Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

с целыми ногами и руками и даже немного подзаработать… то, что он нам оставит. Сомневаюсь, что он ту же Бьянку насиловать будет, не такой он человек… но вот при нужде подкладывать под «бизнес-партнеров» во время важных переговоров — глазом не моргнет. При этом он не считает это зазорным, мы все же войдем в Семью, пусть и на правах дойных коров… но можем вырасти, если будем хорошо исполнять все, что Семья нам поручит. Да, конечно, он намеревается отнять не только имущество Бьянки, но и мою долю в «Женской Общаге»… которой там нет. Я ее Косум отдал. Мне вся эта возня с капитализацией неинтересна была, думал я что еще пару лет как несмышленыш проведу, Весна Юности, беззаботное детство-отрочество-юность, быть как все, проживать новую юность, вдыхая воздух свободы… но судьба решила иначе. Любое предприятие надо контролировать. Либо ты его контролируешь, либо у тебя там воруют. Саботируют. Распоряжаются сами. Либо контроль, либо его у тебя нет. Вот во избежание необходимости висеть над девчонками в общаге (что само по себе уже на хентайную мангу в тринадцати томах тянет) — я и отказался от участия в проекте. Мне нужно было чтобы организация не умерла за год-другой, а за это время я бы постарше стал и проблемой профсоюзов уже сам бы занялся… а пока «Общага» служила бы убежищем для пострадавших от индустрии и зарабатывала бы доброе имя и репутацию. Я даже не надеялся, что она будет деньги хорошие приносить, себя бы окупала… да Большому Та с его бандой идиотов на хлеб хватало. Но нет, неожиданно стрельнула идея, неожиданно стала деньги приносить. Может ли это быть причиной наезда одного медведя? Может.

— Такие дела — говорю я и пододвигаю к себе остывший чай в темной керамической чашке: — так что теперь выбор за тобой.

— Но… почему? — хмурится Косум: — Кума никогда так с людьми не поступал! Это же беспредел какой-то! Деньги вообще китайцу должны, китаец умер, долга нет, разве не так?

— Это так не работает — пожимаю я плечами: — то есть по логике должно было, но в нашем мире есть наследники и правопреемники. Им все и переходит. Дальше — Ван старший имеет какие-то делишки с триадой, со всеми этими «Тремя Соцветиями» и «Четырнадцать тысяч», он передает этот долг им — видимо за какие-то обязательства. Рискну даже предположить, что ничего плохого он и не хотел, просто расплатился за должок не деньгами а этой бумагой. Те, в свою очередь — решили таким вот способом решить вопрос с давним должком перед Кумой и помириться с ним. Город портовый, не удивлюсь, если скоро начнут контейнеры с Континента тут появляться… что угодно — оружие, наркотики, девушки… сотрудничество с Континентом — это золотая жила. Тут для Кумы главное — лицо сохранить, что это не он перед парнями с Континента прогнулся, а они ему принесли в зубах должок. Те же, считая долг протухшим…

— Что? — моргает глазами Косум. Все-таки она у Кумы просто бойцом была, да на побегушках, да и недолго, не успела специфику работы усвоить.

— Протухшим. Что могут континентальные Бьянке сделать? В Японии? Да ни черта, только в суд подать. — поясняю я: — пока подадут, пока высудят, пока аресты наложат… а мы экспертизу подписи заявим, проверку нотариуса — он же континентальный. За это время я все активы выведу и Бьянку обанкрочу… фига что они получат. Вот такой вот долг и называют протухшим. Вроде как формально он есть, договор, печать, подпись, все дела, а фактически — дырка от бублика. Зеро. Зилч. От мертвого осла уши. Так что им этот долг нахрен не нужен, вот они и сплавили его Куме… заодно и помирились с ним. А…

— Погоди — хмурится Косум: — не надо думать, что я совсем дурочка! Как ты выведешь активы Бьянки, если они сразу в суд подадут, а суд аресты на имущество наложит?

— Кто сказал, что ты дурочка? — удивляюсь я: — вот смотри, даже если они успели бы аресты наложить на имущество, эта ситуация решается на раз-два. Самый простой способ — раздуть долги Бьянки до небес. Например — вот должна она миллиард иен…

— Пфух! — давится напитком Косум и мне приходится ее по спине хлопать.

— Это я для примера — объясняю, убедившись что она не захлебнется апельсиновым соком и подав салфетку: — вот должна какую-то сумму. А тут раз и расписки появляются, что мне должна там еще два миллиарда, тебе парочку и… например Марике — пять. А имущества у Бьянки не хватит всем выплатить… даже одному. Что сделает суд? Да поделит на всех, согласно пропорции… и так изначальному кредитору всего десять процентов от общей суммы стоимости имущества упадет. И это, если идти по общей процедуре, а ведь есть платежи и долги, которые взыскиваются преимущественно… так что, да, долг Бьянки — протухший. Никто, кроме Кумы и не взыскал бы его. А Кума может это сделать, потому что он тут хозяин … я имею в виду в городе. И ему достаточно зацепки, чтобы предъявить претензию. У него есть внесудебные способы обеспечить взыскание долга… и ты знаешь какие.

— Вот же… — Косум витиевато ругается на незнакомом языке. В японском языке матов и нет почитай… просто интонациями играем… на худой конец дураком назвать можем, а вот у тайцев видимо есть что сказать в такой ситуации. Уважительно смотрю на нее. Много нехороших слов Косум знает, а еще девочка.

— Так что у меня сейчас будут проблемы с Кумой и я искренне прошу тебя остаться в стороне — говорю я: — не встревать в ситуацию, пока все не разрешится.

— Как так? — Косум откидывается на спинку стула и возмущенно смотрит на меня: — что я не человек что ли? Кума-сан тут должен простых людей защищать, а не беспредел наводить! Это же грабеж!

— О, да. Простых людей защищать… — киваю я. Кредо якудзы — «защитники простых людей», робин гуды, блин, японские. Есть у них такой пунктик, он им и обеспечивает выживание в непростых условиях, то, что при прочих равных симпатии этих самых простых людей с улиц — как правило на их стороне. Они и спор рассудят и долги вернут и беспредельничать не дадут… вот только мы с Бьянкой в этой терминологии «простыми людьми» не являемся. И весть о том, что Бьянку раскулачили и она теперь на побегушках у Кумы — не вызовет народного возмущения, а скорее — открытое