлии Сергеевны работают и

могут принести нам пользу. Возможно, действительно мы решили

воспользоваться ими слишком поздно.

- Кстати, - прервала его Заварзина, - один и тот же человек напал на

Елизарову и совершил это убийство.

- Вы уверены? - спросил дядя Герман.

- Да. Уверена. Уверена абсолютно.

— Значит все-таки серия. Да-а. Хорошенькое дельце.

- А вы в этом все еще сомневались уважаемый Герман Валентинович?

Напрасно, напрасно скажу я вам. Ну что если вы все не против, то пойдемте

отсюда.

Когда мы шли назад к выходу Павел Трофимович пустился в

воспоминания:

- Знаете ли, когда я служил под началом Глеба Ивановича Бокия мне

приходилось сталкиваться с людьми обладающими способностями

схожими со способностями Юлии Сергеевны. Конечно, такие люди

встречаются не сказать, чтобы особенно часто и в их поисках чаще всего

приходилось иметь дело со всякого рода шарлатанами, а то и прямо с

сумасшедшими. Но при этом попадались и настоящие самородки. Глеб

Иванович старался привлекать их от случая к случаю к решению разного

рода не простых оперативных задач. И знаете иногда результаты

деятельности таких людей просто поражали воображение!

Дядя Герман громко хмыкнул в ответ на эти слова Павла Трофимовича.

- Возможно в ваших чекистских делах все обстоит именно так. Но у нас

все несколько иначе. Данные, полученные от экстрасенса у меня, не

примет ни суд, ни прокуратура. Да что суд. Расскажи я о том, что мы сегодня

делали на месте преступления своим коллегам по розыску они меня, пожалуй, на прием к психиатру отправят. Так что даже если Юлия

Сергеевна подробно описала бы нам внешность убийцы то, как бы я этот

словесный портрет сумел бы использовать в розыске? Да у меня сразу бы

спросили, а откуда у вас товарищ майор словесный портрет

предполагаемого преступника особенно если учесть, что единственная

выжившая из числа его жертв ничего не помнит? И что бы я им на это

ответил? Что данные получены мною от ясновидящей после того, как она

осмотрела место преступления? Ну и где бы после этого я бы оказался?

- Да вам не позавидуешь, - заметил на это Павел Трофимович, - хотя, с

другой стороны, в вашем случае любая зацепка уже хлеб. Не так ли Герман

Валентинович? К тому же у вас есть уже опыт успешной реализации

оперативной информации, полученной как раз от “ясновидящей”, и в ее

роли выступала как раз Юлия Сергеевна. Я ни в чем не ошибаюсь?

Разговаривая таким образом, мы дошли до выхода из парка, где были

припаркованы машины, на которых мы добрались сюда. Попрощавшись

друг с другом, мы разъехались по своим делам.

Уже дома у Заварзиной я не удержался и принялся ее расспрашивать:

- Юля я вот так и не могу понять, что движет этими самыми серийными

убийцами? Можно ли как-то распознать их пока они не начали совершать

свои преступления?

- Что ими движет? Но, во-первых, как считается задатки серийного

убийцы, формируются в детстве подчас раннем. Этому способствуют

различного рода психотравмы, а особенно эмоционально холодные

авторитарные родители, которые подчас жестоко обращаются со своими

детьми. Во- вторых, серийные убийцы получаются из людей лишенных

эмпатии не способных любить и видимо никогда не бывших любимыми.

Мотивы, которые ими движут они разные. Впрочем, выделяют несколько

основных мотивов для серийных маньяков: это желание причинять мучения

своей жертве, демонстрировать власть над ней, и получая удовольствие от

этого, желание очистить мир от всякого рода не полноценных существ в том

числе и неполноценных в моральном отношении. Многие убийцы такого

рода приобретают психологическую зависимость от того, что они

совершают. Им нравится убивать и еще больше им нравиться сбивать с

толку тех, кто их ищет, ощущать себя не уязвимыми и самыми хитрыми. Они

видимо получают от этого дополнительный адреналин и превращаются в

своего рода наркоманов.

- Ничего себе, - произнес я, - а все-таки выявить заранее таких людей

можно или нет?

- Очень не просто если вообще возможно. Конечно, у уже разоблаченных

маньяков находят отклонения разного рода которые иногда проявляются

уже в детстве, но в целом такие люди обладают подчас поразительной

способностью к мимикрии. Внешне они совершенно не заметны, ведут

обычную жизнь, могут иметь полноценную семью и так далее. Более того в

определенных ситуациях такие люди могут демонстрировать недюжинное

обаяние и способность воздействовать на людей причем разного пола, возраста и социального положения. Специалисты даже говорят о том, что

внутри каждого такого маньяка живут как бы две личности. Одна — это

личность совершенно обыкновенного и законопослушного человека, а

вторая это личность холодного и безжалостного убийцы и насильника, психопата-