Удивительные истории об искусственном интеллекте - Александр Александрович Прокопович

с трудом, был он весь в каких-то помехах, как на зажеванной пленке. Игра, впрочем, продолжалась уже без участия человека. Веселая музыка отмечала начисление очков, киборги красочно распадались на запчасти, лазерная винтовка подвисла в воздухе.

Мрачное видение продолжалось несколько секунд, а потом Саня вдруг услышал отчетливый щелчок в голове, и все вернулось. Семья, аттракционы, даже запах опилок.

– Молодой человек, вам бы к врачу обратиться. Бледный, как простыня, – наседала женщина.

– Да… схожу, пожалуй. Спасибо, дальше я сам, – брякнул Саня невпопад и подобрал предательский велосипед. Его, еще недавно новенький и красивый, теперь украшала неприглядная царапина на всю раму. Саня медленно поплелся домой, горестно покачивая головой, проклиная проценты, камешки и отчего-то опилки.

Вечер прошел как в тумане. Даже после того, как он впрыснул в себя капсулу болеутоляющего и выпил по старинке аспирина, Сане было не по себе. Работа в голову не шла, преследовали тревожные картины из видения. Он промучился до глубокой ночи, пока его наконец не усыпили очередные дебаты по экрановизору. Умный дом, сверяясь с жизненными показателями хозяина, сначала приглушил звук и яркость экрана, а затем и вовсе мягко отключил, погрузив апартаменты во тьму.

* * *

Саня опаздывал. Такого с ним еще никогда не было, отчего не покидало чувство тревоги. «Похоже, сбились настройки», – пришло ему в голову. Наутро голова прошла, но теперь боль сменилась низким раздражающим гулом. Собирался Саня второпях, на автомате, а завтрак и вовсе пропустил. Утренняя прохлада освежала, приводила мысли в порядок. Саня обнаружил себя на велодорожке, прикидывая, стоит ли сегодня довериться велосипеду или лучше вызвать беспилотник.

Внимание привлекла привычная картина: старый знакомый вместе с верным псом устраивал гонки за диском. Складывалось ощущение, что собака сегодня не в лучшей форме. Прихрамывала, будто лапу подвернула. Саня присмотрелся, но тут же сложился пополам от резкого приступа острой боли в левом глазу. Да что же это? Опять?

Зрение помутилось, несколько мгновений глаза застилала серая пелена, а затем на смену зелени, симпатичному фонтанчику и цветущим кленам пришел пустой забетонированный участок. Саня всмотрелся и замер, как изваяние. Самые разительные перемены произошли не с парком, а с его постоянными обитателями. Лабрадор испарился вместе с диском-игрушкой. Теперь мужчина какими-то ломаными движениями бессмысленно носился взад-вперед совершенно один. Он резвился, дергался, но делал все это ритмично, подобно роботу. Словно почувствовав чужой взгляд, он повернулся в сторону опешившего наблюдателя и заученными движениями помахал рукой. Лицо при этом не выражало никаких эмоций и больше напоминало резиновую маску.

Опомнился Саня уже в беспилотнике. Видение пропало через минуту-другую, но шок от увиденной сцены не отступал. Парень не помнил, как вызвал такси, что делал, пока длилось недолгое ожидание, словно одурманенный сел в черный хромированный автомобиль. В голове назойливой мошкарой крутились мысли: «Тронулся! Совсем с головой плохо!».

– Доброе утро! Пожалуйста, назовите адрес прибытия, – вернул в реальность мелодичный женский голос навигатора.

Неплохая задачка. С одной стороны, визит к доктору откладывать нельзя, с другой – после вчерашнего ультиматума начальника следовало бы поспешить на работу. Вспомнив суровое лицо Виктора Павловича, Саня тут же подскочил, как ужаленный. Долг прежде всего! Какое там здоровье? Он зажмурился и скороговоркой выпалил адрес офиса. Автомобиль, мягко шурша шинами, двинулся в путь.

В дороге стало лучше. Головная боль совсем исчезла вместе с опостылевшим гулом, больше ничего не мерещилось и не пропадало, зрение вернулось на все сто. На мягком кожаном сиденье было вполне удобно, он понемногу успокоился. За окном привычно скользил знакомый пейзаж, и от нечего делать Саня принялся считать патриотические щиты. Сегодня лозунги казались непривычными, порой откровенно агрессивными: «Делай, как сказано», «Все на благо государства», особенно выделялся «Люби своих – убивай чужих». На большом билборде был изображен богатырского вида солдат, одетый в стильную черную форму нового образца. Он с искренней улыбкой расстреливал каких-то чудищ, лишь отдаленно напоминающих людей, и подмигивал, мол, знай наших. «Странно, этот что-то не припомню. Тебя что, ночью установили?» – спросил вполголоса Саня. Солдат молчал и улыбался.

Часа не прошло после того, как Саня незаметно прошмыгнул в свой кабинет и бросился в неравный бой с отчетами, а Виктор Павлович уже дал о себе знать. Сначала переговорный экран без всякого предупреждения отобразил его недовольное лицо. Начальник отрывисто потребовал немедленно явиться в кабинет. Спустя пять минут в Санину дверь постучал личный ассистент начальника, широкой улыбке которого позавидовал бы и Чеширский кот.

– Виктор Па-павлович настоятельно просил вас яв-виться, – заикаясь, выговорил он и, поторопливая недовольного Саню, буквально конвоем сопроводил того к кабинету.

Интерьер кабинета был исключительно деловым и лаконичным. Строгий декор, видеоэкраны по периметру комнаты, выделялся разве что старомодный массивный дубовый стол с ящичками – «скромная» привилегия, – на котором располагался рабочий компьютер. Хотя начальник выглядел чуть ли не испуганным (он вспотел, влажные глазенки стреляли по сторонам), но при виде Сани все же выдавил из себя крокодилью улыбку, обозначающую, судя по всему, радушие.

– Ну-с, Александр, чем порадуете? Не узнаю я тебя. Вчера проблемы, сегодня вообще опоздал, и все накануне проверки. Что по опросу? Нагнал проценты?

– Не совсем, Виктор Палыч, но скоро разберусь, не сомневайтесь. – Саня опустил голову. – Потом придется отгул взять. Надо бы к врачу. Здоровье что-то подводит, понимаете? Вчера головой крепко приложился… Теперь, бывает, мерещится всякое.

– Да что ты? – Начальник вдруг весь подобрался. – Слушай, я же не тиран какой, Голубева слушал сегодня? В России самые отзывчивые люди – ученые доказали! Надо к врачу – значит, надо! Что мерещилось-то?

Несмотря на мягкий сочувствующий тон, в голосе у начальника прозвучала хищная нотка. Саня помедлил, но все-таки ответил:

– То окружение меняется, то с людьми что-то не так. Был парк – стал пустырь. Сосед-собачник будто бы один бегает и лицо у него… неживое. Словно маску нацепил. Да вот даже щит сегодня новый установили, тоже… странный какой-то. – Под конец Саня уже пожалел, что раскрыл рот, но слова сами вырывались наружу.

– Вот так, значит? Какой щит, говоришь? – Тон начальника резко стал холодным и отчужденным.

– Да недалеко от нас. Где солдат чужих расстреливает. «Своих люби…» и так далее. Не видели?

От этой, казалось бы, безобидной реплики Виктор Павлович позеленел и принялся молча жевать губы. Пауза затягивалась. Обстановку разрядил пронзительный писк электронного оповещения на компьютере. Начальник поспешно подошел к монитору, с озабоченным видом изучил то, что пришло, и вновь перевел взгляд на Саню, собираясь с мыслями.

– Мгм… Александр, вот как мы сделаем. Поступил срочный вызов, мне надо отлучиться. Минут на десять, не больше. Соберись пока с