Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Я лишь хмыкнул на это самоуверенное заявление. Поотрывает, скажешь тоже… Тут собралась такая толпа старших чародеев, что они даже не самого слабого божка толпой запинают. Да заявись сюда прямо сейчас хоть Младший Бог в полной своей силе — бедолагу на алхимические ингредиенты разберут быстрее, чем тот маму позвать успеет. На пару сотен метров вокруг нет, за редким исключением, почти никого ниже Мастера рангом — ожидается суд над нечестивым чернокнижником, как успели раструбить некоторые из особо возмущенных святош, и слабаков на такое мероприятие не пустили. В конце концов, присутствие зрителей здесь нужно ещё и на случай, если я рискну бросить мощь, заработанную чудовищной гекатомбой, одной из крупнейших в истории страны, на попытку бегства.

Ну, так полагает большинство — дяде я сразу сказал, что подобного делать не собираюсь. И, что более важно — слово дал, что приму любое наказание. Нет, естественно, если приговорят к смерти — я попытаюсь сбежать, не самоубийца же, но подобное крайне маловероятно. Нужно быть законченным дегенератом, что бы убивать одну из самых эффективных боевых единиц перед большим наступлением, в котором каждый чародей моего калибра будет на вес золота — камчатская кампания, к сожалению, не будет решатся одним генеральным сражением. Высадиться, закрепиться, начать наступление и открыть несколько дополнительных участков фронта, на которые японцы и их союзники перекинут большую часть сил, что сейчас осаждают Петропавловск-Камчатский… Казните меня — и Смолов тут же заберет все три наши судна и полетит назад. Более долгим, но значительно более безопасным маршрутом, чем прибыли. А это ещё и минус Архимаг, Старший Магистр и несколько Младших Магистров, не говоря уж о прочих… Количественно — немного, но это элитные силы. Из числа тех, кто зачастую решают исход сражений. Есть, конечно, в нашем флоте и бойцы почище моих — одни боярские дружины чего стоят, но даже так это будет ощутимой потерей.

Так что голову мне не оторвут… Но вот то, что наказать могут весьма сурово — не сомневаюсь. Скажу больше — дядя обязан это сделать. Нельзя допускать, что бы устроенное сошло мне с рук — это подорвет дисциплину в войсках и его личный авторитет. Если можно Николаеву-Шуйскому — то почему нельзя нам? Бояре и представители Великих Родов дворян точно придут к такому мнению.

В общем, я подложил родичу немалую свинью. И наказать меня надо показательно, и слишком усердствовать нельзя… Не будь мы родичами, он бы, возможно, даже плюнул на потерю моих бойцов и просто лично оторвал бы мне голову — но мы родичи, и потому придется Сергию Белозерскому заниматься тем, от чего он бежал, уходя из Рода Шуйских — политикой. Той самой грязью, где сидеть на двух стульях — это минимальный допустимый порог, а в идеале твой зад должен подгребать под себя как можно больше разных табуреток…

Почтенной публики уже почти и не прибывало — все, кто хотел, уже прибыли. О чем-то тихо посовещавшись, заняли свои места и мои будущие судьи — Велизарий с ещё парой монахов, Морозов, Минин, Чарторыжский и Шереметьевы — от бояр, Берестов и Ожерельева — от двух соответствующих дворянских Родов. Вот и состав моего суда… По идее, первыми по рождению и праву должны идти Шуйские — но так как моё происхождение секретом ни для кого не являлось, Ярославе места среди высоких кресел не досталось. Но она пришла — вон, стоит с горсткой наших родичей, отдельно ото всех, и сверкает глазами на председателя данного мероприятия… С огнём в крови женщина, что тут скажешь. И плевать ей, что я там совершил — всё равно явно готова горой за меня стоять. С ней почти сотня бояр нашей фамилии, оба моих Пети и все Мастера и Младшие Магистры моих кораблей. Мощный блок поддержки, ничего не скажешь…

— Думаю, можно уже и начинать, — заговорил, наконец, Сергий. — Причина сегодняшнего, надо сказать весьма неприятного, собрания известна, думаю, всем, однако я всё же напомню — Глава Рода Николаевых-Шуйских презрел все обычаи предков и мои приказы и устроил массовое жертвоприношение военнопленных. Гекатомба и Магия Крови в худших, темнейших её проявлениях! Тридцать девять тысяч рядовых воинов, две с половиной тысячи младших чародеев и почти сотня чародеев четвертого и выше рангов, сложивших оружие, были подло убиты этим человеком, и сегодня нам надлежит решить, каково будет его наказание!

— Две тысячи семьсот сорок восемь магов до третьего ранга включительно и сто сорок Мастеров и Младших Магистров! — раздался в моём разуме наигранно-возмущенный голос Маргатона. — Да и пехотинцев было сорок четыре тысячи восемьсот два, а не тридцать девять тысяч! И это называется правосудием⁉ Святоша тебе подыгрывает! Измельчали слуги Небес, ох и измельчали…

— Ой, да шел бы ты в зад, — «подумал» я в ответ.

Тем временем среди собравшихся пошли шепотки — очевидно, точного количества никто не знал, и услышанная цифра их весьма впечатлила. Причем явно не в лучшем смысле…

— Для начала, прежде чем определять наказание Аристарху Николаевичу, я хотел бы поинтересоваться — что это были за чары? Что за духов он призвал, для чего использовал такую громадную жертву и каковы возможные последствия его связи с теми, кому ушла эта энергия? — поднялся, наконец, первый из судящих меня аристократов. Сергей Морозов, Архимаг и Старейшина этого Рода. — Такие чудовищные жертвы должны были высвободить невообразимый объем энергии, который, при всем моем уважении, Аристарху Николаевичу самостоятельно никак не обработать.

— Ну, я бы не был так уверен насчет последнего, — хмыкнул Велизарий. — Судя по тому, как он дрался с Магом Заклятий, ещё как мог бы. И вполне возможно уже пустил в ход, но пока не спешит делиться с нами результатами сего деяния.

— Этим вопросом вы лишь расписываетесь в своем невежестве, уважаемый, — с легкой насмешкой ответил монаху чародей. — Я понимаю, вы раб божий и силу для деяний своих черпаете в его кладовых. И ваш истинный господин вас ценит достаточно, что бы это не имело для вас никаких печальных последствий… Но нам, простым смертным, подобная роскошь недоступна. Если бы господин Николаев-Шуйский попробовал самостоятельно пустить в ход полученную силу, он бы лопнул, как мыльный пузырь.

— Как мыльный пузырь, что уничтожил бы почти всё живое в радиусе десятка километров, — счел важным дополнить Берестов, также являющийся Архимагом.