Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

— А… не обращай внимания. У тебя нет юридического образования, вот ты и не знаешь. Существует субординация и в законе. Законы страны, принятые парламентом — имеют большую силу чем нормативные акты на местах. Они у себя в уставе хоть что написать могут, но по факту если пункт противоречит закону, то применяется именно закон, а не нормативный акт. — отвечает Юна: — Существует достаточно обширная и довольно противоречивая практика по надлежащему применению закона, ну там преимущество специализированной нормы права над общей… и прочая скучная история. Это тебя волновать не должно.

— Как… интересно… — вслух говорит он.

— Знаешь, малыш, а эта девушка неплохо разбирается в праве. Впрочем, кого я обманываю — она просто отлично разбирается в праве! У нее не просто зубрежка конкретных пунктов, но и понимание применения права, как именно оно действует и применяется… не понимаю какого черта она на респешн до сих пор работает… неужели у вас обычные специалисты — еще выше уровнем? Знать закон наизусть… так она мне еще и парочку прецедентов на память выдала. Такое только с практикующими юристами бывает, и то тогда, когда работают над делом. — раздается голос Старшего в голове: — Вот такую девушку нужно домой приводить, а ты в тот раз кого привел? Эту Чон Джа, от которой одни неприятности!

— Я привел⁈ Старший!

— А кто за нее в ночном парке драться полез, а? Нет уж, если спас девушку — будь добр использовать ее. Это как у охотников — нельзя стрелять, если потом мяса есть не будешь. Подстрелил — давись, но съешь.

— Мне кажется с девушками такое не работает…

— Еще как работает. Спас девушку — все, она теперь у тебя дома будет жить. На шею сядет. Уже села. Эх… — Старший вздыхает: — хороший ты парень Бон Хва, но по части девушек тебе еще учиться и учиться. Самая лучшая девушка — вот эта Юна. Умная какая… правда что-то с ней не так. Она нас не узнает — помнишь мы же за старшим братом в тот раз еще заходили. То ли память на лица у нее очень плохая, то ли зрение… а может и то и другое. Но это все пустяки. Ты знаешь, что у нее лицензия на осуществление адвокатской деятельности есть? Она — Юна Юн, племянница господина Юна, партнера-основателя фирмы. Не видел ее диплом на стенке висит, вместе со всеми остальными? Вот почему у нее на бейджике только имя. Странно, да, малыш? Девушка умная, с лицензией, а стоит за стойкой как будто неквалифицированная рабочая сила, у которой только длинные ножки и красивое личико есть. Очень странно.

— Так ты знал, что она уже адвокат! А почему про экзамены спрашивал?

— На реакцию поглядеть. И я был прав — видел, как она посмурнела сразу же? Значит ее такое положение вещей тоже не устраивает. Но… нужно еще проверить.

— Юна-нуна. — говорит он и достает из кипы картонную папку с надписью «Пак А Су»: — Может взглянете? У меня есть парочка мыслей насчет этого дела… ну чисто теоретически. Вы сперва материалы гляньте, а потом… у меня вот тут схемка есть, просто упражнение для мозгов, не более. Гипотетически.

— Что? Ты решил попробовать себя на поприще юриспруденции? Похвально. — кивает Юна и забирает у него папку: — давай гряну, что ты тут напридумывал. Сказу скажу, чтобы не расстраивался, я все-таки в университете пять лет училась и еще два года на курсах повышения квалификации. А ты даже основ не знаешь. Так что… пощады не жди… — и она углубляется в чтение. Перелистывает страницы. Перебирает документы. Потом, молча, берет у него пластиковую папку. Открывает ее. Читает. Хмурится. Бросает на него быстрые, нечитаемые взгляды.

— Так. — говорит Юна, наконец закрывая папку: — Нам с тобой нужно поговорить, оппа. Давай собирайся, посидим в кафе…

Через двадцать минут Бон Хва сидел за пластиковым столом в соседней кафешке, Юна пыталась заказать себе воды, но он настоял на зеленом чае и десерте. Почему? Старший сказал, что скорей всего у Юны не так уж и много денег, а если девушка в кафе пытается отделаться стаканом воды, то его, Бон Хва, святая обязанность — угостить девушку чаем и десертом. Как минимум. В ответ на его ворчание, что у них у самих денег не так много и, вообще, уж больно Старший всех рвется угощать, только посмеялся. Сказал, что скупой платит дважды и добавил свое обычное «заткнись малыш». Бон Хва заткнулся. Себе Старший заказал чашечку кофе (вечером! Опять спать не будем!), черного кофе без молока.

Официантка ушла и они остались наедине. Прежде чем в воздухе повисло неловкое молчание, Юна придвинулась к нему и взглянула прямо в глаза.

— Ты уже говорил с ней? — требовательно спросила она: — Уже говорил, да?

— Госпожа Пак в курсе. — нейтрально ответил он.

— Аджжжж… ты понимаешь, что натворил? — говорит она: — Твоя схема… она может сработать, но это же… на грани. В нашей фирме никто за такое не возьмется. Это злоупотребление правом.

— Как говорил мой отец в таких случаях — сынок, если ты не можешь победить по правилам — просто победи. — он откидывается назад и складывает руки на груди.

— Вот как. — Юна моргает и внимательно изучает его лицо: — Я… у меня плохо с распознанием лиц. Ты — действительно Чжи Мин-оппа? Потому что я не узнаю тебя. Чжи Мин никогда не сказал бы так. Чжи Мин не знал ничего о законах. То, что ты предлагаешь… да это может сработать. Но… для того, чтобы хотя бы подумать о такой возможности нужна практика. Или… или ты гений, который едва взглянув на книгу уже знает ее содержание? Не верю. Но даже если так — тебе нельзя заниматься этим делом. Фирма вынесла вердикт. Нет судебной перспективы. Если ты возьмешься за это дело за спиной у фирмы, рано или поздно это вскроется. И тебя уволят. А может быть еще и обвинят в торговле инсайдерской информацией. Ты получил эту информацию на рабочем месте и злоупотребил своим должностным положением. Понимаешь? Тебя не оставят в покое.

— А что если, это не я возьмусь за это дело. Что если ты возьмешься? — предлагает он: — У тебя же есть статус и лицензия. Просто… возьмешь пачку дел, которые выглядят бесперспективными для фирмы. Попросишь у партнеров