Удивительные истории об искусственном интеллекте - Александр Александрович Прокопович

Он сидел неподвижно, упершись локтями себе в колени, пока не стемнело. Дыхание Амары было неровным, иногда она хрипела и хватала ртом воздух. Вся ее кожа серебрилась в свете убывающей луны. Их разделяло всего несколько шагов, которые вукодлак не хотел преодолевать. Что, если она заразит его? Или уже заразила?

Но это же Амара! Все еще Амара. Ее тонкие нежные пальцы, длинные волосы цвета ореха, лежавшие сейчас вокруг нее ореолом. Он так долго ждал, чтобы вопреки правилам признаться ей в своих чувствах, не спугнуть… И все вышло так, как он мечтал.

Если Зеркало показало Велесу один из вариантов будущего, может, довериться этому предсказанию? Он встал и осторожно заглянул в лицо Амаре. Бледная кожа на щеках местами отсутствовала, но раны уже затянулись серебристой пленкой. Велеслав вздохнул. Он бухнулся рядом с ней на траву, но отвернул голову. Теперь рыбный запах окутывал их обоих.

Сильнее запаха было только желание закрыть глаза и провалиться в темноту. Так он и сделал. Его рука нащупала холодные пальцы Амары.

Проснулся он, лежа лицом к озеру, из-за которого вот-вот должно было встать солнце. Розовое небо уже ждало первые солнечные лучи. Велес принюхался: запаха тины он не чувствовал. Рядом никого не было. Только примятая трава, где лежала Амара. Он вскочил, принялся озираться по сторонам, прошептал:

– Амара, – схватился за голову и заорал: – АМАРА!

Его грудь вздымалась, а взгляд метался по лесу в попытке определить, куда она могла уйти. Велеса успокаивало лишь то, что в таком состоянии вряд ли она сумела проделать большой путь.

Тут за его спиной из озера показалась голова. Сиреневый глаз на лбу затянулся белой пеленой. Оба других глаза приобрели мигательную перепонку. На щеках частично не было кожи. Ведьма скользнула взглядом по топору, который лежал на траве в трех шагах от вукодлака. Она почувствовала, как кровь циркулирует по всему его телу, и встрепенулась. Один прыжок, и Амара уже повисла на вукодлаке, впиваясь заостренными зубами в плечо. Велес заорал и закружился на месте, пытаясь сбросить ведьму. Ему все – таки удалось схватить ее свободной рукой за волосы и оторвать от себя с куском собственной плоти в зубах.

Не теряя времени, он бросился к топору, наклонился за ним, боковым зрением видя, как ведьма поднялась и метнулась к нему. Велес размахнулся, и топор просвистел в воздухе.

Тело ведьмы безвольно упало на землю. Ее голова покатилась вниз по берегу и с громким бульканьем упала в воду.

Вукодлак открыл рот в беззвучном крике. Руки его ослабли, и топор упал под ноги. Он подбежал к тому, что осталось от Амары, и упал на колени, протягивая к ее телу трясущиеся руки. Его крик разорвал тишину.

Каждый шаг отдавался похлопыванием топора по спине. Ноги знали обратный путь, поэтому не было нужды внимательно смотреть за дорогой. Невидящим взглядом Велеслав окинул пепелище перед лесом, прислонился к печной трубе и достал записную книжку Амары. Хоть что-то хорошее он все-таки сделает – передаст записи Старейшине, чтобы все мутанты обрели возможность вылечиться. Как она и мечтала.

Плечо саднило и горело. Велес улыбнулся. Каких-то две недели, и он перестанет себя винить. Или ощущать хоть что-то человеческое.

Влад Ерафонов

Как все

Бодрая мелодия утреннего будильника ознаменовала начало нового дня. Саня проснулся с улыбкой. Немного полежал, вслушиваясь в специальную «форте» аранжировку гимна, дирижируя пальцами ног, промычал припев и лишь потом решил: пора вставать.

Только датчики будильника зафиксировали пробуждение хозяина, как на смену прибору поспешил товарищ – запрограммированный динамик в стене очнулся и низким приятным голосом сообщил:

– Утро доброе, граждане. С вами, как всегда, Николай Голубев и рубрика «Разговоры о важном». Сегодня хотелось бы обсудить пользу традиционных ценностей и…

Саня одобрительно кивнул. Хорошая тема, солидная. Напомнить о важности традиций никогда не помешает; молодцы, новостной отдел, не зря свой хлеб кушаете.

Под аккомпанемент баритона Саня принялся за ежеутренние ритуалы. Наскоро принял душ, позавтракал овсянкой с изюмом, оценил заготовленный с вечера гардероб. Выглаженные черные брюки, сверкающая от белизны рубашка – есть. Оделся, взглянул на электронное табло – 7:30. Четко по расписанию. Саня не смог удержаться от еще одной довольной улыбки. Привычные алгоритмы жизни, следование плану доставляли ему удовольствие, порядок вознаграждал удовлетворением. Саня два раза щелкнул пальцами, и оконная панель беззвучно скользнула в сторону, открыв взору искрящийся солнечный пейзаж. Обилие синевы и ни одной тучки на небе. Значит, велосипед.

Добродушное, теплое утро застало мужчину в черно-белой униформе за просматриванием физической утренней почты в старомодном ящике – еще один обязательный ритуал. Реклама, реклама, счета – внимания заслуживал разве что патриотичный памфлет, на котором был изображен лидер нации, притягивающий внимание волевым подбородком и отеческой, теплой улыбкой. Изображение грозило пальцем и вопрошало: «А что ты сделал для Отечества?» Саня невольно вздрогнул и тут же рассмеялся над своей реакцией. «Уже лечу», – шутливо козырнул он листовке, аккуратно убрал ее в задний карман брюк и поспешил к велодорожке.

– Хорошего дня, – прокричал он куда-то вдаль, направляясь к своей кислотно-желтой десятискоростной «Комете». Небольшая разлинованная дорожка, где он любил оставлять велосипед на ночь, располагалась рядом с чудным маленьким парком. Только цветущие клены, зелень, небольшие декоративные скамейки для удобства и фонтанчик. Ничего лишнего. Почти каждое утро Саня наблюдал, как низкорослый мужчина в неизменной красной бейсболке бросал диск красавцу-лабрадору, а затем крики! Лай! И пес с хозяином мчались наперегонки. Сегодняшний день не стал исключением. Мужчина остановился и с энтузиазмом помахал рукой. «Везет же людям, – добродушно подумал Саня. – Ночью он, что ли работает? А спать когда?» С этими мыслями он взобрался на сиденье велосипеда, дважды бряцнул звонком в ответ и налег на педали.

Саня мчался вниз по склону и улыбался ветру, что трепал воротничок рубашки. Скорость бодрила, настраивала на рабочий лад. Свернув за угол, он оставил позади жилой район и теперь крутил педали мимо отелей, небольших магазинчиков, укрывшихся в тени баров и единственного на весь небольшой городок кинотеатра. Повсюду частоколом высились рекламные щиты с голографическими табло. Сообщения проносились одно за другим: «Враг не дремлет – и ты не спи», «Не забывая прошлое, трудимся в настоящем и творим будущее», «Я веду за собой поколение». Особенно нравился Сане хулиганский и горделивый лозунг возле его офисного здания.